Зацепить 13-го - Хлоя Уолш

была огромная, стены голубые, и громадная кровать с балдахином.

Напротив кровати установлен развлекательный центр, похожий на мини-кинотеатр, но не это произвело на меня впечатление.

Мое внимание привлекли ряды и ряды медалей и прочих спортивных трофеев, которыми были увешаны стены.

В рамках под стеклом висели регбийные футболки. Я увидела несколько странного вида шапочек, а также постеры национальной сборной Ирландии по регби.

У дальней стены, между окнами, стоял массивный дубовый письменный стол.

На столе я увидела дорогой ноутбук, учебники и ворох тетрадей.

Над столом висела пробковая доска со множеством фотографий знаменитых спортсменов.

И на каждой рядом со звездой стоял Джонни.

— Ну, — пожав плечами, сказал он, — вот моя комната.

Он подошел к кровати, скинул что-то из одежды на пол и запихнул под кровать, поддав ногой.

— Симпатичная комната, — ответила я, закусив нижнюю губу.

Как и у любого мальчика-подростка, в комнате хватало плакатов с полуголыми супергрудастыми девицами.

Везде валялась одежда, возле телевизора лежали два джойстика от игровой приставки и целая куча коробок с играми, рядом два кожаных кресла-мешка.

Джонни подошел к двери в левом углу комнаты, рядом с кроватью.

— Ванная там.

— Ты уверен? — вымученным тоном спросила я.

Меня всерьез пугало, что в его личном пространстве придется раздеться догола.

Мы же с ним были совсем чужими.

Казалось, находиться в его комнате уже неправильно.

Казалось неправильно, но ощущалось так хорошо…

— Да без проблем, — быстро ответил он, открыв дверь ванной. Сунув туда голову, он вновь повернулся ко мне. — На вешалке чистые полотенца. Бери любое.

Боже мой!

Безумие какое-то.

Совершенно нереально.

Утром я ушла из дома, планируя купить картофельных оладий и банку колы, а теперь стояла в комнате Джонни Каваны и собиралась принимать душ в его личной ванной.

Как такое могло случиться?

— Хочешь, я положу твою одежду в сушилку? — предложил он, возвращая меня к действительности.

— Мою одежду? — Руки сами собой закрыли живот. — Нет, спасибо, не надо, — торопливо ответила я.

Под кровать отправились еще несколько вещей.

— Я бы дал тебе что-нибудь из маминой одежды, но она, когда уезжает, запирает свою гардеробную.

— Гардеробную?

— Ну да. Видишь ли, мама занимается одеждой. — Джонни неловко переминался с ноги на ногу. — Комната сама по себе выглядит как огромный гардероб, но мама упорно называет ее кабинетом. — Он усмехнулся, вспомнив что-то забавное. — Однажды Гибс забрел туда и угробил какую-то вещицу из нового модельного ряда, над которым работала мама. С тех пор перед каждым отъездом она запирает кабинет, когда уезжает в Лондон.

— Твоя мама разрабатывает одежду?

— Угу.

Я вытаращила глаза:

— Типа она дизайнер?

Джонни кивнул.

— В Лондоне?

Еще один кивок.

— Серьезно?

— Угу.

Божечки…

— А твой отец? — не удержалась я от вопроса. — Он, наверное, врач?

— Нет. Адвокат, — не моргнув глазом, ответил Джонни.

Исусе!

Его мать фешен-дизайнер, а отец — чертов дорогущий адвокат.

Что ж, это объясняет особняк, в котором я оказалась.

Взгляд Джонни упал на груду одежды, захламлявшей прикроватную тумбочку. Он устремился туда, выдвинул верхний ящик и стал запихивать туда вещи.

— Я поищу тебе что-нибудь из своей одежды, чтобы переодеться, — сказал он, слегка покраснев. Он шумно задвинул ящик. Бумаги, слетевшие на пол, отправились под кровать. — Я оставлю все на кровати, если ты захочешь… Словом, выбирай то, что понравится.

Я мешкала, делала шаг вперед и три назад. Потом, набрав побольше воздуха, шагнула к двери ванной.

Джонни отошел, пропуская меня, но он был таким большим, что я все равно задела его боком.

— Спасибо, Джонни, — прошептала я и влетела в ванную, чувствуя всплеск гормонов и отчаянно колотящееся сердце.

— Всегда пожалуйста, Шаннон, — услышала я, прежде чем закрыть дверь.

Боже мой!

Что же такое со мной происходит?

35. Ответы

Джонни

— Есть вопросы, Джоуи-хёрлингист, — заявил я, вернувшись на кухню и оставив его голую сестру в моем душе.

— Валяй, мистер регбист, — невозмутимо парировал он.

Я повернулся к Гибси и махнул в сторону двери:

— Гибс, дай нам пару минут.

Должно быть, мой лучший друг видел, какие у меня сейчас глаза и сколько в них ярости, потому что ему хватило ума обойтись без шуточек и комментариев.

Он молча встал и вышел, закрыв дверь.

— Так, — сказал я, когда мы с Джоуи остались одни. — Что за мразь смеет касаться твоей сестры?

Джоуи поднял брови.

— Ты меня услышал, — прорычал я. — В пятницу я застал ее в школьном коридоре на четвереньках, и она выблевала все кишки. — Ярость угрожала лишить меня самообладания, и я запустил пятерню в волосы. — С ней что-то происходит, и я хочу знать, что именно.

— Зачем?

— Потому что я хочу это исправить.

— Зачем?

— Потому что никто не смеет издеваться над ней! — крикнул я.

— Что она тебе сказала? — спокойно спросил Джоуи.

— Что споткнулась о башню, которую младший брат собрал из лего, — зло выдал я.

Как же, из лего! Не смешите мою задницу.

Ударилась о чей-то кулак — это больше похоже на правду.

Джоуи посмотрел на меня цепкими зелеными глазами, потом кивнул:

— Если Шаннон говорит, что споткнулась, значит так оно и было.

— Не-е-ет! Не пытайся скормить мне это дерьмо! — прошипел я, взбешенный его ответом. — Я не первый раз вижу у нее странные отметины. — Я хорошо помнил, как пару недель назад у нее на лице появилось красное пятно. И совсем свежий след сзади на шее, который я видел в пятницу. — Что с ней случилось?

Джоуи откинулся на спинку стула с выражением превосходства, которое я ненавидел.

Он что-то знал, а я нет, и это сводило меня с ума.

Я уже сомневался, что мне нравится этот Джоуи-хёрлингист.

— Кто издевается над твоей сестрой?

Мне нужен был какой-то ответ, пока я не сделал собственные выводы и не начистил ему задницу.

— Это отморозки из ее бывшей школы?

Может, они отомстили ей за мой пятничный «разговор» с тем красавчиком?

— Это были они? — допытывался я. — Те девицы?

Джоуи молчал.

— Или она сама себя ранит?

Он продолжал молча смотреть на меня.

— Может, это ты ее избил?

Он приподнял бровь.

— Слушай, хватит играть в молчанку, иначе я не посмотрю, что ты ее брат, и поговорю с тобой по-другому.

— Тебе нужно поговорить с самой Шаннон, — наконец сказал он. — Понимаю, ты жаждешь ответов, но я не могу тебе их дать.

— Можешь, — сердито возразил я. — Просто открой рот и скажи.

— Нет, — покачал головой он. — Не могу и не стану. Если она достаточно тебе доверяет, расскажет сама. Если нет, значит нет. В любом случае это не мне решать.

— Как это прикажешь