100 великих путешественников - Игорь Муромов

19 мая 1828 года караван вышел из Аравана и через Сахару двинулся в Марокко.

Изнуряющая жара, муки жажды, лишения, усталость и рана, полученная при падении с верблюда, - все это было для Кайе не так тягостно, как насмешки, оскорбления и постоянные обиды, которые ему приходилось выносить от мавров и даже от рабов. Все они без конца находили новые предлоги, чтобы издеваться над привычками и неловкостью Кайе. Доходило до того, что его били, бросали в него камнями, едва он поворачивался спиной.

Вынужденный мириться со своим жалким положением, Кайе проехал с караваном колодцы Трарзас, где добывают очень много соли, затем Эль-Экрейф, окруженный рощей финиковых пальм и зарослями камыша и тростника, наконец, Марабути и Эль-Хариб. Область Эль-Хариб лежит между двумя грядами невысоких гор, отделяющих ее от Марокко, данником которого она является.

Жители края делятся на несколько кочевых племен; их главное занятие - разведение верблюдов Они были бы богаты, если бы им не приходилось платить огромную дань берберам.

12 июля караван покинул Эль-Хариб и через одиннадцать дней вступил в страну Тафилалет с ее великолепными финиковыми пальмами. В Гурланде мавры приняли Кайе довольно хорошо, но не приглашали его к себе, опасаясь, как бы нескромный взгляд чужеземца не упал на их жен, которым не полагается встречаться с посторонними мужчинами.

Кайе побывал на базаре около деревушки под названием Бохейм, в трех милях от Гурланда. Француза удивило разнообразие привозимых товаров. Торговцы принимали только марокканские и испанские деньги.

В Тафилалетском округе насчитывается несколько крупных деревень и маленьких городков, в которых побывал путешественник; они имеют примерно по тысяче двести жителей, большей частью землевладельцев или купцов.

2 августа караван снова пустился в путь и, пройдя многочисленные поселения, прибыл в Фес, где сделал короткую остановку, а оттуда добрался до Рабата, древнего Сале.

Кайе был изнурен долгим переходом, во время которого он питался одними финиками и вынужден был просить милостыню у мусульман; те чаще всего не давали ничего и прогоняли прочь. Из Рабата путешественник уехал в Танжер. В сентябре 1828 года он предстал перед французским вице-консулом - изможденный и далеко не такой гордый, как он воображал себе эту сцену год назад. Вице-консул Делапорт отнесся к нему как к родному сыну, сразу же написал командующему французской эскадрой в Кадисе и, переодев матросом, велел отвезти его на присланный за ним корвет.

Ученый мир был поражен, узнав, что в Тулоне высадился молодой француз, возвратившийся из Томбукту. Поддерживаемый лишь своим непоколебимым мужеством и безграничным терпением, он благополучно завершил путешествие, за которое Лондонское и Парижское географические общества обещали большое вознаграждение. Проявив исключительную силу воли, он один, без всяких средств, без поддержки правительства, не состоя ни в каком научном обществе, добился успеха и представил миру в совершенно новом свете обширную часть африканского материка.

Кайе, конечно, не был первым европейцем, увидевшим Томбукту. За год до него англичанин майор Ленг уже побывал в этом загадочном городе, но поплатился жизнью за свое путешествие. Кайе же вернулся в Европу и привез с собой интереснейший путевой дневник. Выдавая себя за мусульманина, Кайе не имел возможности производить астрономические наблюдения и открыто делать зарисовки и заметки; однако лишь ценой своего притворного вероотступничества мог он объехать эти населенные фанатиками-мусульманами области, где само слово "христианин" вызывало ненависть.

Во Франции его ожидали многочисленные почести. Он стал рыцарем ордена Почетного легиона; родной магистрат избрал его бургомистром, при поддержке президента Парижского географического общества в трех томах были опубликованы его путевые заметки "Дневник путешествия в Тимбукту и Дженне в Центральной Африке" (1830). Отсутствие образования ограничивало научные возможности Кайе и отчасти снизило результативность его замечательного путешествия. Сам Кайе вполне отдавал себе в этом отчет и, предвидя нарекания со стороны ученых, писал: "Я выполнил задачу без научной подготовки, нищий, не получая никакой помощи. Но я рассказал Европе, что такое Томбукту. Единственное достоинство моего сообщения – правдивость. Пусть у меня не отнимают того, что добыто столькими страданиями. Несовершенство стиля и мое невежество пусть критикуют те, кто не бывал в Томбукту, а совершенствовался в науках и искусствах дома".

