Подари мне себя до боли (СИ) - Пачиновна Аля

— Вчера это было предложение. Сегодня — просто вопрос.

- Ну можно, задавайте. Роман.

— Скажите, Соня. А если бы не ваш Отелло, — он провёл рукой по новой стрижке, — у меня был бы шанс на ужин с вами?

— Теперь, когда вы спросили — нет!

— Почему? — брови Романа взмыли над оправой.

— Потому, что мужчина либо использует шанс, либо нет. Не спрашивает, есть ли он у него.

Роман снял очки. Растер пальцами глаза и глухо засмеялся. Потом хлопнул два раза ладонями, будто поаплодировал, и сказал:

— Я понял…

«Вот и умница».

— Как тебе новый хаер Викторыча? — Спросила Оксана после ланча, протягивая Соне кофе в бумажном стаканчике, и уселась на край ее стола.

— Спасибо, — поблагодарила Соня за кофе, отхлёбывая, — нормальная. Лучше, чем была, мне кажется.

Оксана наклонилась к Соне и шёпотом заговорила, прикрыв рот ладошкой.

— Говорят, на него ночью какие-то хулиганы напали на парковке, отрезали и сказали, что в следующий раз это будет его мошонка. — Оксанка закатилась на весь офис. Откашлялась, извинилась перед коллегами и упорхнула.

Ну и коллективчик!

Соню вдруг, как кипятком окатило. Моронский?! Это он парикмахер что ли? Вот больной!

Но шеф?! Он что? Все это время знал, что это из-за Сони ему гребешок почикали и разговаривал с ней, как ни в чем не бывало?

Она определённо ничего не понимала в этих странных мужчинах и их мире!

Поэтому она постаралась полностью погрузиться в женский.

Пока Соня с наслаждением тратила свою первую и последнюю официальную зарплату на маникюр, педикюр, шугаринг, вдруг, на процедуре массажа вспомнила, что, вообще-то, главной своей страстью всегда считала танцы!

С приятельницами по танцам Соня поддерживала тёплые, доброжелательные отношения, но всегда держалась особняком. В группу никогда не просилась, предпочитая в танцах, как и во всем в жизни, свободу выражения и импровизацию. Они много раз звали ее провести время в их компании, но Соня всегда отказывалась, находя уважительную причину. А не находя — придумывала. Она ругала себя за снобизм, но чувствовала себя… другой. Они хорошие девчонки. Но всегда казались ей очень несерьёзными, легкомысленными, безбашенными даже. Она иногда слышала, как они рассказывали друг другу о своих похождениях и Соня поражалась свободе нравов в этом коллективе. Но, черт возьми, всегда тайком жадно слушала их истории. И однажды даже поймала себя на том, что немного завидует их яркой, насыщенной жизни. У самой бы духу никогда не хватило жить на полную сексуальную катушку!

Придя в студию в субботу она услышала, как девчонки о чём-то спорят, перебивая друг друга.

— Ну, и что ты предлагаешь? — нервничала Юля, расхаживая по залу.

— Танцевать втроём этот номер. Сейчас раскидаем партии на троих и все.

— Там вся суть в парах. Это же танец — противостояние мужского и женского.

— Можно вдвоём тогда, — предложила третья — Алина.

— Это будет не то. Плоско будет, неинтересно.

Потом вдруг они резко умолкли, и снизили тон, быстро о чём-то зашепталась, пока Соня разминалась и тянулась у станка.

— Да нет… не получится. Она никогда… давай ты лучше… тогда… — слышала она обрывки фраз. Наконец от группы отделилась Юля и двинулась в сторону Сони, как будто с дипломатической миссией.

— Соня! — неуверенно начала она. — Выручи нас, пожалуйста!

— Что случилось?

— Вика ногу сломала. А мы сегодня выступаем с номером на четверых. Никак без четвёртой партии не получается. Ты же все наши номера знаешь. Станцуй партию Вики, пожалуйста в «Инь и Янь» А? Если мы не выступим, нам нечем будет платить за аренду в этом месяце.

