Блуда и МУДО - Алексей Иванов

– Бля-а-а, Каликин, ну ты и пидарас… – простонал Сергач, страдальчески скривившись. Он зажмурился и схватился за лоб.

– А хули я-то пидарас? – возмутился Лёнчик. – Я, что ли, кирпичей там накидал?

– Чо те ни поручи, ты всё через жопу вывернешь!

– Пошёл ты на хуй! – разозлился Лёнчик. – Я из-за тебя вообще чуть пиздой не накрылся!… Лучше скажи, чего щас делать?

Моржов слушал разговор Лёнчика и Сергача словно оглушённый, словно из наркоза.

– В больничку её бесполезняк, – заявил Лёнчик, сплюнул себе на ладонь и посмотрел на плевок. – Щёку прикусил, бля, кровит… Алёнка всё, Валерьян, трупак. Не вытянут. Надо, короче, её там оставить, типа как она сама ехала и наебнулась. А мы ни при чём.

– Чего ты зассал-то? – озлобился и Сергач. – Нам-то чё? ДТП же. Ты её не убивал. Мотоцикл не крал – те козлы из деревни сами тебе его дали. Борян вон свидетель. Хули Алёнку там бросать?

– Чо мне? Мне ничо! – вспылил Лёнчик. – Только менты-то знают, что Алёнка – из твоей конторы девка. Сами её пёрли! Они и так тебя на бабки садят, что нам жить не на что, а теперь вообще за яйца схватят! Обдерут, короче, на хуй всего и контору твою под себя подгребут. Тебе же хуже-то! Менты найдут, до чего доебаться! Тебе гаситься надо, что ты здесь был, а я Алёнку к тебе вёз.

– А как гаситься? – растерялся Сергач. – Кто-то видел, что ты Алёнку увозил?

– Да все, блядь, видели. И Наташка, и другая Наташка, и Надька. Но я никому не говорил, что Алёнку повёз к тебе.

– Хоть на это у тебя ума хватило… – пробормотал Сергач. – Значит, так. Надо, чтобы я оказался не при делах. Чтобы менты меня с Алёнкой не связали. Я щас отсюда снимаюсь и еду в Ковязин. Там с пацанами в отделе засяду бухать. Типа как я ни при чём. А ты типа как взял Алёнку покататься, когда поехал мотоцикл этим козлам возвращать. Ну, и пизданулся. Ты не виноват. Утром приходи в отдел и пиши заяву, вроде как всё только что случилось.

– Разведём ментов, да? – понимающе усмехнулся Лёнчик. – Ну, ясно… Только мне бы водки накатить. Перенервничал, бля, короче.

– Какой водки! – зашипел Сергач. – Ты же из ДТП будешь!…

– Й-о! – сообразил Лёнчик.

– Короче, иди обратно, где ебанулся, – деловито распорядился Сергач. – Мотоцикл стащи куда-нибудь в канаву, чтобы никто с дороги не увидел. Алёнку тоже убери…

– Она и так в канаву укатилась.

– Ну, и не трогай. Сиди в кустах, кури. Через час… нет, через два вставай и ебошь в город, в отделение. Я уже там буду. Понял?

– Бля, всю ночь киснуть, – с досадой пробурчал Лёнчик.

– Пиздуй-пиздуй, хуепутала… – Сергач подтолкнул его к тропинке на шоссе. – И не намуди ничего…

– Сигареты гони, – потребовал Лёнчик.

Он забрал у Сергача пачку и похромал к лесу.

– Заебал он меня, уёбок… – негромко сказал Сергач в спину Лёнчику.

Моржов молчал.

– Дай мне сигарету, Борян, – попросил Сергач. – Видишь, я как мальчик теперича стрелять буду…

Моржову казалось, что он остался без плоти и его тяжёлая шкура просто висит на плечах, как пальто на вешалке. Моржов протянул Сергачу пачку, внимательно разглядывая Сергача, словно видел его после долгой разлуки.

– Я, Сергач, с тобой в Ковязин поеду, – вдруг сказал Моржов.

– Тебе-то на хуй? – удивился Сергач.

– Достало тут всё… – мутно ответил Моржов. – Хочу нажраться.

– Я водку свою здесь оставляю.

– Хочу один, а здесь не дадут. Сергач понимающе покачал головой.

– Алёнку жалко? Да, хорошая девка была… Судьба. Вдвоём, Сергач и Моржов пошли к «Волге». Открыв дверку машины, Моржов оглянулся на далёкий огонь на берегу. Он видел Розку, Милену, Сонечку, Щёкина, Костёрыча… Все они ждали его. Моржов смотрел на них, как в последний раз.

– Садись давай, – поторопил Сергач. – До пятницы простоишь…

Моржов отвернулся и полез на место рядом с Сергачом.

– Повезло тебе, Борян, – заговорил Сергач, проводя машину под аркой ржавых ворот Троельги. – Если бы не Алёнка, жопа тебе была бы… Блин, как мне этот подъём всегда не нравится…

«Волга» обогнула клин ельника и, завывая, полезла в гору.

– Боюсь, заглохну… – ворчал Сергач, дёргая рычаг. – Менять тачку давно пора… Клапаны, что ли, износились… Да денег, блядь, ни хуя нету…

– А зачем тебе Алёнушка в Троельге была нужна? – спросил Моржов.

– Из-за тебя, зачем же ещё?

