Северная Академия. Претендентка на гильотину (СИ) - Ветреная Инга

Наследник хотел было разразиться отборной бранью на вполне уместные замечания министра, так как иных веских аргументов не мог подобрать, но тут в разговор вступил его венценосный отец.

— Безусловно, мы будем гордиться ее успехами! — согласился со словами подчиненного император, — Но Ирсана является наследной принцессой Тенерии, и это делает их брак с Глендауэром совершенно невозможным

В глазах министров читалось явное недоумение, наследник, понимая, о чем идет речь, виновато отвернулся, внезапно заинтересовавшись книгами, находившимися в шкафах ректора Северной Академии, поэтому мой отец взял на себя труд объяснить вельможам истинное положение дел:

- Дело в том, что в связи с тем, что Ирсана является наследной принцессой Тенерии, после смерти своего отца именно она займет его трон!

— Так это прекрасно! — возликовал министр торговли. — Значит, если красавица Ирсана и наш уважаемый принц Глендауэр вступят в законный брак, то наши империи будут объединены, а Вы, Ваше Императорское Высочество, возглавите новую огромную империю!

— Не значит! — жестко пресек оптимизм, бурлящий в министре торговли, отец. — Только Ирсана станет правящий императрицей и возглавит Тенерию. Ее муж, согласно закону страны, лишится всех имевшихся у него до брака статусов и прав, получив всего лишь титул «Мужа Ее Императорского Величества» без права наследования власти, даже в случае смерти жены!

На совещании установилась гнетущая тишина, данная новость и для меня стала полной неожиданностью.

— Если Ирсана, будучи императрицей Тенерии умрет, кому же тогда перейдет власть в государстве? — решил прояснить все вопросы военный министр.

— Их детям! — продолжил раскрывать все хитрости престолонаследия соседей канцлер. — Супруг же даже не будет иметь права на регентство у собственного сына или дочери, так как эта функция закреплена за узким кругом министров.

— А что значит: «супруг лишится всех имевшихся у него до брака титулов»? — практически шепотом спросил министр тайной канцелярии, все это время сохранявший молчание.

— Это означает, что, женившись на Ирсане, Глен будет обязан отречься от статуса наследника Лавии и права наследования моего престола! И мне некому будет передать свой трон! — прорычал император. — А этого я не могу никак допустить! Поэтому мы должны предпринять все возможное и невозможное, чтобы этот брак не состоялся!

Значит, супружество с тенерийской принцессой лишит Глендауэра возможности стать императором Лавии! Что ж, это объясняет возникший вокруг него переполох и титанические усилия, который предпринял наш император, чтобы спрятать проблемного наследника от хитрой невесты. У нашего властителя имеется единственный сын, которому он может передать трон, и если он его лишится, то это может грозить бунтами и смутой. Приближенные к трону группировки вельмож начнут борьбу за власть, тогда и самому императору не поздоровится. Ничего не значащий для наследника роман с принцессой из соседнего государства грозит нашей империи катастрофой!

А на фоне всех этих перипетий мне нужно было придумать способ спасти Айлин от расправы императора. Властитель не будет разбираться: кто прав, а кто виноват в истории с иллюзией принца. Уже зная, как глава нашего государства решает возникшие проблемы, я мог предвидеть, что виновным объявят того, кто сдернул с наследника личину Габриэля, в остальные тонкости никто даже вникать не будет. Суд будет кратким, а наказание неотвратимым! Значит, необходимо было повернуть ситуацию так, чтобы в ней Айлин оказалась главной спасительницей принца. Осталась самая малость: придумать, как это сделать!

— Меня совершенно не интересуют законы Тенерии! Я не собираюсь получать никчемный титул «супруг Ее Императорского Величества»! Я женюсь только на моей Самире! Только ее назову своей женой! — воинственно горланил принц Глендауэр.

— Ваше Императорское Величество, — устало обратился военный министр. — Это стало уже утомлять! Может, уже снимем с наследника этот жуткий приворот и вернем молодому человеку возможность трезво мыслить?

