Империя господина Коровкина - Макс Гришин

class="p1">– Ну удачи вам, – проговорил Петро и закончил звонок. Он осторожно приподнялся. От долгого сидения начинала болеть спина. Он потянулся и хотел дойти до турника, чтобы повисеть на нем, но в этот момент раздался новый звонок. Петро думал, что это Шабаич, который не успел ему что-то договорить, но надпись на дисплее «Андрей авария» заставила его вздрогнуть и остановить руку на пол пути, будто перед ним лежал не телефон, а пригревшаяся на солнце ядовитая змея.

15.

– Здарова, чувавелло! – голос в трубке звучал бодро и весело. – Звонил, вижу. Пропустил, блин, не слышал. Ну чё, как у тебя там житуха, рассказывай давай, режь правду матку!

Первые несколько секунд у Петро было подозрение, что Андрей был в состоянии особого нервного напряжения, поэтому голос его звучал как-то странно, но с каждым последующим произнесенным словом, он всё больше понимал, что тот просто был дико пьян.

– Всё хорошо, как у тебя? – Петро хоть и немало удивился такому началу разговора, но сумел сохранить невозмутимость в голосе.

– Да заеб… нормально всё, чувак! Вот тут за городом сейчас, тут помогаем с ремонтом одному деревенскому фраеру. Фермер он, типа. Зажиточный. Говорит, прикинь, десять рублей я вам отслюнявлю, остальное говорит, натурой отдам. Ну, не подумай что не то – едой там и выпивкой! А еда у него! М-м-м… Рыбка копченая, шашлычок, а утка… аж встал у меня, прикинь?! А настойка! Это ваще! Улет! Улетище, твою мать! Пьешь – как вода, чувак, как сок, ей богу, а потом… бам… по башке как… как кувалдой блин и пьяный уже ваще… В толчок хотел пойти, встал, а ноги, блин, как деревянные! Чуть в штаны не это… Прикинь?! Мы тут приехали к нему на пару дней буквально, а он нам и говорит, оставайтесь на неделю, мужики, побухаем, в баньку сходим! А еще вчера мы с ним на озеро на лодке плавали, так там вообще было, блин…

– Андрей, Андрей! – перебил говорившего Петро. Этот пьяный базар мог уйти непонятно куда, и он решил его прервать как можно раньше. – Послушай, я по делу тебе звонил. Диана, помнишь?..

– Какая еще Диана? – судя по всему тот не помнил.

– Как… какая, – Петро удивился. – Твоя Диана! Та девушка, с который ты на свидание хотел пойти, но… не получилось!

– Катя, почему Диана?! Такая… с большой жопой еще… Страшная, мать ее, как хер носорога!

– Диана, – повторил Петро, – та, с который ты не смог встретиться, так как в тебя кто-то врезался на дороге!

Андрей замолчал на несколько секунд. Несколько секунд в трубке была слышна лишь статика и какое-то причмокивание и вдруг голос, в котором Петро, как показалось ему, услышал будто какое-то разочарование:

– А ты кто, ваще, такой-то?

– Петр… Афанасьев… следователь… по исчезнувшим людям! – выпалил из себя Петро первое, что пришло на ум. Вся эта болтовня Андрея запутала его настолько, что он сбился со своей мысли и потерялся.

– А-а-а! А, твою ж за ногу, командир. Ты же этот, мусорок, мать его, да?! А-а-а, а я-то… я думал ты кто-то другой, в общем, – голос Андрей погрустнел и даже опустился на несколько децибел, – тут уже эти твои корефаны звонили недавно. Что-то вынюхивали, что-то там спрашивали, приезжай, говорят, к нам, разговор, говорят, есть… Про прописку там у меня всё спрашивали, про регистрацию что-то…

– Я звоню тебе по другому поводу. Меня интересует Диана и всё, что с ней связано. Я обещал тебе вернуться, когда что-то узнаю. Вот я и возвращаюсь.

– Ну так рассказывай тогда, коли обещал.

– У нас есть небольшой прогресс в ее поиске. По крайней мере, нам кажется, что есть.

– Да? Ну и чё, как она? – спросил Андрей, но голос его выдавал почти полное безразличие. – Передай ей привет что ль! Скажи, мол, Андрюша кланяться ей изволил!

– Не всё так просто. Мы идентифицировали ее личность, и она действительно не выходила на связь уже больше недели. Есть серьезные опасения того, что ее похитили.

– Кто?

– Этого пока не знаем, но узнаем совсем скоро.

– Ну узнавайте, чё! Это ж ваша работа!

– Для этого я и звоню. Здесь нам понадобится твоя помощь. Нам надо знать до малейших деталей всё, что произошло в тот день. Как произошла эта авария, что ты видел, что помнишь. Может лица, может имена? Всё!

– Да я же рассказывал уже всё, командир. Сто раз уже всем вам всё рассказывал!

– Мне не рассказывал.

– Да сколько ж можно всё это дерьмо пересказывать одному, второму, третьему! Ладно… ладно… давай, командир, что тебе еще раз рассказать? Я всё помню, могу рассказать, как вечер перед этой поездкой провел, как… часть ночи даже.

– Я бы хотел поговорить с тобой без всякой спешки и не по телефону, – Петро решил не ходить вокруг да около, а перейти сразу к основной цели звонка, – если будет у тебя время, хотел бы встретиться и обсудить всё. Возможно при разговоре появятся новые детали, которые вспомнишь. В этой ситуации нам важно знать каждую деталь! Не против?

Возникла пауза, которая длилась несколько секунд. Петро, прикусив в нервном напряжении верхнюю губу, вслушивался в тишину на той стороне, в слабые потрескивания статики. И вдруг:

– Ну, хочешь, так давай. Я, ей богу, командир, не знаю, что ты еще хочешь от меня услышать, но… надо, так надо. Если тебе это реально поможет, так давай, не жалко, чё. Что не сделаешь ради той, которая с другим ушла, – тут Андрей громко хихикнул. – Через пару дней заеду к вам туда в эту мусарню вашу. Норм? Пока тут делишки доделаем, рассчитаемся тут и всё такое. В баньку еще, кстати, сходить надо будет…

– Не надо в участок. Те ребята занимаются своими делами, мы своими. Друг другу мы будем только мешать. Я следователь и… – но Андрей прервал его череду заготовленных только что объяснений.

– Да мне вообще похер, командир! Куда скажешь, туда давай и приеду! Только давай не на Марата, – сказав эту фразу он долго и продолжительно загоготал, – а то нос до сих пор болит, не понравилось мне там чёт прошлый раз нихрена!

– Как приедешь в город позвони, я сообщу, где будет лучше встретиться.

– Ну через пару дней только, командир, говорю. Тут дела недоделанные. Тут… В общем, давай. Как приеду, дам о себе знать. Привезу тебе может чего – рыбы там копченой или грибов соленых. У него грибы, командир, м-м-м… закачаешься! – в этот момент в трубке послышался какой-то крик и