– Поясни…

– Ты на хуя Розке и Миленке сказал, что я контору имею, а Саша Манжетов – клиент?

– А разве я сказал такое? – удивился Моржов.

– Думаешь, мы с Манжетовым дураки, да? – хмыкнул Сергач. – С чего это нам обоим наши девки отлуп дали?

– С того, что я им вас со шлюхами запалил?

– Много ума не надо, чтоб про это догадаться. Вообще, Борян, не по-мужски ты поступил… Я понимаю, за-ради баб многое можно, только зачем уж так-то?

– И вы, значит, решили в ответ спалить меня? Привезти Алёнушку как доказательство для Розки и Милены?

– Угу. – Сергач кивнул.

– Не проще ли было сказать девкам, что я ебу обеих? Они бы обе сразу меня и послали.

– Не факт… Вдруг бы ты им наобещал всего и они бы тебя простили? Со шлюхой надёжнее. Сифилис, СПИД… Зассут с тобой ебаться и прогонят тебя.

– А-а… – понял Моржов. – Стратегия!

– Хули ты думал? – удовлетворённо хмыкнул Сергач.

«Волга» одолела подъём и вывернула на шоссе, но скорость Сергач не увеличивал.

– Интересно, мотоцикл с дороги видно или нет? – бормотал он, осматривая обочину. – Лёнька-то ещё не подошёл, ему рано… Мандюк, мог бы сразу убрать… Вдруг кто уже мимо проезжал и увидел?… Хотя тут и днём-то машин не бывает… Но по закону подлости… А! Вот он! Гляди, Борян!

Мотоцикл с коляской валялся на обочине, как беременная лосиха. Блестели руль и спицы задранного колеса.

– А теперь тормози, – велел Моржов.

– На хуй? – удивился Сергач. – Э!… Ствол моржовского ПМ воткнулся ему в ухо.

– Ты на хуя это, Борян?… – сипло прошептал Сергач, нажимая на тормоз. – Убери… Пальнуть же может…

– Может, – согласился Моржов.

«Волга» встала прямо напротив мотоцикла. Фары освещали всю обочину, однако Алёнушки не было видно.

– Сейчас, сука, ты медленно и скромно вылезешь из машины, – спокойно объяснил Моржов Сергачу, который боялся даже скосить глаза. – А я буду держать тебя на прицеле. Рыпнешься сбежать – уложу.

– Тебя закроют… – без голоса предупредил Сергач.

– А кто меня найдёт? – вкрадчиво спросил Моржов. – Твои менты-долбоёбы? Которых ты девочками пользуешь? Которые тебе этот ствол и продали?… Не пизди. Выходи давай, а то прямо тут обосрёшься. А нам ещё ехать.

Моржов толкнул голову Сергача пистолетом.

Сергач медленно открыл дверку и осторожно вылез из машины. Моржов переполз на его место и выбрался вслед за Сергачом.

Они стояли на обочине. Луна и фары освещали всю дорогу. Ближайшие сосны казались наклеенными на тьму, как аппликация. Искрил гранями щебень. Над асфальтом висела жемчужная дымка. Было тепло, как в комнате.

– Хули тебе надо, Борян? – спросил Сергач.

– Да ничего особенного. Хочу Алёнушку отвезти в больницу.

– Лёнчик сказал, в больничку без толку…

– Пусть доктор решает, а не Лёнчик.

– Борян, ты ёбнутый.

– Не зли меня, – попросил Моржов и, сощурившись, для пробы прицелился Сергачу в лоб.

– Ладно-ладно, не махай пушкой, – вздрогнул Сергач.

– Пойдём искать, – опуская ПМ, сказал Моржов. Они прошли всего десяток шагов и сразу увидели ноги Алёнушки. Ноги были босые. Они смешно торчали из канавы.

Моржов и Сергач спустились в кювет по разные стороны от Алёнушки. Алёнушка, примяв бурьян, лежала будто в опрокинутом кресле. Натянутая на бёдрах проститутская юбчонка, узкая и короткая, даже не задралась. От крови у Алёнушки были чёрные, как у ведьмы, губы. Моржову показалось, что глаза Алёнушки открыты, но это было не так. Просто Алёнушка слишком густо, вульгарно-густо намазала веки тенями.

– Да мёртвая она, видно же, – прошептал Сергач.

– Поднимай её и неси в машину.

– Борян, сука буду, мёртвая она… Ну на хуй это тебе? Что изменится-то?… Не оживишь ведь.

Но Моржов всё ещё пребывал в том отупении чувств, которое нахлобучилось на него при рассказе Лёнчика.

Он никак не мог ощутить расслабляющего горя Алёнушкиной смерти, а потому Алёнушка для него оставалась как бы жива. Значит, её надо было везти в больницу. И если бы не этот ступор чувств, Моржов давно бы уже выстрелил в Сергача. А сейчас ему просто требовалось продолжать то дело, которое он начал делать. Так заводной автомобильчик, уткнувшись в преграду, продолжает впустую вращать колёса.

– Поднимай, – повторил Моржов.

– Бля, что за люди… – застонал Сергач, присаживаясь возле Алёнушки на корточки.

Он просунул руки Алёнушке под лопатки и под колени и с кряхтеньем поднял Алёнушку. Она обвисла на руках Сергача, как резиновая. Оступаясь, Сергач тяжело полез из кювета на дорогу.