— Девчонки… — Соня вздохнула. Сейчас она им, конечно, откажет и навсегда приобретёт «клеймо» пафосной суки, которая даже рассмотреть их маленькую просьбу считает ниже своего достоинства. А ведь истинную причину им не объяснишь. Они вольные. Им этого не понять. Они делают, что хотят, ходят куда хотят и когда им нужно. Никому не отчитываются. Ни у кого ничего не спрашивают. А за Соней неустанно ездит то Лексус, то огромный Кадиллак. Как им это объяснить? Сейчас она испортит с ними отношения. Они, конечно, будут ее терпеть в студии, но она навечно станет презираема ими. И, в конце концов, ей придётся забыть сюда дорогу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Вот так и от всего внешнего мира ОН постепенно ее отрежет. Как Нелька сказала — выпотрошит! Опустошит, лишит всех прежних связей. Останется от неё одна пустая оболочка, которую он будет наполнять собой. А потом что? Выбросит, когда надоест? И что она вот такая выпотрошенная и поломанная, без друзей, знакомых, карьеры и связей будет делать?

— А где? — вдруг, неожиданно для самой себя спросила Соня.

— В Стекле! — девчонки все, как по команде обернулись и уставились на Соню с надеждой в глазах.

Боже. Только не это…

— Блин, — Соня собралась сделать ещё одну попытку отказаться, пока не поздно. Подушечки пальцев закололо, сердце предостерегающе забилось.

Чёрт, зачем она сегодня пришла вообще сюда?

— Соня. Пожалуйста выручай! — с жаром умоляла Юля. — На тебя вся надежда!

Чёрт! Чёрт! Соня зажмурилась, сжимая в кулаки похолодевшие пальцы. Как быть? И страшно безрассудно, но безумно волнительно! Поступить вопреки! Больше даже, чтобы доказать самой себе, что она ещё пока не тварь дрожащая, а право имеет! Заведомо зная, что это преступление в ее случае будет тяжелее настоящего угона тачки, крупного воровства, или ещё какой криминальной жести, типа бабулю топориком…

— Хорошо, я согласна! — выдавила из себя Соня и вытерла влажные виски краем майки.

— Ааааа, — завизжали девчонки и кинулись обнимать ее наперебой.

В конце-концов, может и пронесёт. Он ничего не узнает. Он вообще неизвестно где. И с кем… А эта мозоль болит только в сердце, танцевать совершенно не мешая.

Из студии они выйдут через запасной выход, там во внутреннем дворе припаркован Юлькин жук. Незаметно приедут в Стекло, Соня оттанцует номер, вполне приличный, по сравнению со всеми остальными их номерами… на такси и домой.

Все будет хорошо!

Глава 42 (часть 2)

Миллиарды витков спирали эволюции. Динозавры. Мамонты. Колесо. Ожесточённые войны за территории. Наука. Космос, изрытый бороздами ракет. Мощнейшие телескопы. Технический прогресс, достигший скорости звука на пути к телепатии. Самые амбициозные умы человечества изобретают способ дозвониться до Бога. Когда тот сидит в своей лаборатории и смотрит на людей в микроскоп, записывая в тетрадь данные о делении простейших организмов.

Никогда ещё Макс не сталкивался с ощущением беспомощной привязанности к органически ценному прибору.

Телефону.

Важные номера, нужные контакты, пароли, банковские карты, финансовые сводки, новости — в нем было всё. И даже больше.

Макс отражался в чёрном зеркале экрана и пытался вспомнить в какой именно момент стал зависим от этой игрушки. И речь не о девайсе с полезными приложениями и набором системных функций.

Звонками не по делу, а просто так, с целью поболтать, Макс подчёркнуто пренебрегал. Бессмысленным вибрациям голосовых связок в средство коммуникации он предпочитал короткие выстрелы емких смс-указаний. И обоих в этих сугубо деловых отношениях все устраивало. Пока кроме денег продукт кибернетики не начал делать Моронскому нервы!

Он открывал «шпиона» и закрывал. Находил в телефонной книге контакт «Засоня», считал до десяти и смахивал. И так бесконечное количество раз в течение дня.

Начать отсюда переписку с Орловой — дать истрепать себе мозг в сражении интеллектов. А он ему нужен целый и невредимый, Макс и так спал по четыре часа в сутки, все остальное время занимаясь решением вопросов, связанных с открытием Дубайской адаптированной версии «Порока». Идея зашла его приятелю — ближневосточному строительному магнату. Джафар отдал строительство клуба одной из своих компаний на весьма выгодных для Моронского условиях. Клуб должен был начать продавать членские карты в октябре, и сейчас велась активная пиар-кампания среди богатейших людей Арабских Эмиратов и Саудовской Аравии. А это дополнительные очень весомые связи и новые надёжные каналы. Все складывалось. Хотя он уже начал переживать, что сбеленившийся на девчонке член окончательно поработит сознание и весь бизнес пойдёт по известному вульгаризму, женского, кстати, рода.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})