Симон Петлюра - Виктор Савченко

Махно в июле 1919 года выступил не только против «красных», но и против «белых», создав Повстанческую армию «имени батьки Махно». Эта армия удерживала обширный регион между станциями Бобринская, Знаменка и местечком Ольвиополь. Анархистские лозунги махновцев летом 1919-го были модернизированы, и в них нашлось место для призывов к борьбе за независимость Украины... Это давало шанс на союз петлюровцев и махновцев, что воевали между собой восемь месяцев назад.

До середины августа 1919-го батька Махно воевал против «красных», стремясь овладеть Елизаветградом и Помошной. После распада 2-й и 3-й Украинских советских армий, к Махно присоединилось около 20 тысяч красноармейцев, разуверившихся в «диктатуре пролетариата». Пополнили армию Махно и несколько тысяч бывших повстанцев Григорьева (самого Григорьева Махно убил «за измену и еврейские погромы»). Штаб армии Петлюры оценивал количество махновцев до 50 тысяч (при 35 пушках), в действительности в середине сентября Махно располагал 33 тысячами штыков, 7 тысячами сабель, 100 пушками и приблизительно 700 пулеметами. Армия его снабжалась за счет захвата тыловых запасов «красных» и трофеев, захваченных у «белых». Махновская армия была реальной, грозной силой, не утратившей боевой дух, и крепкий союз с этой армией мог бы помочь Петлюре.

С 16 августа Махно вел постоянные кровавые бои против «белых», вошедших в контролируемый батькой «махновский район». Против Махно «белые» бросили части 4 и 5-й дивизий под общим командованием генерала Шиллинга. В начале сентября «белые» сумели потеснить армию Махно. 10—11 сентября генерал Слащев нанес сокрушительные удары по махновской коннице, и это поражение определило решение Махно покинуть район и отойти на запад для «отдыха и переформирования». Месяц боев стоил махновцам до 12 тысяч погибших, пленных и раненых. С середины августа 1919-го Махно стремится вступить в контакт с Петлюрой, надеясь получить от него патроны и оружие. Но перспектива союзных отношений с Деникиным в то время отталкивала Директорию от Махно. В сентябре все изменилось, потому что у махновцев и петлюровцев оказался общий враг — «белый» режим. Махновцы 14 сентября вошли в Умань, где стояли части УНР и предложили военный союз. В Христиновке был подписан договор о союзе при полной автономии каждой из союзных армий.

Махновцы заняли общий с армией Петлюры фронт в 44 километра у Умани. 20 сентября Петлюра подписал политический договор с махновскими представителями. По этому договору махновцам запрещалось проведение анархистской пропаганды в частях петлюровской армии и на землях, ею контролируемых. Махно была обещана автономия «махновского района» после общей победы над врагами. В оперативном отношении Махно обязывался согласовывать свои стратегические планы со штабом Петлюры. На 26 сентября была назначена встреча Махно и Петлюры в Умани, которая так и не состоялась из-за захвата Умани «белыми» и постоянных боев на махновском фронте.

Хотя махновцам и петлюровцам предстояло вместе бороться и умирать, между их вождями сохранялось недоверие. Самоуверенный Махно мечтал о том, что сможет «оторвать» от Петлюры как можно больше солдат, а может быть и сам возглавит объединенную украинскую армию. Несмотря на обещание не вести анархистскую пропаганду в частях УНР, махновские агитаторы раздавали петлюровцам отпечатанную Культпросветом армии Махно листовку под красноречивым заглавием «Кто такой Петлюра?», в которой Главный атаман обвинялся в «буржуазности» и в «продаже Украины французским и английским капиталистам». Петлюровская контрразведка предупредила Главного атамана, что махновцы очень ненадежные союзники и, по непроверенным слухам, готовят покушение на самого Петлюру.

В ответ на махновскую пропаганду петлюровская стала обзывать союзников-махновцев «разбойниками» и «разрушителями»...

В обстановке надвигающийся войны против «белых» Петлюра надеялся укрепить свой тыл очередным компромиссом с диктатором Петрушевичем. Главный атаман хорошо знал о том, что значительная часть командиров Галицкой армии, еще надеясь на союз с «белыми», выступает не только против наступательной войны с Деникиным, но даже против обороны УНР, предпочитая борьбе почетную капитуляцию.

Для Петлюры было важно заручиться поддержкой Петрушевича на время будущего военного конфликта с Деникиным. И Петлюра делает встречные ходы, он ликвидирует министерство западных областей УНР, соглашается на «широкую демократию» и созыв предпарламента, приглашает Петрушевича на заседание Директории.

Если Петрушевич и дал фактическое согласие на начало войны против Деникина, то один из самых влиятельных в Галицкой армии руководителей Курманович был категорически против. Он пугал Петлюру неоправданно завышенными данными о количестве «белых» на фронте перед объединенной украинской армией, заявляя, что «белых» там 60 тысяч против 20 тысяч республиканцев. На самом деле, не считая 30 тысяч махновцев, на фронте было около 30 тысяч республиканцев против 20—23 тысяч белогвардейцев. Но если учитывать, что против «белых» в ближайшем тылу частей, которые были развернуты против петлюровцев, действовало около 30 тысяч махновцев и примерно до 10 тысяч повстанцев Заболотного, Зеленого, Коцюра и других атаманов, то положение «белых» нельзя было назвать устойчивым.

Петлюра приказал перегруппировать свое войско для возможного удара по «белым» на киевском и одесском направлениях; 2-й корпус галичан был отведен от Житомира на Бердичев, 1-й корпус — на Погребище, 3-й — в район Козятина, сечевые стрельцы — к Жмеринке.

К 22 сентября вопрос о начале войны против Деникина «окончательно созрел». К этому времени локальные стычки петлюровцев и белогвардейцев уже стали постоянным явлением. Особенно серьезные столкновения произошли на станции Бирзула. 21 сентября части «белого» генерала Слащова внезапно наскочили на расположение махновских частей, но были отбиты. 22 сентября «белые» напали на части УГА в районе Балты.

В тот же день был перехвачен приказ командования белогвардейцев о подготовке наступления против армии УНР.

К концу сентября 1919 года победы белогвардейцев, «шедших» на Москву, достигли своего апогея. Деникин уверовал в несокрушимость своего войска и потерял ощущение реальности. Ему уже мерещился парад белогвардейцев на Красной площади. Но в действительности сил бороться сразу против Красной Армии, петлюровцев, грузинской армии, кавказских и украинских повстанцев у Деникина не было. Армия Деникина в 150 тысяч штыков и сабель стремилась разгромить своих врагов, общая численность которых на деникинских фронтах доходила до 500 тысяч. Больше похожая на авантюру, стратегия Деникина и его генералов, ненужное растягивание своего фронта и распыление сил, непримиримость к любой оппозиции и «самостийности» привели к катастрофе «белого дела».