Забудь его забудь - Ирмина Изфри

О, что за издевательство, зачем скрывать такую шикарную грудь под бюстгальтером, на нем все равно нет бретелек. Пальцы не слушаются, застежка не поддается, нетерпение Джулианы так и брызжет на него. Глезер зашипела коброй, скинула его руки со своей спины, и сама, одним движением откинула лифчик в сторону.

Снова с рыками и стонами их губы сцепились в схватке. Красивая блондинка, сексуальная, обнаженная, сидит на его столе, на ней остались только блестящие туфли, и это еще сильнее заводит Волкова. Он хватает ее ногу, проходится губами от коленки к лодыжке, зубы покусывают торчащие из прорези пальчики. Блондинка ерзает задницей по столу, выгибается.

— Не советую с ними связываться, это надолго. Давай — схватила его за волосы — вставь его уже в меня.

Глаза Глезер пожирают его накалённый член, жадно проходят по стволу, оценивая размер, а Волк знает, у него не маленький. В предвкушении удовольствия Джулиана прикусывает нижнюю губу и все, свисток Алекса все-таки срывает. Подхватывает жертву под ягодицы и несет на кожаный диван.

Между ними не секс, а борьба, эта американская стерва хочет быть сверху. Пусть, сейчас он на все согласен, даже поддаться и дать слабину. Садится на диван, разрешая Джулиане оседлать его, и та, как безумная наездница, понеслась вперед, лишь бы достичь финиша.

Волк оценил упругость булочек Джулианы, придерживая ее пыл. Соски полных грудей смотрели прямо ему в глаза, и он не удержался, прикусил один, получив в ответ низкий, довольный возглас, вышедший из гортани скачущей на нем блондинки.

Взмокшее, обнаженное тело наездницы прекрасно, исходящий от него аромат приятно втягивается в ноздри. Голодная до секса бестия увеличивает амплитуду движений, насаживаясь на его ствол до упора, ей мало. Нимфоманка хренова. Александр может дать то, что она хочет, подаёт бедра навстречу Джулиане, делая проникновение еще глубже, и расплывается в хитрой улыбочке слыша довольный рев львицы.

Еще один подход, и еще, декольте и грудь Глезер покрывается бисеринками пота, загнала своего коня детка, хватит. Алекс прижимает к себе стерву, заставляя остановиться. Она смотрит на него, не скрывая восторга от происходящего, сумасшедший взгляд не может сфокусироваться, она дергается, пытается вернуться назад, ей не нравится лежать на нем, она хочет продолжения.

Волков поднимается с Джулианой на руках, разворачивается, бросает ее на сиденье дивана, заваливается сверху, и разводит длинные ножки в стороны. Настала его очередь быть сверху. Американка толкает его в грудь, пытается перевернуться, агрессивно рычит, сжимает зубки. Ну нет, теперь Волк главный. Врывается в нее, и Глезер перестает дергаться, в отместку оставляя борозды от ногтей на мужской спине. Он шипит, но не останавливается, входит на всю длину, заставляя вскрикнуть любовницу.

Толчок, снова толчок, вставить ей по самые яйца, воткнуться головкой в матку, только тогда он удовлетворится. Глезер трясет под ним от распирающего удовольствия, она кричит, ругает его на двух языках, а у него самого звезды в глазах. Алекс ускоряется, его сперма готова выплеснуться наружу, он ждет подходящего момента. Ну давай, давай, не подведи. Джулиана приближается к пику, он чувствует. И да, блондинка впивается ногтями в его твердую задницу, выгибается, громко, протяжно стонет, вагина затягивает ствол Волка в себя, и его хватает всего на пару проникновений. Алекандр нехотя вытаскивает орган из горячего жерла вулкана Глезер, задирает ее ноги на плечи, обхватывает член рукой и поступательными движениями выплескивает сперму на грудь американки.

Вот это секс! Петарды в голове устроили разноцветный фейерверк. Такой раскованной партнерши у него еще не было. Кайф. Сытая львица растирает его жидкости по груди, глаза прикрыты, живот подрагивает от прошивающего тело удовольствия, дыхание еще рваное, но уже не такое быстрое.

Не отпустит, ему мало, Волку нужно еще.

— Джулиана, — медленно спускает с плеч ее ноги — ты прекрасна — сипит, наклоняясь к ее уху — невероятна просто. — Ведет кончиком носа по ее шее, к впадинке за ухом, втягивая в себя запах женщины, смешанный с ароматами их соития. Ладони ласкают тело, покрытое потом, само совершенство, всё как ему нравится. Его!

— Это было нечто — Глезер с трудом открыла глаза — давно я так не отрывалась.

— Ага, согласен — усмехнулся Алекс, рука мужчины убрала с мокрого лба любовницы прилипшую прядь волос — сейчас повторим. Только признайся, что ты здесь искала?

— Я же сказала — туалет.

— Не верю — Алекс двумя ладонями обхватил талию Джулианы, и придавил — важные документы лежат в сейфе в офисе, дома ничего нет. А компьютер запаролен. — Волк наклонился к лицу блондинки и его язык прошелся по сжатым губам пленницы.

— Верю — улыбнулась Глезер, попыталась вылезти из его железных объятий, нет, нет, нет, не стоит так торопится. Он готов на второй заход.

Что же она наделала!!!! Сумасшедшая потекшая дура! Ни один мужик не возбуждал Джулиану уже много — много лет. Почему мужчиной, пробудившим в ней такие буйные чувства, оказался Волков! И почему она не устояла перед ним? Теперь она будет ненавидеть его еще больше.

Волк отличный любовник, Глезер до сих пор не может прийти в себя. Александр взял ее два раза, и оба, были оглушительно хороши. Настолько, что они выбились из сил, и отрубились сразу, как только дошли до финала. Она совершила ошибку, но ведь они и нужны для того, чтобы на них учиться. Самое время уйти.

Блондинка приняла сидячее положение, осмотрелась. Темно, только мигающие гирлянды, освещающие улицу, делились своим светом, до слуха долетали звуки музыки. Вечеринка в самом разгаре. Жуть. Она словно пьяная, вокруг все плывет. Джулиана трет виски, разгоняя сон, интересно сколько времени она здесь?

Тяжелая рука легла ей на колено, заставив вздрогнуть от ужаса. Волков заворочался, перевернулся на живот, и ладонь исчезла с ее ноги, вызвав облегченный вздох. «Спи, мой хороший» — уговаривает уставшего мужчину внутренний голос. Джулиана внимательно приглядывается к любовнику наклоняясь ниже к его лицу. Губы мужчины растянуты в довольной улыбке, что это ему снится? Гад! Захотелось огреть чем-нибудь тяжелым, чтобы так и остался с этой идиотской ухмылкой до конца своих дней.

Пора! Глубокий вдох, и долгий протяжный выдох. Джулиана —