Дорога домой (СИ) - "Son Golifreya"

Сара достала из кармана какой-то коготь и положила на стол. Джастин скривился и многозначительно посмотрел на своего советника. Женщина махнула ему рукой, чтобы он не брал лишнего в голову. Альфу скорее бесила слишком большая самостоятельность. Может он и младше её на шестнадцать лет, но в конце концов он альфа и какой-то порядок должен существовать. Хотя тема все же слишком щекотливая.

— Эту штуковину нашла одна из наших бет в лесу. Никто конечно же не заподозрил, что резные узоры на когте медведя довольно странные. Бета просто принесла мне это в качестве подарка на первенца. Я думала, что она сама смастерила. Убить медведя тяжело, — Сара горько усмехнулась и сделала глубокую затяжку. Она словно паровоз выпустила дым. Лиам чувствовал другой вид аконита. — Конечно же она не делала эту штуковину.

— Скотт говорил, что Стайлз был одержим лисом, когда они связались с неметоном. Для них это было кровавое время. Слишком много невинных погибло, — Лиам пытался как-то поддержать Сару, но ей это по всей видимости не требовалось. Она улыбнулась, принимая его попытку. Он приготовился слушать дальше.

— Они всегда начинают с невинных, — женщина скривилась. — Когда у меня начали случаться провалы в памяти, я скорее бы подумала на какую-то болезнь, чем на одержимость. Я друид стаи белого волка, янтарного аконита и буду одержима своим врагом?! Звучит бредово, не правда ли? Но в мире нет ничего невозможного.

— А разве нет ритуала по изгнанию лиса из тела человека? Тот ритуал, который мы проходили он не подойдет? — Данбар упускал что-то. Его память указывала на этот факт, но не давала ничего конкретного.

— Этот ритуал убивает одержимых, Лиам, и выявляет других сверхъестественных существ. Ритуал убил бы меня. Тем более я единственная, кто достаточно хорошо знал, как его проводить. Лишний завиток на теле может изгнать душу. Моя мать, бывший друид, умерла за три месяца до этого. Это теперь, после всех проблем, каждый второй знает основы, но тогда никто. Ведь была я, — Лиам действительно думал, что только их стая не заботиться о мелочах и всегда надеется на лучшее. Теперь истинная природа придирчивости Сары ясна как никогда. — Но помимо ритуала, который мог меня убить, я была беременна. Первым и последним своим ребенком, Дебби.

— И как же вы вышли из этой ситуации? — Лиам не сводил своих глаз.

— Я победила его. Все же я действительно друид своей стаи, хоть и молодой еще на то время. Я носила кучу оберегов, они сыграли свою роль. Потом мне… — Сара посмотрела на Джастина. Тот кивнул коротко. — Альфа-сила передается в нашей семье через ритуал сожжения поля янтарного аконита. В чистом виде и не для прошедших ритуал — это верная смерть в первые пару минут. Для наследников почти пустяк. Им приходится сидеть несколько часов.

— В первый раз, когда я учуял эту дрянь, чуть не сдох. Неужели кто-то может пройти через такое?! Джастин, как ты сделал это? — сейчас ему способ передачи силы альф через убийство казался более гуманным и простым.

— Я и не прошел. Мой брат родился альбиносом. Это чистая кровь первого волка. Того белого волка, о котором говорила Сара в начале. Он буквально мог съесть весь янтарный аконит на поле и не умереть. Добавлю больше. На него вообще не действует аконит, — он усмехнулся. — Охотники держатся от него стороной.

— На него не действует даже желтый аконит? Он же подходит для убийства альф и всех прочих трудно убиваемых существ, — Данбар теперь пристально смотрел на блондина. — Скотта однажды пытались отравить им.

— Да, на него не действует аконит. Существа, что образовали нашу деревню были поистине невероятными. Он имеет лишь часть той силы. И если я правильно помню рассказ Сары и доверяю своей памяти, то только одна женщина была примерно наполовину сильна, как предки, — Джастин так усмехнулся, будто Лиам должен догадаться за несколько секунд. Но парень переводил взгляд с Сары на альфу делал максимально непонимающее выражение лица.

— Талия Хейл.

