Кто готовил развал СССР - Александр Шевякин

Одним из создателей «Демократического движения Молдовы», а затем и «Народного фронта Молдовы» являлся Ю.И. Рошка, 1961 г.р., сотрудник Музея Дмитрия Кантемира, бывший журналист. На сайте politicom.moldova.org помещена статья об этом деятеле. Цитаты оттуда: «Рошка вошел в сферу интересов куратора от КГБ Молдавского госуниверситета в 1982 г. Личные качества Рошки представляли определенный интерес для советской государственной безопасности, и его не выпускали из виду и после окончания журфака. (…)

Рошка был завербован КГБ в 1986 г., в период своей работы корреспондентом издания «Тинеримя Молдовей». Куратором будущего лидера ХДНП стал полковник «П», с которым Рошка поддерживал тесные связи вплоть до 1998 г. По закону жанра Рошка должен был выбрать себе оперативный псевдоним, который должен был красоваться на заглавном листе его засекреченного личного дела. Первым псевдонимом Рошки стал «Будулай». Юрию Ивановичу в тот период очень нравился вышедший в 1984 г. сериал с Михаем Волонтиром в главной роли.

Согласно нашим источникам, от Будулая на стол куратора «П» начинают поступать отчеты-донесения о подпольных встречах молдавских националистов с подробной информацией об их местах встреч, тематикой дебатов и личности участников. Автор донесений — «Будулай». (…)

Результативный агент благодаря «хозяйской» поддержке в 1988 г. «Будулай» избран в инициативную группу Молдавского демократического движения и в 1989 г., отказавшись от комсомольского билета, становится одним из учредителей Народного Фронта.

Совпадение или нет, но в том же 1989 г. КГБ откомандировывает в Молдову майора А. Шевчука, одного из ведущих специалистов по проблематике национальных движений в бывших советских республиках, который за короткий период времени, используя сеть агентов под прикрытием, начинает полностью контролировать Движение национального освобождения». 

Портрет одного политического трупа. / politicom.moldova. org 2011, 25 марта.

Среди учредителей НФМ находился также М.Г. Друк, переводчик по профессии, и уже не такой молодой человек, как Ю. Рошка — он был старше его на 20 лет. После того, как в феврале 1990 г. НФМ победил на выборах в местный ВС, М. Друк 25 мая стал премьер-министром (Молдавской ССР (затем Молдова)).

М. Друк проработал всего год и был вынужден уйти в отставку, в т.ч. из-за обнаружения его связей с КГБ. Также, как и с Чепайтисом, еще в 1991 г. была опубликована статья на основе компромата, в которой сказано: «Суть депутатских претензий к премьеру сводилась к тому, что Друк «некомпетентен, причастен к некоторым аферам местных кооперативов и к трагическим событиям в г. Дубоссары, где при усмирении отрядами полиции сторонников местной автономии были убиты 3 чел.». И, кроме всего прочего, замечен в порочащих связях с КГБ.

В середине мая неожиданно получило огласку письмо М. Друка председателю комитета партийного контроля Арвиду Пельше, написанное в апреле 1974 г. Друк, исключенный из КПСС за несколько «националистических» публикаций, просил восстановить себя в рядах. «Я еще надеюсь попасть на какой-нибудь трудный участок, как, например, Чили, Ангола, Мозамбик и др. Имея определенную подготовку, я смог бы внести свой вклад в освободительную борьбу, как настоящий интернационалист… я проходил оформление на работу в системе КГБ… мне доверяли серьезную (на мой взгляд) работу, в т.ч. и по линии КГБ… Я был, есть и буду коммунистом» [19.17].

Похоже, М. Друк чем-то не угодил своим коллегам-чекистам, и они его засветили, чтобы поставить на его место более послушного и управляемого. Друк обиделся, и в 1992 г. эмигрировал в Румынию.

В книге Г. Кодряну «Днестровский разлом. Приднестровский кризис и рождение ПМР: роль и место спецслужб», изданной в 2002 г. в Тирасполе при содействии МГБ, содержится такая информация о работе 5-го отдела КГБ Молдавской ССР: «В конце второй половины 80-хгодов (…) по делам обычно проходили второстепенные фигуры, а лидеры неформальных общественных движений оставались в тени. В этом была виновата и Москва, т.к. в то тревожное время все зависело от установок Центра, а они отличались нарастающей аморфностью. Многие запросы в Центр оставались без ответа. (…)

Большинство дел прекращалось в связи с «неподтверждением данных» либо «прекращением объектом вредной деятельности». Так, дело оперативной проверки на «Л», заведенное в 1985 г. в связи с «националистическими высказываниями и обработкой молодежи в мистическом духе», было быстро закрыто и материалы проверки уничтожены, поскольку «не обнаружено фактов националистической обработки окружения и сомнительно наличие националистических взглядов». Впоследствии «Л» становится одной из ведущих фигур народного фронта на первоначальном этапе его деятельности (в настоящее время проживает в Румынии).

