Прилив победы - Дэвид Дрейк

Он погладил бороду и нахмурился.

— Мы можем пересечь всю территорию канавами и наполнить их водой. Самая большая проблема, которая у нас возникнет, — это то, как удержать сухими собственные траншеи. Приподнятые земляные валы — из все той же канавной грязи — этот вопрос решают. Голландцы использовали штормовые столбы — в основном горизонтальный частокол, — чтобы защитить валы от разрушения. Я сомневаюсь, что у нас будет для этого достаточно хорошего дерева, но мы, вероятно, сможем воспользоваться кустарником, чтобы изготовить старые добрые римские изгороди.

Упоминание старых методов, казалось, обрадовало Ситтаса. Он дошел даже до того, чтобы похвалить современные приспособления.

— Артиллеристам и снайперам это понравится. Медленно двигающаяся, огромная армия, падающая в канавы… А что с конницей?

— Забудь о коннице вообще, — чуть ли не рявкнул в ответ Григорий. И холодно посмотрел на Ситтаса. — Правда в том — независимо от того, нравится тебе это или нет, — что мы, скорее всего, закончим тем, что будем есть наших лошадей, а не ездить на них.

И Ситтас, и Аббу — в особенности последний — выглядели так, словно им больно. Маврикий хрипло рассмеялся.

— Вы только посмотрите на них, — фыркнул он. — Лошадь — это лошадь. Сможем раздобыть еще столько же. Если выживем.

— Хороший боевой конь… — начал Ситтас.

— Стоит его веса в серебре, — закончил Велисарий. — А сколько стоит твоя жизнь?

Он испытующе посмотрел на Ситтаса, затем на Аббу. Оба избегали его взгляда.

— Правильно. Если потребуется, то мы их съедим. И вот что еще можно сказать о хороших боевых лошадях — они крупные животные. У них много мяса.

Ситтас вздохнул.

— Хорошо. Как ты говоришь, это лучше, чем умереть. — Он посмотрел на юг. — И я определенно надеюсь, что Менандр доберется сюда до того, как нам придется принимать это решение.

«Юстиниан» и «Победительница» встретили первых малва примерно в десяти милях от Суккура. Смутно Менандр слышал орудия, стреляющие на юге. Однако первым они встретили небольшое подразделение кавалерии. Вероятнее всего, разведотряд. Малва уставились на странное зрелище, которое представляли собой боевые корабли с паровыми двигателями, ползущие вверх по течению и тянущие за собой четыре баржи. Менандр сидел внутри укрепления-скорлупы, в котором находилось одно из орудий. Оттуда он, в свою очередь, уставился на малва.

На мгновение у него возникло искушение приказать выпустить залп полыми снарядами, заполненными картечью. Малва находились достаточно близко, но… Он отказался от этой мысли. Кавалерийский патруль не представлял опасности для флотилии, если только не доставит информацию об ее приближении осаждавшей Суккур армии. А поскольку нет никакой возможности убить их всех, то нет смысла тратить боеприпасы.

Менандр быстро провел в уме грубые подсчеты. Результат его развеселил. К тому времени как кавалерийский патруль сможет вернуться и сделать отчет, флотилия Менандра уже доберется до Ашота. После этого, освобожденный от всего груза, кроме одной или двух барж, Менандр сможет гораздо быстрее продвигаться вверх по Инду. У малва, конечно, есть телеграфная линия, соединяющая их армию возле Суккура с силами в Пенджабе. Но — предполагая, что Велисарию удалось добраться до Чинаба — малва, вероятно, слишком дезорганизованы, слишком заняты отбиванием этого неожиданного нападения на их жизненно важный регион, чтобы эффективно атаковать приближающуюся флотилию Менандра, состоящую из двух пароходов с баржами. Поэтому он просто наблюдал, как его корабли проплывают мимо врагов. Редкий случай, когда в эпицентре жестокой войны встречаются и мирно расходятся враги. Он даже обнаружил, что, движимый каким-то странным импульсом, весело помахал рукой кавалеристам малва. Трое из них, движимые тем же импульсом, помахали Менандру в ответ.

«Странное дело — война».

Малва предприняли жалкую попытку перехватить его флотилию, когда он находился менее чем в миле от укреплений Ашота. Два небольших судна, наполненные солдатами, приплыли вниз по Инду навстречу Менандру. Однако двигались они медленно, поскольку ветер в лучшем случае дул рывками. Корабли были парусными, а не весельными, поэтому вынуждены были полагаться в основном на медленное течение.

Менандр отдал приказ готовиться к сражению. Они с Эйсебием планировали оставить эту работу «Победительнице», но ее двигатель — такой же норовистый, как на корабле Менандра — сломался несколько миль назад. К тому времени как Эйсебий сможет его отремонтировать и прибыть на место, сражение уже закончится. Менандр не особо беспокоился.

Учитывая возможность атаки с реки, Ашот постоянно находился настороже и поставил на берегу два полевых орудия. Нескольких удачных выстрелов оказалось достаточно, чтобы потопить одно из вражеских судов.

Менандр, стоявший рядом с одним из длинных двадцатичетырехфунтовых погонных орудий, был очарован тем, что случилось потом. На самом деле, настолько очарован, что какое-то время обращал мало внимания на все еще приближающийся к нему вражеский корабль.

Командующий малва явно предпринимал все возможное, чтобы направить судно к берегу до того, как оно полностью затонет. Прямо в руки римлян. Ему это почти удалось до того, как его люди были вынуждены прыгать в воду. Но заплыв получился коротким — многие из малва смогли дойти до берега пешком. Римские войска ждали малва, чтобы взять их в плен.

Не было никакой борьбы, никакого сопротивления. Мокрые и грязные солдаты казались смирившимися со своим новым положением.

Менандр отвернулся. Оставшееся на плаву судно врага находилось почти в радиусе действия его передовых орудий, и вскоре он отдаст приказ стрелять. Но он воспользовался временем, перед тем как сконцентрировать все внимание на предстоящем маленьком сражении, чтобы поразмышлять о методах ведения войны своего великого командира. Методах, которые иногда осмеивались — но никогда теми, кто становился их свидетелем. «У милости может быть своя острая сторона. Острее, чем копье или меч, и более смертельная для врага».

— Вы только посмотрите, как карабкаются эти жалкие ублюдки! — засмеялся один из артиллеристов. — Как утята, плывущие к маме-утке!

Менандр посмотрел на смеющегося парня. И сказал тихо:

— А как ты думаешь, кто копал землю за Ашота? Ты можешь быть уверен, черт побери, что люди Ашота не устали от работы. Они бодры и намерены отдохнувшими участвовать в сражениях. День за днем пленники малва работают в условиях незначительно хуже тех, при которых они жили во время службы. Что делает их почти всегда готовыми сдаться.