Я слышу все… Почта Ильи Эренбурга 1916 — 1967 - Борис Фрезинский

Ереван, 26.1.1966

В ДЕНЬ ВАШЕГО СЕМИДЕСЯТИПЯТИЛЕТИЯ ОТ ВСЕГО СЕРДЦА ПОЗДРАВЛЯЕМ ВАС ДОРОГОЙ ИЛЬЯ ГРИГОРЬЕВИЧ ЖЕЛАЕМ ВАМ ДОЛГОЙ ЖИЗНИ НА РАДОСТЬ НАМ ВСЕМ ОБНИМАЕМ ВАС И ДОРОГУЮ ЛЮБОВЬ МИХАЙЛОВНУ = ВАШИ ЛУСИК И МАРТИРОС САРЬЯНЫ

Впервые. Подлинник — ГМИИ им. Пушкина. Ф.41. Оп.1 Д.1. Л.55. Лусик Лазаревна Сарьян (урожд. Агаян) — жена М.С.Сарьяна.

473. Д.Д.Шостакович

Москва, 27 I 1966

Дорогой Илья Григорьевич!

Горячо поздравляю Вас с 75-летием. Желаю Вам доброго здоровья, дальнейших больших творческих успехов. Крепко жму руку.

Ваш Д.Шостакович.

ФЭ. Ед.хр.2391. Л.7.

474. В.Г.Лидин

Москва, 27 января 1966

СТАРОМУ ДРУГУ ВМЕСТЕ С ПОЗДРАВЛЕНИЕМ ВЕТКУ ЛЮБВИ И ДУШЕВНОЙ ПРИВЯЗАННОСТИ = ЛИДИН

РГАЛИ. Ф.3102. Оп.1. Ед.хр.255. Л.9.

475. И.С.Исаков

<Москва,> 27.I.<19>66

Поздравляю Вас, дорогой Илья Григорьевич, не с 75-ю годами, а с тем, как много хорошего Вы успели сделать для людей.

Торопливость в «Воспоминаниях» («Годы и люди») — встревожена. Но теперь — Вы можете спокойно продолжать насаждение того замечательного сада, который столько раз пытались вырубать и выжигать.

Не выйдет! Пишите много и… много лет.

Будьте благополучны!

Ваш Исаков.

Впервые. Подлинник — ФЭ. Ед.хр.1626. Л.4.

476. В.Ф.Панова, Д.Я.Дар

Ленинград, 27 января 1966

ДОРОГОЙ ИЛЬЯ ГРИГОРЬЕВИЧ ЗПТ К ХОРУ НЕЖНО ЛЮБЯЩИХ ВАС ХОТИМ И МЫ ПРИСОЕДИНИТЬ СВОЙ ГОЛОС И ЛУЧШИЕ ПОЖЕЛАНИЯ = ПАНОВА ДАР

ФЭ. Ед.хр.2017. Л.2.

477. А.И.Дейч

Москва, 27 января 1966

Дорогой Илья Григорьевич!

Знаю, что Вы не очень любите торжественные даты и юбилеи. Но это только повод, чтобы лишний раз выразить Вам чувство глубокой симпатии и восхищения Вашим мужественным и благородным талантом.

Много, много лет, когда я думаю о Вас, радуюсь, что Вы — мой большой и смелый современник.

Будьте здоровы!

Всегда Ваш

Ал.Дейч.

Впервые. Подлинник — собрание составителя.

478. И.М.Майский

<Москва,> 28. I <19>66

Если не ошибаюсь, дорогой Илья Григорьевич, где-то на днях Вам исполнилось 75 лет. Находясь в больнице, точной даты проверить не мог, помню лишь, что день рождения приходится примерно на неделю позже моего.

Шлю Вам искреннее поздравление — не с тем, конечно, что Вам стукнуло 75 лет (с чем тут поздравлять?), а с тем, что Вы дошли до этой знаменательной даты таким живым, активным и боевым человеком, несмотря на все трудноcти и испытания, которые выпали на Вашу долю.

Я рад, что 40 лет назад судьба впервые свела нас с Вами в редакционном помещении «Звезды»[1192], и что с тех пор наши пути часто перекрещивались, а наши отношения приняли дружеский характер.

Скажу прямо: Вы являетесь постоянным обитателем моего духовного мира, и я с величайшей симпатией слежу за всеми событиями Вашей жизни.

Позвольте однако именно сегодня со всей откровенностью сказать, что в последнее время тонус наших с Вами отношений меня не вполне удовлетворяет. Может быть, я ошибаюсь — и я хотел бы, чтоб это было так, — но мне кажется, что в последнее время Вы как-то стали терять интерес к сохранению тех отношений, которые установились между нами в течение десятилетий, и как-то отодвигаетесь от меня. Мне это очень жаль, ибо мы оба относимся к той чрезвычайно ограниченной категории людей, которых, несмотря на известные разногласия по отдельным вопросам, связывают тесные узы — не только узы принадлежности к одному поколению, но и общность многих взглядов на мир, на людей, на понятия и принципы, о чести и благочестии.

Не будем бояться слов, — мы оба с Вами старики: Вам 75, мне 82. И мне очень хотелось бы, чтобы наши отношения в те немногие годы, которые еще подарит нам судьба, были ясными, теплыми, дружественными, какими по сути дела они и должны быть.

