Бесконечная жизнь полная бесконечной похоти (СИ) - Никита Кита

миссии невысокого ранга сложности. После чего получил повышение в иерархии Гильдии и обрёл определенный вес в сообществе авантюристов. С новым званием он набился в напарники к отряду опытных приключенцев, в надежде поучаствовать в более сложной и выгодной миссии. Воин мечник и воин лучник, по имени Ганс и Ролан, соответственно, согласились взять молодого чародея с собой на условии, что ему отдадут одну двадцатую от общей добычи.

Парень был на всё согласен лишь бы затесаться в компанию двух крутых бойцов. Ещё больше его обрадовало, что Ганс и Ролан нашли, помимо него, двух красивых девушек в их команду. Элизабет и Анна, тоже были чародейками из Гильдии. И надо сказать Анна, очень приглянулась Вильяму…

Приключенцы покинули город и отправились в долгий переход по опасным, наводоненным всевозможными монстрами землям. И по началу всё шло плюс-минус хорошо. Они с лёгкостью справлялись с любыми испытаниями. По вечерам сидели у костра и мило общались за ужином. Делились эмоциями от пережитого и мечтами о том, кто, чего хочет добиться. Анна и Вильям постепенно притирались друг к другу. Особенно их сближал общий интерес к чародейству. Парнишка чувствовал, как влюбляется в привлекательную обаятельную девушку.

А потом всё пошло под откос и скатилось на самое дно.

Начиналось падение, как безобидные подколы со стороны старших группы. Ганс подшучивал над Вильямом, всякий раз, когда выпадала возможность. Зачастую это были совершенно тупые и неуместные приколы. Затем к его выпадам подключился Ролан. И вот уже оба взрослых мужчины регулярно, изо дня в день, стебали молодого попутчика.

Ситуация непрерывно усугублялась. От дружеских подначиваний, напарники планомерно переходили к откровенным издевательствам. В последнюю неделю они полностью наплевали на все нормы морали. Устраивая Вильяму подлянку за подлянкой, они лишали его остатков достоинства и превращали в мальчика для битья. И всё это происходило прямо на глазах у Элизабет и Анны.

В последствии, девушки перестали общаться с юным чародеем. Отношение всей команды к нему ухудшилось. О каком-либо уважении можно было забыть.

Прошлым утром Вильям нашёл у себя под покрывалом кучу оленьего дерьма. После такого парень серьёзно задумался, над тем, чтобы тайком покинуть группу и сбежать обратно домой. А этой ночью случилось событие ставшее апогеем всех унижений. Под соусом лёгкого принуждения Ганс склонил Анну к близости. Дальше они потрахались и разбудили своими стонами остальных. Ролан, как последний придурок принялся скакать вокруг и акцентировать всеобщее внимание на происходящем. А Вильям продолжал делать вид, что спит, и никак не реагировал. В те минуты, парень внутри себя пылал от гнева и разочарования. Но слабый характер и страх не позволили ему выступить с открытым протестом. Его раздавили морально.

Вейгер подскочил со спального мешка, вскинул в небо руки со стиснутыми кулаками и закричал во всё горло:

— Ойровы подмышки! Я выжил! Да! Я живой! Я живо-о-ой!!! — эхо разлетелось над широким каменным утёсом.

Перерожденца переполняла радость от того, что он сумел выкарабкаться из безвыходной ситуации, в которую его загнала Призма. Ведь тогда, под завалом он себя уже похоронил. Конечно, родной Драугфаг попал в лапы коварного Трахарчана и это была очень удручающая новость. Но мужчина, мало-помалу переставал рассуждать, как арханурский предводитель. Его новое бытие неуклонно вымещало надежды изначальной жизни. В любом случае, в своём положении Брод сейчас никому ничем не сможет помочь. Так чего горевать понапрасну?

— Хвала тебе Ирен! Хвала тебе Ливатус! Вечная вам моя благодарность, друзья! — разговаривал с воздухом мужчина.

— Эй, чмырёнок, ты совсем башкой двинулся, да? — послышалось сбоку.

Старый воин обернулся и увидел Ганса на фоне холмистого горизонта. Огромная широкоплечая гора мышц с бычьей шеей стояла облачённая в потасканную кожаную броню с металлическими вставками. Голубые глаза верзилы щурились, одна белобрысая бровь была приподнята. Золотистые волосы средней длины развевал лёгкий ветерок. Большой рот с тонкими розовато-бежевыми губами кривился в ухмылке. Из-за левого надплечья выглядывала рукоять здоровенного двуручного меча. «Ух ты! Моё любимое оружие.» — пронеслась мысль у перерожденца. Массивные, напоминающие кувалды кулаки покрывали толстые перчатки с голыми пальцами. При первом же взгляде на них, Вильяму вспомнилось, как недавно эти грубые кисти силком лезли к нему в рот, пытаясь скормить земляного червя. Наблюдавший сбоку Ролан, в тот момент очень громко хохотал.

А вот к мечнику подтянулся его дружок лучник. Сбоку от Ганса появился долговязый, тощий мужчина в стальной кирасе, поверх лёгкой льняной рубашки. На длинных, словно ходули, ногах у него сидели плотные красные чулки. Из треугольного подбородка торчала коротенькая козлиная бородка. Тёмно-каштановые волосы были стянуты в пучок на затылке. Продолговатая рожа с орлиным носом и глазами навыкате, изображала одновременно пренебрежение и недовольство.

— Чего уставился, как девственик на дырку? — хамовито обратился к парню Ролан, складывая руки на груди — Мы вчера вечером всё сожрали. Сейчас нужно наготовить свежей пищи перед отправкой в горы. Не все могут жрать червей, как ты.

Позади воинов со спальных мест поднимались две молодые девушки. Обе они провели ночь в обнимку с мужчинами. Элизабет и Ролан, трахались едва ли не с первого дня похода. Теперь и Анна подключилась к половым развлечениям. С сегодняшнего дня можно ожидать, что Ганс будет постоянно лезть к ней целоваться. А по вечерам ещё и пытаться присунуть.

Вильяму вспомнились их душевные разговоры у костра, в первую неделю. Как девушка с улыбкой на лице делилась с парнем опытом в чародейских практиках. Спустя несколько дней их общения, она даже невзначай положила ему пальцы на ладонь… А этой ночью она позволила вставить ей промеж ног член наглого самовлюблённого ублюдка. Ганс хорошенько насладился её притягательным сексуальным телом. Быстрые шлепки ягодиц о лобок и похотливые смешки хабального мужлана до сих пор всплывали в голове юного чародея. В целом, каждый мелкий шорох их с Анной тогдашней любовной возни, резал ему слух, словно скрежет вилки по керамической посуде. И он всё стерпел, хотя хотелось рвать и метать.

Элизабет, в чёрном корсете и облегающих кожаных штанах, подошла и облокотилась на плечо Ролана. Она была хороша собой: высокая, фигуристая, длинноволосая, с волнистыми локонами рыжевато-красного оттенка. Её красивое лицо с точёнными чертами излучало уверенность и горделивость. Чародейку специализующуся на чарах огня, не сильно заботила прохладная погода. Она наколдовала себе ауру тепла и разгуливала с голыми плечами. Элизабет притянула темноволосого лучника за ворот торчащий из-под кирасы и страстно засосала его с языком в губы.

Пока парочка целовалась, от спального мешка к верзиле Гансу подошла мелкая Анна. Она встала перед ним и, зевая, глянула на Вильяма.