В любом случае путешествие Кайе, несомненно, явилось крупным успехом в деле географического познания северо-запада Африканского материка. Было оно и большой личной удачей французского исследователя Кайе удалось пересечь часть Африки от Сенегала до Марокко. Были открыты город Томбукту и новая караванная дорога по Сахаре через оазисы Тафилалет и Эль-Хариб. Кайе первым из европейцев (не считая второй экспедиции Парка, материалы которой пропали) познакомился с внутренней дельтой Нигера - расширенным участком долины реки с множеством рукавов, проток, озер и стариц.

Географическое общество присудило ему премию в десять тысяч франков. Известность и слава окружали его имя.

Но шло время, и начало раздаваться все больше возмущенных голосов завистников. В результате Кайе сократили назначенную почетную пенсию. Ровно через десять лет, почти день в день после того, как он покинул Томбукту, Кайе умер, окруженный недоброжелательностью разочарованных сограждан.

Шомбургк Роберт Герман

(1804 - 1865)

Английский путешественник, по происхождению немец. В 1835-1844 годах исследовал Гвианское плоскогорье и пересекающие его реки (главным образом Эссекибо).

Государства, поделившие между собой в XIX веке Гвиану, много десятков лет не могли прийти к соглашению относительно границ своих владений. Общим названием Гвиана географы XIX века по традиции объединяли Гвианское плоскогорье в Южной Америке с приморскими низменностями, всю низменность Ориноко и левобережье Риу-Негру и нижней Амазонки - всего 2,4 миллиона квадратных километров. Спорили о десятках, даже сотнях тысяч квадратных километров территории, которая, правда, была уже исхожена в разных направлениях колонизаторами, но почти не изучена. Спорили о бассейнах малых и больших рек и о разделе всего Ориноко. В связи с пограничными спорами приходилось изучать не только гидрографию страны, но и ее рельеф, особенно водоразделы.

Исследователи Гвианы фактически, а часто и формально находились на службе у колониальных держав или приглашались правительствами южноамериканских государств для сбора материалов по разграничению их владений. Конечно, власти рекомендовали собирать сведения не только о рельефе и речной сети спорных районов, но и любые географические и этнографические материалы.

Пионером научного исследования Британской Гвианы был немец Роберт Герман Шомбургк, находившийся на английской службе. В 1829 году он по торговым делам приезжал в Соединенные Штаты Америки, а последующие годы провел в Вест-Индии. Лондонское Географическое общество предложило ему провести всестороннее исследование Британской Гвианы. Но так как ее границы тогда еще не были установлены даже приблизительно, в ходе своей работы Роберт Шомбургк очень широко раздвинул рамки исследуемой территории, отыскивая наиболее выгодные для Англии границы ее колонии - единственной в Южной Америке. Он взял себе в помощники младшего брата Ричарда (Рихарда) Шомбургка, который сопровождал Роберта во всех путешествиях по стране и оказался очень ценным сотрудником, как в сборе материалов, так и в их обработке. Особенно Ричард интересовался ботаникой и в этой научной области проявил себя как вполне самостоятельный исследователь.

В 1835 году братья Шомбургки впервые проникли в глубь Британской Гвианы. В течение четырех лет они делали съемки и нанесли на карту бассейн Эссекибо и прилегающие к нему на западе неразведанные районы. Они проследили все течение Эссекибо и установили, что эта многоводная река пересекает почти в меридиональном направлении невысокую, покрытую влажным тропическим лесом страну, что на ней и ее притоках много порогов и водопадов, что в верхнем течении она принимает слева большой приток Рупунуни, прорезывающий горы Кануку. Они обнаружили, что за узкой лентой галерейного леса, окаймляющего берега Рупунуни, простирается по обе стороны сухая саванна. Эта саванна Рупунуни доходила на восток до верховьев Эссекибо. Когда же братья повернули на запад и перешли в крайний северный клин бразильской территории, к верховьям Риу-Бранку, то установили, что и там простирается широкая полоса сухой саванны. В этом районе Шомбургки открыли дугообразную цепь невысоких гор - водораздел между верховьями Риу-Бранку и притоками Эссекибо - Потаро и Мазаруни.