Адептус Астартес: Омнибус. Том I - Энди Смайли

— Панисс! Теллериев! Заходите с фланга, бейте их! — проорал Киндарек.

Таддеуш увидел лейтенанта, который укрылся позади одной из информационных скульптур и теперь отстреливался из хелл-пистолета, одновременно выкрикивая приказы по воксу.

Вниз протянулась рука, и Таддеуш схватился за нее — солдат втащил его на все еще стабильный верхний участок лестницы. Инквизитор уже собирался прохрипеть слова благодарности, когда лазерный импульс промчался мимо, оставив глубокую рану на лице разведчика. Таддеуш увидел его испуг, когда солдат вдохнул застывший воздух и его легкие превратились в кусок льда. Глаза мужчины замерзли, став белыми кристалликами, тело окоченело. Тепло покинуло его скафандр, и все мышцы окаменели.

Таддеуш отпихнул труп в сторону, позволив ему упасть. Инквизитор прохромал вверх по ступеням и выбрался на дорожку, но головокружительная пропасть по-прежнему зияла под его ногами. Ширина мостика позволяла выстроиться только в шеренгу, и солдаты пробивались к пересечениям, где могли собраться группами по три или четыре человека, используя скульптуры в качестве укрытия и сосредоточивая огонь хеллганов на одном сервиторе зараз.

Выхватив свой автоматический пистолет, Таддеуш почувствовал щелчок, когда в ответ на его прикосновение в ствол пошел первый из «палачей». Под огнем лазерных импульсов, оставлявших глубокие прорези в хрустальной поверхности под его ногами, инквизитор бегом бросился к ближайшей скульптуре.

Он нырнул в укрытие рядом с двумя штурмовиками, один из которых был вооружен гранатометом и время от время высовывался из-за скульптуры, чтобы выстрелить по скоплениям сервиторов.

Другой солдат, вооруженный хеллганом, отрывисто кивнул Таддеушу, когда инквизитор присел на корточки, прижавшись спиной к прозрачной статуе.

— По ходу дела половину пацанов положили! — прокричал разведчик голосом, приглушенным лицевым щитком скафандра. — Отход продумали?

Таддеуш узнал в говорящем Теллериева, одного из сержантов взвода.

— Придется прорываться с боем, — покачал головой инквизитор.

Теллериев плюнул словечком со своего родного мира, которое, как мог догадаться Таддеуш, было крайне богохульным, а затем переключил свой хеллган на полную мощность и послал яркое лазерное копье в корпус сервитора, заходившего сбоку и парившего уже в опасной близости. Инквизитор прицелился и трижды выстрелил. Микрокогитаторы, встроенные в редкие пули, «палачи», меняли полет заряда, заставляя его бить с математической точностью.

Сервитор вздрогнул и накренился, поскольку один из его антигравитационных модулей вышел из строя, взорвавшись фонтаном искр, — Таддеуш же нацелил ствол на скопление сенсоров, составлявших голову машины, и разрядил в нее остатки магазина. Подобно стремительным металлическим насекомым, пули помчались к своей цели и разнесли железное лицо сервитора. В образовавшихся разломах засверкали электрическими разрядами поврежденные механизмы и обнажилась биологическая сердцевина — та часть, что когда-то была человеком.

Лишившись всех органов чувств, сервитор беспомощно заметался, подставив живот, к которому крепились суставчатые лапы. Второй солдат вскинул ручной гранатомет и выстрелил одну-единственную фраг-гранату, разорвавшую корпус машины и разметавшую в разные стороны обломки механизмов и обугленной плоти.

Гранатометчик позволил себе угрюмую, но все-таки победную усмешку, вгоняя в оружие новый заряд.

— Надо добраться до Киндарека! — прокричал Таддеуш.

Теллериев кивнул и вместе с инквизитором выскочил из укрытия. Гранатометчик махнул им и выпустил несколько гранат по мосткам над ними, чтобы раскаленная шрапнель ослепила сервиторов на некоторое время, позволив Таддеушу и Теллериеву пробежать.

Киндарек пытался организовать опорный пункт, используя для этого несколько скульптур и рухнувший сверху сегмент подвесного моста. Семь или восемь солдат удерживали огневые позиции, не позволяя сервиторам окружить себя. Оставалось еще порядка дюжины машин, чьи многоствольные лазерные орудия обстреливали все пространство цилиндра, но при этом сервиторы избегали попадать по статуям и поэтому пытались добраться до людей, чтобы пустить в ход энергетические пилы. Киндарек старался справиться с приближающимися к нему сервиторами и, хотя, скорее всего, в конце концов потерпел бы поражение, по крайней мере выигрывал время.

