Демон (СИ) - Артем Петров

Теперь Катерина поняла, почему орк слегка занервничал, когда они вошли в город. Но старался не подавать виду, да и вообще молчал как рыба. А теперь это…

Обезоруженная женщина пыталась развязать узел, связывающий руки позади, без магии, но получалось плохо.

— Продолжай храбриться, легкой смерти тебе не будет… — после чего майор перешел к Катерине, внимательно ее оглядывая под гогот своих подчиненных. — Я смотрю, ты нашел себе симпатичную подругу. От папаши досталось, он всегда искал среди не «своих»…

Салим задергался в петле, едва не упав вниз. Ибо крышками виселицы оборудованы не были.

— Да что ты вообще знаешь!

Но конфедерат проигнорировал его, решив мягко коснуться щеки рыжеволосой. Та лишь отвела голову в сторону, насколько позволяла веревка. Но это не помогло избежать прикосновения пальцев с грязными, давно не стрижеными ногтями.

— Я знаю более чем достаточно. Еще тогда, пять лет назад, я увидел знакомые глаза у одного фиолетокожего… и после того, как ты и Гилен обманули меня и моих верных солдат, сразу стало понятно, что яблоко от яблони недалеко падает…

Орк зарычал сквозь стиснутые зубы и попытался ударить майора хотя бы ногой. Но тут же захрипел, ибо петля была повязана мастерски.

— Проклятье, целая жизнь прошла, а я так и не пробовал яблок, — с некоторой горестью вздохнул старик и отошел от Катерины, и та могла вдохнуть хоть немного свежего воздуха вместо сильного смрада из его рта.

— О чем это я… как видишь, старость — не радость… точно! О твоем папаше-карлике.

Присутствующие солдаты заржали, как кони. Они определенно наслаждались зрелищем этого «судебного» процесса. А майор, как бы его там не звали, смаковал ситуацию, наслаждаясь каждой минутой.

— Семнадцать лет назад он был здесь, в Мексике, тоже с какими-то мутными людьми. И обманул нас. Не так, как ты, гораздо искуснее. Но пять лет назад за тобой стоял Гилен, а вот ему проиграть не позор, — майор оскалился.

Наемник же сдался бороться:

— Чего ты хочешь, Мэрдок?

— Майор Мэрдок, сэр, — мягко поправил его конфедерат. — Хотя бы на смертном одре соизволь проявить ко мне уважение. Может, я тогда даже заменю повешение на более быструю смерть… прострелю тебе колени и живот из своего ружья, — после чего он тихо посмеялся отвратительным смехом, и ему вторило его стадо.

Получив удовольствие, старик начал спускаться с лестницы.

— Убивать прямо сейчас я вас не собираюсь. Это будет слишком просто. Может, даму я, так и быть, пощажу. Не совсем же я зверь, вдруг, ты задурил бедной женщине голову. Хотя, нужно быть сумасшедшей, чтобы с тобой связаться…

Вскоре большая часть процессии удалилась, осталось пять, к несчастью, трезвых солдат с ружьями. Определенно, майор не хотел упустить свою добычу.

— Я… я прошу прощения… — тихо прохрипел Салим, также пытаясь развязать руки.

За что получил тычок прикладом под колено от охранника, что обходил виселицу сзади.

— Я… не думал, что мое прошлое меня настигнет…

Катерина же оценивала их скромные шансы. Спалить веревки и… все закончится, нашпигуют обоих пулями. Создавать щиты из подручных материалов получалось не слишком хорошо. Да и стрелять будут с разных сторон, даже мастеру Нердариону или Хо было бы проблематично спастись в такой ситуации.

Наличие самой страшной силы на планете и невозможность воспользоваться ей в полной мере вызывало ярость не хуже самого факта пленения.

— Смысл об этом… сейчас говорить? — чуть-чуть ослабила давление на носки Катерина, чтобы хоть немного отдохнуть.

Горло тут же перетянуло, но женщина задержала дыхание. Солнце клонилось в зенит и слепило, выглядывая из-за крыши дома напротив. Им обоим предстоит тяжелая ночь. Хотя бы в таком положении заснуть не удастся. Однако стоять таким неудобным образом… это задание на выносливость и силу духа. В себе рыжеволосая не сомневалась, да и орк был достаточно вынослив.

Оставалось лишь развлечь себя разговором, пока в голове прорабатывался план побега. Стоило хотя бы дождаться, пока солдаты устанут и потеряют бдительности. Учитывая, как напивается большая часть солдат, смены караулы ожидать не приходится.

— Нам тяжело будет выбраться отсюда… даже с магией, — как обычно был реалистом Салим.

— Выберемся, — со злостью пообещала Катерина. — У меня появилась цель в жизни — сжечь башку этого старого ублюдка и увидеть его черепушку…

Орк нашел в себе силы посмеяться, что отдалось в отбитых ребрах.

— Твой отец… — перевела тему Катерина, хоть и понимала, что та наемнику неприятна, — ты же говорил, что…

— Я знаю… — твердо ответил Салим. — Поэтому у меня появилась еще одна… причина… добраться до братьев… я должен спросить их…. почему солгали… мы выберемся отсюда, обязательно.

К солдату неподалеку подошло двое собутыльников. Поболтать, а заодно поглазеть на пленников.

— А тот, которого они тащили, сбежал ведь, — разболтал один из них, вновь приложившись к бутылке.

— Как это сбежал? Он еле живой был, — спросил караульный.

А это мы его спросим, когда найдем…

Салим и Катерина удивленно переглянулись. Речь шла о Брандоне. Неужели он все же притворялся тогда за городом?

Глава 7

Буйство толпы никак не затихало. Пахло слишком хорошей координацией для стихийного бунта. Дома богатых, как обычно бывало, не жгли. Крупный банк и еще два помельче были целы. Зато горел порт и бедные кварталы. Словно богатые решили проучить нищих, а не наоборот.

Впрочем, заведенная толпа была готова уничтожить все, что не было защищено теми, кто являлся для них авторитетом. Совершенно не понимая, что никто потом не вернет им ни дома, ни личные вещи.

Все это Хэммет узнал у старика-европейца, хорошо говорившего по-немецки. Он ввалился в гостиницу, едва живой, с разбитым камнем лицом. После чего хозяин накрепко запер дверь, пригрозив перед этим двум бешеным подросткам обрезом ружья. Те хотели прорваться внутрь за своей жертвой.

Теперь оставалось надеяться, что они не вернутся с подмогой или не придут с факелами. Или, чего хуже, динамитом.

Несколько взрывов уже произошло. Один произошел совсем рядом, едва не выбив стекла.

Уильям дежурил с винтовкой на третьем этаже, откуда прекрасно просматривалась вся улица.

А двое сыновей хозяина гостиницы дежурили у заднего хода и смотрели за ставнями закрытых окон.

Профессор же сидел у лестницы, сжимая револьвер в кармане потрепанного серого пиджака, чтобы в случае чего либо оказать поддержку, либо отступить под защиту бывшего крестоносца.