Лучший друг - Ян Жнівень

что это мешает работе. Не до конца поняв логики, Егор не согласился, но потом сам словил себя на мысли, что часы над столом дома мешали ему рисовать в особо напряженные дни, словно подгоняя его.

Далее случилось то, чего Егор боялся больше всего, – Женя повел его в другой дом, который внешне был почти такой же, как и дом, в котором они обитали последние двадцать четыре часа. Женя словно нарочно выбирал из самых лучших обиталищ самые запущенные и страшные. Внутри него было все почти так же, за исключением двух трупов пауков, явно превосходивших размерами предыдущего, которого Женя убил в своем доме. Немного присмотревшись, Егор увидел, что твари, свернувшие лапки на полу, были раза в полтора больше того, что был в первом доме. От этого его дыхание перехватило. Их пятнышки на лапках зловеще смотрели на него, словно тысячи маленьких глаз. Подул ветер, и лапка одного из исполинов дернулась. После такого Егор просто выбежал за дверь и там упал на задницу, в страхе сжав кулаки.

– Да что ты раскисаешь, ковбой? Снаружи, пока вы будете идти к Барановичам, ты такого дерьма увидишь, что эти паучки для тебя будут лишь легкой отдушиной в качестве воспоминаний.

– Да что ты знаешь о тварях снаружи? – ответил Егор, прикусив большой палец.

– Да что ты о них знаешь? – парировал удивленно Женя. – Давай поднимайся, мне нужна помощь.

Робея, Егор прошел внутрь и почти вплотную прижался к Жене. Единственное, что его тогда отвлекало, – это предвкушение киносеанса. Испуганными глазами он рыскал из одного укутанного паутиной угла в другой, словно стараясь уловить каждое движение и выловить тварь, укрывшуюся в углу, но Женя явно был быстрее его – он высадил магазин своей узи в двух пауков, сидящих друг на друге.

– Жаль, но что поделать, – сказал Женя и с омерзением на лице отодвинул их от спуска в такой же подвал, какой был в его доме. – Их, кстати, зовут голиафами – по аналогии с огромными жуками. Ну, давай внутрь, не тяни.

А в подвале Егору открылось настоящее чудо, не меньше удивившее его, чем коллекции Жени. Темный подвал, который Женя осветил фонариком, был набит паутиной и целой кучей съестного. Тут тебе и банки с соленьями, и веточки чеснока на ниточках, и соленые грибы с луком, и лотки с немного подсушенными временем овощами. В свертках газет лежала копченая и промасленная рыба, в ящичках на полках томились специи и лавровый лист, в целлофановых пакетах лежали мармелад, желатин, шоколад и конфеты. Под потолком, из-за отсутствия места, была подвешена ложа для картошки.

– А какую я картошечку со специями жарю, – сладко протянул Женя, жутко выпучившись на Егора и облизнув губы.

– Верю, – ответил он, испугавшись.

Помощь Егора заключалась в том, чтобы нести большую часть съестного на горбу, пока сзади шел Женя и жевал лакричные палочки, держа в руке банку с маринованными грибами и веткой из трех головок чеснока.

Затащив все прелести внутрь, Егор тяжело опустил мешок на пол и раскрыл его. Тут Лёша чуть в обморок не упал, но Женя придержал его и потащил все на кухню. Приготовления не заняли много времени. Спустя сорок минут на пол опустился поднос с горой печеной картошки с пряностями, жареный хлеб, протертый чесноком, небольшая головка сыра, миска с соленьями и миска со сладостями, на которую Маша налегла в первую очередь.

XI

Киносеанс длился очень долго. Вместе они посмотрели около четырех фильмов, проглотив их залпом и даже не зевнув ни разу.

Трудно описать, какая буря эмоций была у путников при просмотре столь разнообразного кино со столь разнообразной моралью. После тонны часовых метров с одними и теми же актерами, толкующих одну и ту же затертую до дыр мораль про тяжкий труд на экранах государственных и даже частных компаний, то, что показал Женя, было подобно глотку ледяного пива на жуткой жаре при плюс тридцати пяти.

Первая лента была, как уверял Женя, на разогрев. Режиссера, снявшего этот фильм, он безмерно восславлял и честно признавался в любви к его творчеству. Фильм был чем-то вроде боевика-комедии, которая рассказывала о четырех парнях, желавших нажиться на богатом ублюдке, который содержал свое казино. Все четверо искренне смеялись, а Лёша, особый любитель юмора, лицедейства и хорошей озвучки, так и вовсе обхохатывался во все горло.

Но Женя говорил, что данный шедевр был лишь верхушкой айсберга. Каким бы ни был фильм интересным и веселым, брутальным и креативным, все же это было слишком просто. Женя хотел довести всех до ментального оргазма, до такого состояния, когда лента уже не просто волнует сознание, а когда она его переворачивает, заставляет много думать и мало смеяться. Но пока он не торопился.

Следующий фильм поднял градус. Картошка уже остыла и закончилась, так что все переключились на соленую морковь и огурцы, которые в своей солености были подобны фильму. Лента рассказывала историю про самовлюбленного парня и его брата, который страдал аутизмом. Вместе они ехали до Лос-Анджелеса и преодолевали самые разные трудности, пока юный предприниматель и любимец женщин пытался ужиться со сложным братом. В этой ситуации Егор углядел свое сходство с Лёшей, от чего стало обидно. Старший брат, видимо, заметил этот косой и виноватый взгляд Егора, который он бросал на него в течение всего фильма, так что под конец смягчился и, на сцене «хэппи энда», потормошил его голову. Они обнялись. На этом, вероятно, и произошло между ними перемирие и понимание. Правда, после акта этой истинной братской любви Лёша уже не чувствовал надежды на то, что младший повзрослеет скоро. Воспитание, видимо, только начиналось для него, а этот жест был лишь показателем того, что его отпустило. От сердца отлегло.

Слегка утомившись, все решили отвлечься на перекур и бурные обсуждения, во время которых каждого распирали эмоции. Егору с Лёшей вообще казалось, что они могут вечно сидеть и смотреть эти фильмы при тусклом свете из кухни, а вот Маша, в свою очередь, постоянно прерывала их и ставила фильм на паузу, при хорошем свете фотографируя особо милые глазу моменты на свой полароид. От такого у старшего брата не слабо срывало крышу.

Третий представитель былого был лентой про будущее, что казалось путникам интересным (конечно, частично фильм спрогнозировал летающие машины и виртуальных женщин, но в остальном промахнулся со своими предположениями). Женя включил им этот фильм только чтобы увидеть их реакцию, а после сделать выводы. В фильме некий прототип человека колесил по городу будущего