Демоны - Джон Ширли

Он упал, хватаясь за шею, откуда хлестал фонтан крови. Она выстрелила в одного из двух оставшихся; тот тоже упал. Третий пустился бежать от нее – и завопил, когда демон, сделав один-единственный шаг, подобрал его с земли и запустил в воздух, закрутив, как пропеллер.

Он так и не упал обратно.

Она заколебалась, думая, не стоит ли ей врезаться в фургоне в ноги гиганта. «Это бесполезно. Лучше попытайся найти кого-нибудь из местных людей, увезти их в безопасное место».

Но тут демон заметил ее. Нагнувшись, он ударил по фургону кулаком; от удара крыша прогнулась, а фургон покатился в канаву.

Стивен – и демон – потряс мир яростным ревом.

Снова она здесь, чтобы насмехаться над ним! На этот раз ей не удастся убежать от него! Он чувствует своих детенышей! И семена нового мира внутри него ликующе заревели, соглашаясь, извиваясь в приливе темной энергии.

То, чем был Стивен, нагнулось за ней.

– Привет, малыш.

Стивен почувствовал, что съеживается, ссыхается, отступает куда-то в другое место, куда-то внутрь…

Он огляделся вокруг. Где он?

Он был в большом пустом помещении, сделанном из кожи. Он сел на пол, тяжело дыша, весь трясясь от неожиданного высвобождения.

Помещение было круглым, с неровными изгибающимися стенами, с двумя высоко расположенными окнами, по форме напоминавшими глаза, и чем-то вроде камина, похожего на полураскрытый клыкастой рот. Свет, проникавший внутрь сквозь глаза и рот, падал на человека, сидевшего на полу напротив него, опираясь спиной о кожаную стену, с печальной улыбкой на лице.

Малыш. Так всегда звал его отец.

Его отец – в той же одежде, которая всегда была на нем, когда он брал его с собой на рыбалку: та же старая кожаная куртка, и джинсы, и сапоги. Его отец, с дряблым лицом, с веселыми карими глазами, с залысым лбом и взъерошенной курчавой седеющей шевелюрой.

– Папа?

– Угу. Это я.

Стивен посмотрел на себя. Теперь он мог видеть свои руки, свое тело. Он был голым, но у него было тело. И это было тело мальчишки.

– Где мы? Как ты попал сюда?

– Мы не там, где нам кажется. То, что ты видишь, – это конструкция, представляющая реальность скорее символически. Наши души были перенесены в нейтральную сферу в астральном пространстве. Этот любительский набросок, собственно, происходит от меня. Я создал его. И я не смогу поддерживать его долго. Меня призвал Круг. Они где-то в России – те, кто смог собраться вместе, чтобы призвать меня. Они вытащили меня оттуда, где я блуждал, соединившись со мной посредством Золота в Чаше. Те, кто не оставлял стараний все это время, кто пытался помочь нам всеми силами, сумели собрать достаточно силы, чтобы призвать меня сюда, для того чтобы поговорить с тобой, дать тебе возможность выбрать.

– Но это место… – И тут, оглядываясь вокруг, Стивен внезапно понял: он был внутри огромной пустой головы! И он узнал ее форму – это была голова демона.

– Да, это демон, в которого ты вселился.

– Но он бог! – закричал Стивен, вскакивая на ноги.

– Так они сказали тебе. Какой апофеоз иронии, в самом деле – назвать этого нелепого, раздувшегося, кровожадного демона богом! Они сказали тебе, что эта бойня, которую ты видел вокруг него, – всего лишь иллюзия; а если бы ты не поверил в это, то следующее, в чем они попытались бы тебя убедить, – что эта бойня была оправданной. Ты сейчас не в том состоянии, чтобы рассуждать – ты перестал рассуждать с тех пор, как эта девушка взяла тебя в свою постель. Тебя совратили – и она, и Уиндерсон. Ты знаешь, Стивен, как Уиндерсон оказался у меня в долгу?

– Что? – Стивен был словно пьяный. – Как? – Обдолбанный, ошеломленный, наполовину бесчувственный. Ему казалось, что он теряет сознание. Ему пришлось пройти через слишком многое.

– Я скажу тебе: он изнасиловал девочку, когда мы учились в колледже. Он назначил ей свидание и накачал ее каким-то наркотиком, который тогда был в ходу. Потом он изнасиловал ее – а потом, опьяненный успехом, он позвал двоих своих друзей и дал им изнасиловать ее. Ну что ж, девочка кое-как рассказала обо всем этом. Его арестовали – а ему было что терять. Он мог сесть в тюрьму. Мы жили в одной комнате, и иногда он бывал очень симпатичным. В то время он озвучил все так, словно он всего лишь немного сбился с пути, а теперь это могло разрушить всю его жизнь.

Передо мной не лежала великая перспектива встать во главе корпорации моего отца. У меня не было других друзей, но у меня было слабое место – потребность к самопожертвованию, чтобы другие любили меня. И я сказал, что приму удар на себя. Я скажу, что это я накачал ее наркотиками, для смеха – и что он не знал об этом. Что потом он ушел и не знал о том, что другие тоже воспользовались ею. Я солгал. Меня приговорили к условному заключению – Уиндерсон потянул за свои веревочки. Но из университета меня, конечно, вышибли.

Я поступил в другой колледж – тоже с помощью Уиндерсона – и в конце концов стал школьным учителем.

Но это сделал он, Стивен. Он сделал все это с той девочкой – не я. Как ты думаешь, что это за человек, а? Спроси себя об этом, малыш. У Дейла Уиндерсона хватило духу на это – и на еще большее. Он принес в жертву целый город, потому что верит: высвободившаяся в результате энергия даст ему бессмертие и его собственный маленький космос, в котором он сможет развлекаться как хочет. Это, конечно, фантазии, которыми кормит их темный кукловод, сидящий на своем сатурнианском троне.

– Я… на самом деле ты не мой отец. Это просто какой-то тест.

– Я на самом деле твой отец. Я теперь дух, Стивен, – но я настолько же реален, как был в материальной жизни. Мне дали возможность развить свое существо после смерти в определенном месте, которое я не смогу описать, и Круг призвал меня сюда, чтобы урезонить тебя. Сказать тебе: если ты будешь бороться за то, чтобы взять контроль над демоном, ты сможешь сделать это. Если ты откажешься отождествлять себя с его желаниями, его похотями, ты сможешь контролировать его… но это будет означать, что тебе придется залезть к себе внутрь и вытащить оттуда Жемчужину – этот сгусток чистой воли. Пожертвовать ею – и это будет настоящая жертва, единственная жертва, какую стоит приносить. Покажи им Жемчужину, Стивен. Тем четырем членам Подводного течения, которых ты знаешь – это ведь они устроили так, чтобы им не пришлось смотреть на нее самим. Правда, забавно – люди вселяются в демонов, а не наоборот. Но это всегда держалось в секрете.

Отец встал, подошел к сыну и положил руки на плечи мальчика.

– Тебе придется отказаться от очень многого. Тебе придется принять на себя боль от осознания того, что ты сделал. Тебе будет больно. Но оно того стоит.