— Мне было два годика, когда я увидел её. Так говорит Сара. Я на самом деле её почти не помню. Были еще встречи и единственное, что точно запоминается — это её харизма, сила и дух. Мне кажется, когда она сияет своими глазами, гнутся стальные балки. Но она любит детей. Поэтому я был в безопасности, — он злорадно усмехнулся. — В отличии от моего брата. Говорят, он так и не выиграл ни одного поединка против неё. Но держался он явно дольше остальных.

— Но ты же альфа! Я видел твои красные глаза. Как такое возможно?

— Потому что я истинный альфа, — он полыхнул глазами.

— Как Скотт. Но я знаю, что такое звание нужно заслужить. Скотт боролся с Дараком и прошел сквозь рябиновый барьер, — все подняли глаза на Данбара. Где-то сбоку присвистнул Чад. Лиам почувствовал гордость.

— Круто.

— А что сделал ты, Джастин?

— Это как раз продолжение истории, — Сара сидела уже с новой сигаретой. Дрожь исчезла. Видимо они миновали самую тяжелую часть разговора. — Меня собирались убить, так как до момента признания меня одержимой я убила двенадцать оборотней. Одержимый друид и баночки с аконитом страшная вещь. Почти разрушила защитный камень поселения. На том меня и спалили.

— А?

— Про камень потом как-нибудь. Убить меня легко, а вот заменить друида нет. Тем более мой наследник еще был во мне. Эта корыстная цель спасла мне жизнь. Вряд ли бы со мной церемонились, — её взгляд резко помутнел, будто она пыталась соврать, но сердце билось в ровном темпе. — Моя дочь была стимулом победить лиса, и я обезвредила его. И истинный ритуал очищения от темного лиса без смерти — это пройти ритуал для альф.

— Но мой братец не сразу пошел на это. Он был прав, но только совсем от части. Как явный наследник белого волка соревноваться с ним было нелогично. Я и еще одна моя сестра не смогли бы перетерпеть ритуал. Но это официальная вещь и никаких притязаний после этого не бросишь. Сожги поле и расти ему еще неизвестное количество лет, — Джастин подвигал плечами. Эти разговоры терзали разум. — Я отказался от сил альфы и потребовал его, как нового альфу пройти ритуал без нас с сестрой, а с Сарой. Тем более она носила его дочь.

— Дебби, ты наследник?

— Не думаю, что это возможно. Взгляни на мои волосы. Я брюнетка. Совсем не пошла в отца. У меня самая низкая устойчивость к янтарному акониту. Да и моя судьба скорее стать следующим друидом или родить его. Так что… — она кивнула. — Да, мне оно точно не надо. У нашего альфы большая ответственность.

— И от этого решения ты стал альфой?

— Нет. После полного изгнания темного лиса. Я стала своего рода изгоем. Я убила много невинных. После этого их матери и любимые смотрели на меня с подозрением, — она склонила голову и сделала последнюю затяжку. — Мне пришлось покинуть страну.

— И это совершенно глупо. Тебе пришлось пройти ритуал, которые не выдерживают кандидаты в альфы, и не умереть. Ты сама чуть не погибла, доказывая, что не только сожалеешь, но и готова понести наказание. Это была ошибка, — Чад чуть ли не покраснел от злости. Джастин лишь ухмыльнулся. Лиам был с ним согласен. Хотя он знал слишком мало, поэтому решил попридержать свое «компетентное» мнение при себе.

— И именно решение уйти со мной стало для Джастина тем выбором, которые делают истинные альфы. Он решил оставить поселение, друзей, отношения и все ради женщины, которая была слишком самоуверенна, — она затушила сигарету. — Спорю на сто баксов, что Тео уверен, что я та же самоуверенная сука.

— Тео много чего говорит, так что слушать его это лишний раз портить себе настроение, — он быстро отмахнулся от укола в свое сердце. Он перевел глаза на улыбающегося Чада и покраснел, как помидор. — В любом случае, почему пустынные оборотни не в ладах с вами? Как связана Америка и…

— Румыния, мы из Румынии. Все просто. Им надо было убедиться, что я не под властью лиса, но я проигнорировала их посыл. Не прошла испытание. Я попала не в эфемерный ад, когда прошла ритуал с Вином, все источники указывали на уничтожение лиса, — что-то было странное в глазах Сары. Какая-то недосказанность. — Вот мы и оказались в Америке. Боюсь они не пойдут просто так на сделку.