Возжелать невозможного - Маргарита Полякова

— Немного.

— Я могу тебе чем-нибудь помочь? — призывно улыбнулся эльф

— А ты полагаешь, что уже достаточно здоров для этого? — насмешливо поинтересовалась магичка.

— Ну… это можно проверить, — плотоядно улыбнулся Лавр.

— Боюсь, я сегодня не в форме, — поморщилась Татьяна, разминая затекшие плечи.

— Знаешь что? Иди-ка ты, прими горячую ванну. А я тебе чай приготовлю. И массаж сделаю, — предложил Лавр.

— Хм… не могу отказаться.

Горячая ванна подействовала на Татьяну самым лучшим образом. Усталость отступила, а плохое настроение исчезло бесследно. Магичка накинула на плечи халат (а чего одеваться бестолку?), вышла из ванной и замерла, наслаждаясь весьма фривольной картинкой. На кровати, небрежно раскинувшись, лежал раздевшийся до бриждей Лавр, свесив одну ногу и согнув в колене другую. Причем внимание эльфа было полностью поглощено каким-то пыльным талмудом, который он изучал, недовольно хмурясь.

— Что читаем? — заинтересовалась Татьяна.

— Пытаюсь хоть что-нибудь понять в этом сборнике бредней, — откинул книжку эльф. Татьяна подобрала томик и с интересом уставилась на обложку. «Демонология». Ну-ну… любопытно, и что полезного Лавр намеревался почерпнуть из этой коллекции побасенок?

— Помнится, мне кто-то обещал чай, — улыбнулась Татьяна, устраиваясь на постели рядом с эльфом.

— Не нравится мне наш план! — категорично заявил Лавр.

— Но почему? — удивилась Татьяна. — Все выверено, обговорено, учтены все нюансы… или ты все-таки жалеешь, что не захотел привлечь к нашей авантюре Форса? Так можно еще передумать.

— Нет, не стоит. Гоблин нашел свое место в жизни и срывать его оттуда было бы верхом свинства. Ты бы слышала, какие дифирамбы Горморлу поет наш обычно невозмутимый Форс! Он даже намеревается окончательно перейти на службу в Льясму и отколоться от клана Охотников.

— А это возможно?

— Почему нет? Выплачивается небольшое денежное возмещение за прерывание контракта, и свободен! В клан никого не загоняют силой и не держат. Это глупо. А чего тебя это заинтересовало? Ты тоже хочешь покинуть клан? — подозрительно поинтересовался Лавр.

— Пока нет, — успокоила его Татьяна. — Но, вполне возможно, в моей жизни наступит такой момент, что я, так же, как и Форс, найду свое место в жизни. Такое, откуда не захочется уходить.

— Форсу повезло. Горморл действительно достойный правитель. Но я сильно сомневаюсь, что ты захочешь вернуться в Льясму.

— Я еще не сошла с ума! — вздрогнула Татьяна. — Ты представляешь, что со мной сделает Горморл, если когда-нибудь узнает правду?

— Он не узнает, — успокоил магичку эльф. — А ты туда никогда не вернешься. Хотя… я не против еще разок навестить трактир, в котором мы так долго снимали комнату.

— Я не знаю, суждено ли нам остаться в живых, — вздохнула Татьяна, прижимаясь к Лавру ближе. Эльф обнял магичку и успокаивающе погладил по голове. — Может быть, битва с Великим станет последней для нас обоих.

— Может быть, — с неохотой согласился Лавр. — Но я не хочу думать об этом сегодня.

— Я тоже не хочу, — улыбнулась Татьяна, переворачиваясь на спину и запуская пальцы в платиново-белые волосы эльфа.

Лавр тут же послушно позволил своей прическе растрепаться и скользнул губами по запястью магички. Пламя камина окрасило его кожу в янтарный цвет, разбросало золотые блики по волосам и отразилось в расширенных зрачках фиалковых глаз. Татьяна тонула, задыхалась, окуналась в огненную реку и плыла против течения. Она таяла, разбивалась, скользила… магичка чувствовала себя податливой глиной в умелых руках Мастера. Боги, как же ей было сногсшибательно хорошо! Феерическое наслаждение, неземной восторг, совершенная оторванность от окружающего мира… никто не мог провести любовную схватку с большей страстью, изяществом и вдохновением, чем Лавр. И Татьяна теряла от него голову.

Эльф упивался происходящим не меньше магички. Он давно уже отпустил вожжи, тормоза и вообще все, что только у него было. Контролировать происходящее Лавр не мог и даже не пытался это сделать, поскольку все попытки всё равно разбивались о несдерживаемую страстность Татьяны и о ее абсолютную незакомплексованность. Лавра несло… словно он прыгал с обрыва в бездонную пропасть. И эльф наслаждался этим ощущением полета, оторванности, бесконечности. Лавр хотел, чтобы это ощущение длилось вечно, поскольку совершенно не желал возвращаться в реальность. Эльф настолько запутался в собственных чувствах и эмоциях, что мог сделать глупость. А он этого не хотел. В их взаимоотношениях с магичкой и так все было не слава богу. И завтрашний день принесет новые проблемы. А может быть даже смерть. И Лавр, словно стараясь успеть насладиться жизнью на полную катушку, отрывался на все сто. Бесконтрольно, бесшабашно и абсолютно безумно. Даже после того, как Татьяна уснула, эльф не захотел выпускать ее из своих объятий. Невидящими глазами он смотрел в потолок, подозревая, что даже самый невнимательный наблюдатель назвал бы его улыбку идиотской. Боги, ну какая же сволочь придумала раннее утро?!

Татьяна в сотый раз проверяла свое вооружение и в сотый раз думала, что к сожалению, предусмотреть всё просто невозможно. Она опасалась встречи с бесом. Асмодей вполне мог выкинуть какой-нибудь фортель и выскользнуть у них из рук. А во второй раз бес будет не просто осторожен. Он станет попросту недоступен. Единственное, на что полагалась Татьяна — это фактор неожиданности. Ведь до сих пор Великому даже в голову не пришло, что портал можно открыть прямиком в его комнату. Среди небельсов нет столь сильных магов. Нет даже тех, кто мог бы предупредить беса о подобной вероятности. Татьяне самой до недавнего времени казалось это невозможным. Однако выяснилось, что для Ханта ничего невозможного нет. И потому любой из членов магического Совета (на всякий случай) обеспечивал свое жилье защитным куполом. Чтобы ни портал, ни заклятье не проникли через невидимую границу. К счастью, Асмодей о способностях Ханта не подозревал. И его защитные артефакты были несовершенны. Однако бес был слишком силен, чтобы позволять себе расслабиться. Татьяна серьезно сомневалась в том, что им удастся захватить Асмодея врасплох. Даже открыв портал прямо за его спиной. А потому магичка обвешалась всевозможными амулетами, усилила свои щиты и зарядила артефакты. Более того, поскольку компанию Татьяне составил ни кто иной, как Террел, они распределили между собой заклятья, (магичке досталось нападение, а вампиру пленение), и решили их активировать еще до того, как войдут в портал.