Антология советского детектива-45. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Семенов Юлиан Семенович

«А что, если пойти и притащить сюда ту лестницу?» — мелькнула мысль. Вскоре он был во дворе большого дома. Отыскать в полной темноте лестницу трудно, и Логацкий потратил много времени. Взвалив лестницу на спину, потащил через кусты. Едва справился. Сначала посмотрел, нет ли поблизости людей и, в первую очередь, не очухался ли тот, которого ударил колом. Отыскал место, где избивал незнакомого. Никого, человек исчез. Это сильно встревожило Логацкого, и он долго ходил вокруг, сжимая в руке пистолет. Наконец решился действовать. Приставил лестницу к стене, полез. Окно на втором этаже было закрыто. «А может, не трогать Люську? Может, плюнуть на все и рвать, пока не поздно?» Внутри вскипела слепая злоба на жену. Неудача толкала его на месть. «Нет, надо на нее посмотреть. Заставлю эту стерву сознаться… заодно рассчитаюсь за все!» И он, размахнувшись, стукнул рукояткой пистолета по стеклу. С минуту прислушивался, а затем снова ударил. И вдруг увидел, как темноту прорезал луч света. Со стороны дороги послышался шум мотора.

«Милиция!» — со страхом подумал и, всунув голову в разбитое окно, крикнул: «Люська, сука, я до тебя все равно доберусь!»

Кубарем скатился по лестнице вниз и бросился к забору, перескочил его. Запыхавшись, вскочил в «Волгу». Двигатель завелся, как говорится, с пол-оборота. Не включая света, погнал по лесной дороге.

А в это время с противоположной стороны к даче подошли две милицейские машины.

Люся рассказала все

Наступило утро. Обыск в палатке ничего не добавил. Полковник Матвеев долго беседовал с женой Исаева, но она ничего пояснить не могла. Савич, хмурый от бессонной ночи, допрашивал жену Логацкого. Она, зная, что только неожиданный приезд работников милиции на дачу спас ее от верной смерти, откровенно рассказала следователю все, что знала.

Савич поехал в больницу, где лежал Исаев. Тот после операции пришел в себя, и врачи разрешили поговорить с ним, но отвели для этого пять минут.

После допроса Логацкой и Исаева картина прояснилась. Владимир Николаевич возвратился в Управление с надеждой, что теперь ему удастся поспать несколько часов. Но Тростник сообщил, что привез Шульгу, который по просьбе Логацкого предупреждал его друзей о необходимости скрыться. Савич, махнув рукой на сон, приступил к новому допросу.

Матвеев прилагал все силы, чтобы обнаружить машину Исаева. Но сообщений из других городов и с дорог не поступало. Утром связался с Ялтой и предупредил Ветрова, чтобы Майский готовился к встрече Логацкого.

Бег

Логацкий остановил машину на обочине.

«Что же делать дальше? Если Люська раскололась, то меня будут искать в южном направлении. Хорошо, что она не знает фамилию Левы. Денег мало, а продержаться надо долго. Что, если продать машину? Но как? А, покручусь несколько дней по Прибалтике… Постараюсь документы какие-нибудь достать, денег…»

Встала и другая проблема — как заправить машину. Подъезжать к бензоколонке опасно, там могли уже знать номер. Придумал! Впереди, километрах в пяти, карьер, откуда множество машин возят песок. Когда рассвело, Логацкий вышел из машины, поднял руку. Остановился ЗИЛ, и водитель за тройку наполнил бак и канистру, которая лежала в багажнике «Волги». Логацкий выехал на шоссе и, насвистывая, поехал дальше.

«Махну в Каунас, — решил он, — там можно загнать лайбу. Ну а с деньгами на юг можно и на велосипеде доехать».

Прекрасное шоссе позволяло держать скорость, и через несколько часов Логацкий въезжал в Каунас. Сотни километров отделяли солнечные улицы Каунаса от залитого дождем леса. На душе стало веселее. Логацкий заехал во двор большого многоэтажного дома, отогнал машину в дальний угол, лег на заднее сиденье. Через три часа проснулся, протер машину. После этого закрыл «Волгу» на ключ и направился к базару. Там, у магазина «Автомобили», вокруг каждой машины крутились покупатели. Внимание Логацкого было приковано не к «Волгам» и «Москвичам», а к людям. Наконец ему приглянулся низкорослый, лет тридцати пяти мужчина. Интересовался он только «Волгами», придирчиво осматривал каждую из них.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Вы что хотите купить? — выбрав момент, спросил Логацкий.