— Вы правы, мой дорогой министр, ситуация с влюбленностью моего сына изрядно раздражает! — обеспокоенно глядя на принца, словно на душевнобольного, согласился император.

И тут меня словно пронзило молнией. Это был шанс спасти мою Айлин!

— Ваше Императорское Величество! Может не стоит спешить с протрезвлением принца Глендауэра? — выпрямившись по стойке смирно и сделав шаг вперед, начал я самую большую авантюру в своей жизни.

Глава 133

— Почему? — задали мне вопрос все присутствующие на совещании.

— Нашей задачей является недопущение свадьбы Вашего наследника и принцессы Ирсаны, так как в обратном случае принцу по закону Тенерии придется отказаться от Лавийского трона! Мы не сможем до бесконечности прятать Его Высочество! Но одной свадьбе может помешать другая свадьба: принца со своей истинной парой! В этом случае мы можем сослаться на древний закон нашего мира, согласно которому ничто не может помешать союзу предназначенных друг другу влюбленных!

— Ты, капитан, считаешь, что мой сын и его Самира — истинная пара? — недоверчиво спросил император.

Принц Глендауэр ждал моего ответа с замиранием сердца, министры, как и мой отец не скрывали своих сомнений в моем предположении.

— Вряд ли, — честно ответил я, за что получил гневный взгляд от наследника. — Но я предполагаю, что приворотное зелье, изготовленное одной из талантливых студенток Северной Академии, которое в ходе массового эксперимента показало себя только с наилучшей стороны, может выдать именно этот результат при проверке пары принца Глендауэра и Самиры на артефакте!

Предложение было, конечно, рискованным, о чем говорил мне гневный взгляд отца, но иначе я не мог поступить. Тем более, любовное зелье Мадины превосходно себя показало при работе с крылатыми ящерами. Только благодаря ему самцы рептилий смогли связаться со своими истинными парами!

— Бред!

— Мы не можем полагаться на дилетантские разработки недоучек местных провинциалов!

— Эта идея не выгорит!

Министры, обиженные тем, что единственный пока имеющийся план по спасению наследника империи предложил какой-то капитан гвардейцев, а не они, пытались отвергнуть мое предложение.

— Тихо! — взревел разгневанный император, его явно злили возня окружавших его вельмож и отсутствие помощи с их стороны. — То есть, ты предлагаешь представить тенерийскому посольству Самиру в качестве истинной пары моего сына, и, ссылаясь на древний закон об истинных парах, признать их требования к Глену несостоятельными?

Судя по довольному виду, идея явно пришлась по вкусу императору!

— В качестве отступных и извинений можно отдать в дар Тенерии наши серебряные рудники у северных границ, — поддержал меня отец.

Слова канцлера тут же придали вес моему предложению, и государь стал его рассматривать более внимательно, министры, которым так ничего и не удалось придумать, лишь раздраженно пыхтели рядом, молча сверля меня недовольными взглядами.

— Получается, что в очень удачное время студентка второго курса Северной Академии сорвала иллюзию скрывавшую наследника, — осторожно рассуждал я.

— И в чем же ты видишь нашу удачу? — негодующе спросил государь.

— Скрывать наследника долгое время все равно не удалось бы! Как обнаружилось, тенерийские шпионы под личиной преподавателей Столичной Академии не выпускали его из поля своего внимания! — напомнил я. — Поэтому рано или поздно принца Глендауэра вычислили и противнику не составило бы труда его выкрасть и перенести в Тенерию, откуда его было бы очень сложно вернуть, во всяком случае холостым! При любых раскладах нам грозил бы международный скандал или вооруженный конфликт. Фокус с приворотным зельем позволяет выйти из ситуации с наименьшими потерями для империи!

Император взглянул на своего сияющего от счастья сына. Принц давно понял, что его желание жениться на Самире становится очень даже реалистичным, и весь светился от радости.