Примерно такая же картина и с делом на другого неформала, ранее в течение 10 лет сотрудничавшего с органами КГБ, но исключенного «за двурушничество и гомосексуализм» (впоследствии этот человек был избран народным депутатом ССР Молдова по списку народного фронта Молдавии и даже вошел в руководящие органы парламента). (…)

Сознательно или нет, но исчезают данные об организованных националистических группах, а также о прорумынских высказываниях. Возможно, это было отражением общей линии, поскольку летом 1989 г. начальник отдела докладывал в Москву: «Данными о наличии в республике группирований националистической направленности не располагаем».

С 1989 г. в отделе началось расслоение по национальному признаку. Оперативные сотрудники разных национальностей стали собираться в разных кабинетах. Молдаване стали переходить в общении с коллегами с русского на родной язык. (…)

Странные вещи происходили и в целом по КГБ МССР. Так, в январе 1990 г. по сводке наружного наблюдения прошел объект, который демонстрировал разведчикам боевую гранату и говорил, что имеет «кое-что еще для русских». Объект был установлен, однако никаких мер в отношении него принято не было.

Имелись неподтвержденные данные об оказании КГБ помощи Хадыркэ в ходе выборов в ВС, негласной поддержке сотрудниками-молдаванами деятельности НФМ, расшифровке негласных источников перед объектами, «утрате» секретных документов. (…)

Между отдельными лидерами НФМ и сотрудниками КГБ существовали родственные и дружеские отношения. Так, заместитель председателя КГБ Мунтян в 1990 г. неоднократно встречался с Г. Гимпу, А. Цуркану, А Грэджиеру и другими лидерами неформалов «с целью оказания на них сдерживающего влияния». К каким результатам привело «сдерживающее влияние» — теперь хорошо известно не только на примере Молдавии.

Хадыркэ, которому КГБ оказывал помощь при выборах в ВС (более конкретные и уже подтвержденные данные об этом в книге приводятся, дальше процитируем) — это Ион Дмитриевич Хадыркэ, еще один основатель и председатель Исполнительного совета НФМ. Итак, уже вырисовываются трое главных лидеров молдавских националистов, связанных с КГБ — М. Друк, И. Хадыркэ, Ю. Рошка, плюс подозрительные контакты у менее заметных деятелей НФМ — Гимпу, Цуркану, Грэджиеру.

Поэтому не удивительно, что начальник 5-го отдела КГБ в самый разгар демонстраций под лозунгами «Чемодан — вокзал — Россия» докладывает в Москву, что «данными о наличии в республике группирований националистической направленности не располагаем» [19.18].

Скорее всего, здесь была устная договоренность по всем подразделениям 5-й линии: фальсифицировать отчетность, чтобы обманывать Отдел административных органов ЦК КПСС, который должен был контролировать деятельность КГБ. Все, нет больше в стране национализма, поэтому и не боремся! Все видят, что национализм есть, но зато на бумаге его нет. А на «нет» — и суда нет.

Зато КГБ Молдавской ССР очень активно боролся с врагами молдавских националистов! В январе 1989 г. в Молдавии представителями в основном русскоязычного, и частично молдавского населения, было создано «Интердвижение» — общественно-политическая организация, ставящая своей целью защиту национального равноправия и целостности СССР.

Если бы КГБ занимался защитой советской государственности и выступал против развала СССР, ему бы надо было поддержать «Интердвижение». Однако цели у КГБ были противоположные, о чем свидетельствуют его мероприятия, предпринятые против «Интердвижения». Вот какие: «Отдел «Z» полагал, что главным дестабилизирующим фактором в трудовых коллективах является Интердвижение. (…)

По Интердвижению началась активная оперативная работа. Несмотря на сообщения источников о том, что «в руководстве Интердвижения экстремистов нет», Д. Мунтян дает очередное указание: «Поручить одному работнику активно заняться Интердвижением, на Сафонова завести дело». (…)

Отдел «Z» КГБ Молдавии провел компрометацию нескольких кандидатов от Интердвижения, а в отношении одного из его лидеров проводилось оперативно-техническое мероприятие. В феврале 1990 г. на Исполкоме НФМ один из лидеров Интердвижения Г. (он поддерживал контакты с КГБ Молдавии) представил документы о финансовых злоупотреблениях Яковлева во время поездки в Москву. Эта информация по указанию оперуполномоченного 2-го отделения отдела «Z» М. (отвечал за разработку Интердвижения) и одного из заместителей начальника отдела была использована в еженедельнике «Факел» совместно с руководством НФМ (Хадыркэ), что привело к поражению Яковлева во втором туре выборов.