— «Волгу». Другие марки за машину не считаю.

— У меня есть «Волга». Девять тысяч на спидометре, почти новая, экспортный вариант.

— А где она? — спросил мужчина, оглядываясь по сторонам.

— Вы местный? — вопросом на вопрос ответил Логацкий.

— Нет. Живу в пятидесяти километрах отсюда, в деревне.

— Дайте мне адрес. Заеду через пару деньков, тогда и поговорим.

— На машине приедете?

— Конечно.

— Если она мне понравится, в цене сойдемся.

Логацкий записал адрес и, попрощавшись, ушел. В гастрономе купил продукты, четыре бутылки водки. В книжном киоске взял «Атлас шоссейных дорог», изучил, как проехать к деревне, где жил покупатель. Затем зашел в универмаг, купил рубашку, галстук и бритвенный прибор. Пару суток он проведет где-нибудь в лесу, а затем переоденется, приведет себя в порядок и явится к покупателю домой.

Ожидать всегда трудно

Нервы у Майского напряжены до предела. Ежечасно он ждал приезда Логацкого. А тут еще дружки Белькевича и Лазарева не давали покоя. Подбивали выехать в Симферополь и совершить кражу из магазина. Майскому с помощью Карпова еле удалось отговорить Белькевича и Лазарева. Майский все же успел предупредить Ветрова.

Прошел день, второй, а дружки не возвращались. Вскоре Лазарев узнал, что в их квартирах работники милиции произвели обыск.

— Все ясно, погорели, — со злостью сказал он и, поочередно глядя то на Карпова, то на Майского, продолжал: — Спасибо, что отговорили, а то нам с Левой пришлось бы видеть небо в крупную клетку. А эти — тоже мне дельцы! Паршивый магазин и тот заделать не смогли. Интересно, как их там повязали?

Майский слушал его, а сам думал: «Где же Логацкий? Приедет или не приедет?»

Купите машину…

Логацкий вошел в дом Станкявичуса твердой, уверенной походкой:

— Здравствуйте. Как видите, я слово сдержал: обещал через два дня прибыть — и прибыл.

Хозяин ответил на приветствие сдержанно и в разговоре был сух. Но стоило ему выйти вместе с приезжим на улицу, как настроение изменилось. Еще бы! Машина, сверкая никелем и краской, стояла у дома Станкявичуса.

— Хороша, ничего не скажешь, хороша! — и, повернувшись к Логацкому, спросил: — Сколько?

— Ну вот, сразу «сколько», — усмехнулся Логацкий. — Я хочу, чтобы купля-продажа произошла более торжественно. Ведь не каждый день я продаю машины, а вы их не каждый день покупаете?

— Да, да, — засуетился хозяин, — проходите, пожалуйста, в дом.

Логацкий не спеша, степенно вошел в дом и, повернувшись к хозяину, представился:

— Исаев Альберт Григорьевич. На рынке мы не успели познакомиться.

Сели за стол, жена хозяина поставила бутылку водки и закуску. Выпили за знакомство, закусили. Затем по второй рюмке…

— А теперь, если не возражаете, можно и поговорить, — нарушил молчание Логацкий. — Я, знаете, человек простой, и буду вести разговор напрямую. Машина, сами видели, аппарат что надо, — достал технический паспорт и протянул его Станкявичусу. — Вот, пожалуйста, убедитесь сами, когда она выпущена. Жаль мне с ней расставаться, но, скажу по правде, деньги позарез нужны.

— Сколько вы просите за нее? — робко спросил хозяин.

— Сколько прошу, спрашиваете? Вы сами знаете, как сейчас сложно оформить продажу машины. Я предлагаю так: если согласитесь купить ее без оформления документов, то на четырнадцати тысячах сойдемся. Если же документы придется оформлять мне, то с вас семнадцать с половиной.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Станкявичус на мгновение задумался, а затем робко предложил:

— Ну, а если за четырнадцать и оформление документов за вами?

— Нет, не могу. Я секрета большого не выдам, если скажу, что завтра же на рынке в Каунасе продам эту машину. Если хотите, чтобы я оформлял документы, могу в залог взять, скажем, четырнадцать тысяч. Прихвачу документы, номерные знаки, ваш паспорт и на три-четыре дня уеду. Когда возвращусь, вы взамен оформленных документов вручите мне остальную сумму.