Крепко жму Вашу руку, желаю Вам здоровья и надеюсь, что действительность быстро рассеет мои, возможно, несколько преувеличенные больничной обстановкой опасения.

Ваш И.Майский.

Впервые. Подлинник — ФЭ. Ед.хр.1627. Л.33. На бланке Больницы Академии наук СССР. ИЭ был в январе-феврале во Франции; его дружественный ответ Майскому см. П2, №572. Страницы из «Дневников» И.М.Майского, посвященные ИЭ, см.: ВЛ, 1990, №11–12. С.271–282.

479. З.Н. и В.П.Некрасовы

Киев, 29 января 1966

ЖЕЛАЕМ ВАМ ДОРОГОЙ ИЛЬЯ ГРИГОРЬЕВИЧ ЕЩЕ СТОЛЬКО И ТАКОЙ ЖЕ БОДРОСТИ = НЕКРАСОВЫ

Впервые. Подлинник — собрание составителя. Зинаида Николаевна Некрасова (урожд. Мотовилова; 1879–1970) — врач, мать В.П.Некрасова.

480. Ф.М.Левин

Москва, 31.I.1966

Дорогой Илья Григорьевич!

От всей души поздравляю Вас с семидесятипятилетием, хочу сказать, что уважаю, люблю Вас, радуюсь тому, что Вы существуете. Мысль о том, что Вы есть на свете, внушает гордость за человечество, способное рождать таких людей. Вы украшаете собою нашу страну. Это не юбилейные слова, это то, что я думаю о Вас.

Будьте всегда здоровы и бодры, деятельны и энергичны. Желаю вам долгих, долгих лет.

Ваш Федор Левин.

Впервые. Подлинник — собрание составителя. Федор Маркович Левин (1901–1981) — критик.

481. Ф.Г.Раневская

<Москва, январь 1966>

Дорогой Илья Григорьевич,

Вам, самому любимому писателю со времен моей молодости, я всем сердцем хочу пожелать многого и только хорошего.

С восхищением и глубочайшим уважением

Ф.Раневская.

Впервые. Подлинник — ФЭ. Ед.хр.2037. Л.2. Фаина Григорьевна Раневская (1896–1984) — актриса театра и кино.

482. П.Пикассо

Мужен, 7 февраля 1966

Мой дорогой Илья,

я в отчаяньи, что меня не было в Мужене, чтобы принять тебя и г.Зорина[1193], которого мне горячо рекомендовали, потому что я выздоравливал. Я пробуду еще некоторое время в горах на отдыхе. Я думаю вернуться во вторник в Мужен и мне очень хотелось бы увидеть тебя до твоего отъезда и объяснить тебе не письменно, а устно, насколько неверны причины, придуманные журналистами, упрекавшими меня в недружественном отношении к советскому строю[1194].

Преданный тебе твой старый друг

Пикассо.

Впервые — Б.Я.Фрезинский. Илья Эренбург и Пабло Пикассо // Памятники культуры. Новые открытия. 1996. М., 1998. С.84. Подлинник — ГМИИ им. Пушкина. Ф.41. Оп.1. Д.1. Л.41.

483. П.Г.Григоренко

Москва, 26 февраля 1966

Дорогой Илья Григорьевич!

1. Очень прошу простить меня за то, что я всё же воспользовался Вашим согласием принять мое письмо и посылаю его Вам. Поверьте, что только крайние обстоятельства (два года безрезультатной борьбы с произволом) вынудили меня на то, чтобы отнимать у Вас дорогое время и силы на мои личные дела.

2. Во время нашей встречи мне не удалось дать содержательный ответ на Ваш вопрос. Но это не потому, что нет или что я не вижу фактов, свидетельствующих об усилении угрозы возрождения сталинизма. Просто я не был подготовлен к ответу на такой вопрос в обстановке для меня необычной (первый в моей жизни разговор с великим писателем).

Я, конечно, и не помышляю о том, чтобы еще раз оторвать у Вас драгоценные минуты, но если бы вторая встреча состоялась, я сумел бы ответить на этот вопрос.

Желаю Вам, дорогой Илья Григорьевич, здоровья и многих лет творческой жизни.

С глубочайшим уважением

П.Григоренко.

Писателю Эренбургу И.Г.

Илья Григорьевич!

К Вам обращается бывший военнослужащий генерал-майор Григоренко Петр Григорьевич.

В начале февраля 1964 года я был арестован органами КГБ, предъявившими мне обвинение по ст.70 УК РСФСР (антисоветская пропаганда). В ходе следствия меня направили на психиатрическую экспертизу, хотя я и протестовал против этого, считая обвинения необоснованными.

Экспертиза пришла к заключению, что действия, послужившие поводом для ареста, совершены мною в состоянии психической невменяемости. Военная Коллегия Верх<овного> суда СССР, рассматривавшая это заключение в закрытом заседании 17 июля 1964 года признала меня (по психическому состоянию) неответственным за содеянное и, прекратив уголовное дело, направила на принудительное лечение. Ни я, ни мой представитель на заседание допущены не были, хотя по закону обязательно то или другое.

Если придерживаться закона, то после того, как названное определение Военной Коллегии вошло в силу, уже никто не мог применить ко мне никаких репрессий за совершенное. Из армии меня имели право уволить, после этого, только «по болезни», с выплатой положенного выходного пособия и производством расчетов по день увольнения. С этого же дня надлежало выплачивать мне заранее предусмотренную пенсию.