Сказка о спящей красавице - Светлана Зорина

– Но вы создали для себя на Хангар-Тану вполне комфортный мирок.

– Да, мирок… Точно сказано. Нет, сперва он всех устраивал. Особенно когда создавался. С этой планетой пришлось долго воевать, и, как видишь, она всё же победила. Был, конечно, период благополучия, но он-то и стал началом трагедии. У меня, правда, всё началось раньше. У меня началось…

Доримена усмехнулась и так долго молчала, что я уж перестала надеяться на продолжение.

– У меня это началось с Леонардо. И потому что я скучала по ней. Я всё смотрела на картину «Мадонна в гроте»… Мы взяли с собой массу видеоматериалов. Ты ведь наверняка тоже заметила, что Диана похожа на ангела с этой картины. Я имею в виду ранний вариант, который до сих пор хранится в Лувре, а не копию, написанную потом совместно с учениками. То есть Диана, конечно, красивее, но они похожи. Не столько даже чисто внешне, сколько… Не знаю, я всё равно не смогу объяснить.

Я бы тоже не смогла, хотя всегда видела это сходство.

– Я постоянно смотрела на эту картину и в конце концов поняла, что схожу с ума, – продолжала Доримена. – А когда она появилась, приплыла на драконе… Я не удивилась только потому, что была уже наполовину безумна. Даркмейстеры долго изучали этот саркофаг, потом придумали легенду…. Мне так хотелось быть к ней ближе, что я сделала всё, чтобы дослужиться до звания магистры. Я всегда считалась лучшей из лучших, но получить этот титул было непросто. Тем не менее, какое-то время я носила серебряную маску магистры Ордена. Только Эрика знала, что на самом деле я на грани безумия. Я была зациклена на Диане. Не хочу тебе всё пересказывать. В частности то, как маленькая, умненькая Эрика втёрлась в доверие почти ко всем членам Ордена и в конце концов сумела занять моё место. Она никогда не была талантлива, но тот ум, что сродни хитрости, обычно позволяет людям добиться большего, чем талант. Не скажу, что я сильно огорчилась. Я всё равно входила в элиту и имела доступ к любой информации. Я даже радовалась, что теперь у меня больше времени на изучение истории, в частности истории докосмической культуры. Началось с Леонардо, а потом пошло дальше… Наверное, только это и спасло меня от полного безумия. И от той тоски, которая заставляет садиться на корабль и мчаться в бесконечную тьму в поисках того, что всё равно не найти. В Урме система образования была основана главным образом на овладении новейшими технологиями. То есть информация о культуре никогда не была под запретом, но… Я кое-что поняла. Правящая элита и сознательно, а чаще даже неосознанно выбирает из культурного наследия то, что ей выгодно. Не столько для того, чтобы запудрить мозги подчинённой части населения, сколько стараясь запудрить мозги самим себе. Людям важно выглядеть хорошо в своих собственных глазах и считать, что они живут правильно. Что поступают не так, как им выгодно, а именно правильно. Так и рождались многочисленные теории о превосходстве одной расы над другой, к примеру. Я не хочу сказать, что сделала открытие. Есть множество людей, которые поняли все эти вещи за свою обычную, короткую человеческую жизнь, а то и за первую её половину. Но вот мне понадобилось гораздо больше времени. А кто-то из нас так ничего и не понял. Возможно, потому что считали, будто взяли от жизни всё, что хотели. Убедили себя, будто всего добились. К тому же… Думаю, такое позднее прозрение можно объяснить тем, в чём мы, аристеи, никогда не хотели признаваться. Нашей неполноценностью. Ты знаешь, кто давал нам сверхсилу, нечувствительность к боли, способность быстро регенерировать?

– Знаю. Манойи. Они же саху.

– Да. А взамен забирали у нас часть тонкого тела, дающего человеку фантазию, способность видеть сны, тонко чувствовать… То, что обогащает сферу эмоций. По сути они выпрашивали у нас часть души, и мы отдавали. Наверное, потому я так долго и шла к пониманию совершенно простых вещей.

– И всё же ты пришла к их пониманию. В отличие от большинства.

– Это всё благодаря ей. Благодаря Диане я начала ощущать боль – более сильную, чем физическая. Это и спасло меня от превращения в живого мертвеца, куда худшего, чем фелиданы. Они-то хоть не творили зла по своей воле. Кстати, что до физической боли, то амфа не совсем защищает от неё. Эрика оказалась достаточно изобретательна, когда бросила меня в застенки Саградиума. Иногда она навещала меня там и издевалась надо мной, называя меня слабачкой. Припоминала, как я в своё время смеялась над ней, а теперь вот сижу в клетке, как жалкий пёс, продолжая мечтать о косточке, которую так и не получила. Говорила мне: «Находясь у власти, во главе Ордена, ты так же доказала свою несостоятельность, как и в истории с Дианой. Ты не смогла заполучить её в полном смысле этого слова, хотя она была у тебя в руках. Столько усилий ради пустых разговоров и хождения вокруг да около! Заниматься виртуальным сексом, когда рядом, за стеной, объект твоих желаний! Да ты полное ничтожество, Дора! Ты уже тогда это доказала!»

Доримена усмехнулась, смахнув с подола большого чёрного жука.

– Она не понимала, да так и не поняла, что Диана была для меня гораздо больше, чем просто объект желаний. Я долго сама себе в этом не признавалась, но это было так.

– А сейчас?

– Тебя это беспокоит?

– Нет. Я в ней не сомневаюсь.

– Значит, и правда нет причин для беспокойства. Не потому что я перестала её любить. Просто теперь это другое… Совсем необязательно ненавидеть того, кто так и не стал твоим. В мире так много хорошего, если научишься не только смотреть, но и видеть.

– Как у тебя с Антемой?

– Тут тоже явно ничего не будет. Ничего большего. Она себе этого не позволит. Хорошо, что появился этот странный лев. Он помогает ей справиться со всем этим… Сейчас много чего происходит, а я не из тех, от кого можно ждать психологической поддержки. Я сама-то…

Она замолчала, провожая взглядом геленит, скользящий среди вершин деревьев, словно огромная шаровая молния.

– Говорят, в Сан-Виргине ты искала Эрику. Магистру Эригону. Она вернулась?

– Ходили такие слухи, но её никто не видел. На Ариане её тоже нет. Мы были там. Эригона и её войска покинули планету. На Ариане и во многих других мирах теперь заняты уборкой трупов. Утилизацией вышедших из строя фелиданов. Они же на самом деле мертвы, и без источника, который поддерживал в них подобие жизни, превращаются просто в мертвецов. Какое-то время эту псевдожизнь в них поддерживал Голос – запись молитв, которые читала Эрика, наложенная на специальные звуковые эффекты, созданные даркмейстерами. Голос определённым образом действовал на фелиданов – они все были на это настроены, но без луча это действие оказалось ещё менее эффективным, чем все думали. Никто не знает, где сейчас Эрика, её приспешники и её элитное войско, лучшие рыцари Ордена. Возможно, на Торе. Скоро выясним.