Таддеуш вместе с Теллериевым добрался до лейтенанта.

— Надо послать людей наверх, — сказал, задыхаясь, инквизитор. — Мы должны установить подключение.

Киндарек помедлил, его солдатское мышление перебирало все возможности. Что он должен был сделать: остаться здесь, где есть хоть какое-то подобие укрытия и порядка, или же заставить своих людей бежать под пулями, чтобы добыть какую-то чертову информацию из архивов собора?

— В любом случае мы уже мертвы, — ответил он, прежде чем переключиться на частоту отряда. — Огонь на подавление! Покинуть укрытие! Занять верхние мостки и сосредоточить огонь! Пошли, пошли!

Расстегнув один из кармашков на своем поясе, Таддеуш достал единственный патрон, которым и зарядил пистолет. Единственный патрон, но стоивший дороже иных космолетов. Ради горстки этих штучек инквизитору пришлось в свое время оказать много разных услуг, но сейчас он был рад, что ему хватило осторожности захватить с собой эти пули.

Таддеуш побежал вместе со штурмовиками, выстрелив на ходу в сервитора, собиравшегося открыть по ним огонь. Автоматический пистолет рявкнул, и за помчавшейся пулей протянулся сверкающий след. Благодаря бронебойному наконечнику и системе самонаведения заряд продолжал пробивать блестящую броню машины и снова возвращаться к ней до тех пор, пока не закончилось топливо. Высокомощная взрывчатка детонировала прямо в самом сердце сервитора, разметав его брызгами обледеневшей плоти и металла.

Особые заряды Адептус Механикус, вершина технологий, предназначенных для их личного вооружения. Теперь же этими патронами пользовался Таддеуш, пытаясь не позволить механикумам убить себя. Ему подумалось, что будет даже в некотором роде поучительно, если ему все-таки удастся прожить достаточно, чтобы добиться своей цели.

До того как отряд достиг перекрестка, откуда можно было подняться выше, Таддеушу пришлось истратить еще два бесценных патрона на то, чтобы уничтожить зависшего в воздухе сервитора, а еще трех тварей уничтожил отчаянный огонь хеллганов.

— Теллериев! — прокричал Киндарек, когда солдаты поднялись на следующий этаж и укрылись позади огромной скульптуры. — Возьми троих, пусть поработают! Всем остальным прикрывать спину начальника!

Таддеуш кивнул лейтенанту и извлек из набедренного кармана аппаратуру. Это был простенький портативный когитатор, подключенный к информационному планшету толстой связкой кабелей и увешанный различными устройствами, к которым подходило еще больше проводов. Инквизитор завозился с настройками аппарата, пригнувшись позади скульптуры и чувствуя жар от проносившихся в опасной близи лазерных импульсов.

Ему никак не удавалось найти контактов. Его руки скользили по гладкой угловатой поверхности кристалла, но не находили ничего, что позволило бы подключиться. Неужели он потерпит неудачу только из-за того, что его надежда на использование Адептус Механикус стандартных систем включения окажется слишком глупой?

Нет, ему что-то удалось нащупать возле самого основания скульптуры. Металлическая панель, прикрученная к поверхности статуи, уродливый дефект в идеальном кристалле. Информационный зонд выходил из панели и погружался в тело скульптуры, образуя примитивное устройство подключения. Создание дата-скульптур принадлежало к технологиям, оставшимся в прошлом, и Адептус Механикус явно недоставало знаний, чтобы разработать более элегантный способ. Им приходилось просто делать то, что они могли сделать. Тот же метод применялся по всему Империуму.

Таддеуш подключил один из кабелей к грубому интерфейсу. Через мгновение информационный планшет неожиданно ожил, наполнившись плотным потоком данных. По экрану побежали колонки бинарных кодов.

Программа, загруженная в когитатор, была, хотя и на свой манер, почти столь же драгоценна, как и пули в пистолете Таддеуша. Она осталась инквизитору от техноеретика, которого он помогал ловить в бытность свою дознавателем. Ордо Еретикус приказывали взять отступника живым, чтобы иметь возможность извлечь выгоду из его умений, но тому удалось бежать, и Таддеуш стал частью событий, которые в результате привели к гибели еретика.

Та программа, которую Инквизиция сумела получить от него до его побега, представляла собой декодер, достаточно мощный, чтобы взломать практически любой шифр, но одновременно простой, чтобы его можно было загрузить на любое вычислительное устройство.