Любимец богов - Юлия Куликова

- У меня ничего не осталось!!!! - закричал Мат Фаль Арториксу, запрокинув голову вверх и резко выбросив руки в стороны, уничтожая окончательно последние всполохи, оставшиеся от Уркама. Он одновременно смеялся и плакал, не замечая слез, будто сошел с ума.

- У тебя осталась жизнь, - вмешался еще один низкий хрипловатый голос. Верховный бог объявился.

Беззвучный взрыв ослепил людей. Все стихло, свет погас, духи разлетелись.... Круговерть огня постепенно затихла, а черные всполохи ныряли в выкорчеванную кусками землю, стремясь побыстрее оказаться в подземном мире и продолжить дележ добычи. Огромная нависшая туча разлетелась легкими облачками. Последние магические молнии стихли, воздух посветлел, открыв ужасающую картину. Выжженная до черноты земля и разбросанные, будто игрушечные, огромные мегалиты.

Ученики Фиднемеса, отброшенные силой взрыва в разные стороны от кромлеха, со стонами поднимались, приходя в себя. Они чувствовали себя опустошенными, совершенно измотанными, но живыми... Люди также поднимались на ноги, помогая друг другу и в изумлении оглядываясь по сторонам. Мат Фаля нигде не было видно.

92.

Пока люди пытались осознать, что все закончилось, ученики обходили кромлех в поисках магии тьмы. Они наткнулись на тело одновременно со страшным воплем, возникшем откуда-то со стороны. К ним бежал растрепанный и бледный Мак Гири, но в обличье человека. Он промчался мимо и упал на колени возле Мат Фаля. Его дикий страшный крик шел откуда-то изнутри, наполняя ужасом. Ученики осторожно перевернули лежавшего ничком волшебника, чтобы убедиться в том, о чем уже знал рыдающий Мак Гири. Лицо Мат Фаля было полностью залито кровью, а на левой половине лица, начиная от виска, расплывалось бордово-черное пятно. Гвиддель зарыдала, осев на землю.

- Как же так, как же так? - вопрошал Мондрагон, - Он пил кровь, мы видели, он присягнул, мы слышали....

- Он не пил мою кровь, - раздался позади них голос Дарка. Бледный военачальник закатал рукав, продемонстрировав совершенно здоровую руку, - Он выпил своей.... Ты как Мак? - граф осторожно тронул за плечо раскачивающегося Мак Гири.

- А ты как думаешь? - поднял темные глаза, полные слез и боли, ученик Фиднемеса, - Из меня будто сердце живьем вырезали, каждую вену вытянули по отдельности, а теперь тянут жилы....

- Ты же был оборотнем? - присел рядом один, затем второй и остальные ученики.

- Фаль способен на многое, - качнул головой с грустной улыбкой Мак Гири и осторожно коснулся лица брата, надеясь почувствовать хоть отголосок жизни, - Из чаши дракона он поил меня своей кровью, подмешивая заклинания и слезу дракона. Конечно, больше я в волка обращаться не смогу, но магические силы у меня остались.... Только зачем мне они?

- Теперь ты, Лэрд, - склонил голову ближайший ученик, - Ты был назначен Учителем, а Морк Руадан погиб.

- Я не смогу, - прошептал Мак Гири, оглядываясь вокруг, - Без него не смогу..... Что мне делать?

Ответил ему низкий голос Верховного бога, заставив вздрогнуть:

- Казнь должна быть завершена! - и словно поставил точку. Это значило, что тело Мат Фаля должно быть погребено без ритуала и обрядов, а само имя подвергнуто забвению.

Мак Гири замотал головой, вцепившись в холодную руку друга и брата. Он не мог смириться, не знал, как жить, не желал подчиняться. На его плечо легла тяжелая рука. Подняв голову, Мак Гири с удивлением увидел суровое лицо Асмуга.

- Сын мой, - произнес он, признавая Мак Гири в качестве брата Мат Фаля, - Не умоляй его поступка.... Он отдал жизнь, чтобы Священная Роща и вы....все вы...., - он обвел взглядом столпившихся внезапно осиротевших учеников, - Жили, вопреки всему и всем жили! - на глазах мужчины показались слезы при взгляде на мертвое тело сына. Сбоку подошел Гарет и ободряюще положил руку ему на плечо, сразу же попав в объятия отца.

Тело Мат Фаля положили на открытый паланкин и накрыли черным покрывалом осужденного на смерть. Люди молчали. Гвиддель плакала, утешаемая Аргоном и даже отцом. Дарк стоял, понурив голову, глядя на того, кто показал и подарил ему совсем иную жизнь, отдав, при этом, свою собственную. Ученики Фиднемеса уходили, опустив головы. Они не могли смотреть в глаза даже друг другу, ведь им предстояло завершить казнь своего друга, наставника, Эмри. Подвергнуть полному забвению, заставить забыть себя и всех остальных в целом мире того, кто был им братом, кто никогда не отказывал в помощи, кто был душой Фиднемеса. Он мог заставить их смеяться и плакать, злиться и кричать от ярости. Но именно Мат Фаль был их жизнью. Он показал им цель, он определил их приоритеты, он направлял их действия, не позволяя сбиться с пути, и только он подавал им руку, когда они спотыкались и падали на этом сложном пути.

-- Сделайте же что-нибудь! - отчаянно закричал Гарет, - Он спас нас всех, он пожертвовал собой!

-- Давайте помолимся, - произнес Мондрагон, первым преклоняя колени, и обведя взглядом расстроенные лица людей. - Возможно, нас услышит богиня всего живого, Эпонис....

Люди упали на колени, и к нему взлетели слова молитв, никогда еще не звучавших настолько искренне и проникновенно. Они наблюдали, как ученики скрывались в Фиднемесе, как развевалось черное покрывало. Подобно звезде Мат Фаль сверкнул, озарив их души, позволив понять о себе то, над чем люди никогда не задумывались, и погас, истратив свой свет, свои силы... Они знали его все, не зная о нем ничего. Волшебник избавил их от зла, дал надежду на будущее, позволил Свету вновь осветить их души. Люди узнали настоящую цену Свету и увидели самую глубину Тьмы. Никогда ранее они не знакомились так открыто с учениками Фиднемеса. Только Мат Фаль позволил увидеть в них таких же людей, навсегда избавив от глупого страха перед магией. Да, ученики были не такие, как все. Но они жили ради людей, они боролись и сражались, они отдавали ради них свои жизни. Оказывается, они молоды и задорны, любят веселиться, как обычные люди. И они так одиноки. Всю глубину этого одиночества и олицетворял Мат Фаль.

93.

Замок Энуорт купался в лучах заходящего солнца. Вокруг было спокойно и тихо. Удивительное и непривычное спокойствие после стольких лет войны. Была осень, листья опадали с тихим шумом с деревьев. Голые пашни были полны копошащихся птиц, собирающимися стаями, чтобы отправиться в далекий перелет. Голубое небо стало словно бледнее, а солнце будто становилось все более ленивым. Краски медленно смывались, чтобы постепенно стать черно-белыми. Энуорт был самым крупным замком Оленьей равнины, представляя собой кряжистое приземистое строение с очень массивными стенами и четырьмя круглыми башнями. Барон уже начал строительство пятой башни, которая должна была укрепить одну из стен и окончательно связать замок с дорогой, ведущей в сильно разросшееся за последнее время поселение.