Дремир. Беспечные. Том 3 - Ник Вернер

и не заикается при этом. А ты меня будто всё время отталкиваешь от себя, отталкиваешь даже моим именем, держишь на вытянутой руке. Вот скажи, зачем, а?

Я молчал.

Молчание затягивалось.

Пришлось нарушить молчание первым:

— Если я буду называть тебя Настенькой, можно я не буду пока отвечать на этот вопрос?

— Пока можно. Тогда я пока буду называть тебя Маркоша!

— Пожалей мои уши! — взвыл я.

«Вот что мне с ней делать? Того и гляди выведет на чистую воду, и что тогда буду делать я? Я не Киран и не умею так хорошо скрывать свою тьму ото всех, если они подходят слишком близко».

К обеду нам всё-таки удалось договориться, что всякие «Настеньки» и «Маркоши» разрешены только когда мы наедине. Пришло время выходить в свет, а то скрываться от всех дома начинало быть стыдным. Мы пошли к Мирияру и Марене в гости.

Идти нам было всего минут пять, но мы почему-то пошли в другую сторону и уже с полчаса в прямом смысле слова наматывали круги — тут все переулки круглые — по Яренке, болтая о том, о сём.

«Наверное, это её способ показать всем, что ей не стыдно», — подумал я.

— Слушай, а знаешь, как звали раньше Маренкиного мужа? — вдруг ни с того ни с сего спросила Настя. Ладно, Настенька.

— Откуда мне знать? — удивился я. — Я тут раньше не жил.

— Орэ́н Бере́гдес, гвардеец графа Неррона.

Я аж остановился от неожиданности. Пока я пытался осмыслить, как дремиряне могли выдать свою «сестру» за действующего шпиона врага, а у графа не могло быть живых недействующих шпионов по определению, дали ему дремирское имя Рода, да ещё и начали обучать управлять Факелом, Настенька продолжала идти по улице и сплетничать как ни в чём не бывало. Пришлось догонять.

— Представляешь? — продолжала она. — Маренку отправили за тобой, а она вернулась раньше срока, без тебя, да ещё и с другим красавчиком. Все очень удивились и даже его не убили на месте. Но самое смешное было потом: он через неделю сам заявился к дедушке Яромиру и попросил Маренкиной руки.

«Настенька, а ты хитрюга! — мысленно улыбнулся я. — Зачем ты меня спрашивала, если и сама знаешь ответ?»

— Может, дедушка Яромир и не удивился, но мы все были, мягко говоря, озадачены. А когда Орэн вернулся с Обряда Посвящения с новым именем, и это оказалось его настоящее Родовое имя, мы вообще перестали что-то понимать…

Настенька ещё долго что-то рассказывала, а я понял, что мне надо поговорить с Мирияром. Кажется, теперь я понял, почему он меня недолюбливает — считает бесхребетным. Это чувство неприязни у нас взаимное, ведь я не люблю, когда обо мне это знают.

Когда моя девушка рассказала мне всё, что хотела рассказать, мы загадочным образом сразу же очутились у дверей дома Мирияра, но, к моему облегчению, хозяев не было дома. Сегодня я ни о чём больше говорить не хотел, да и видеть никого, кроме Настеньки, тоже.

Мы пошли домой, и я заметил, что она начала вести себя более непринуждённо, чем ещё полчаса назад.

«Похоже, ей уже не стыдно ходить по улицам Яренки, — с некоторым облегчением подумал я. — По крайней мере, со мной рядом, — я глянул на неё украдкой. — А одну я тебя отпускать всё равно не собираюсь».

Ответственный Марк О’Ний Эренский

Песня Души: Neuromonakh Feofan — На заре

https://youtu.be/ckMcvYz2i-o?si=94aDTPGdrAQGyjLn

Часть 2

Глава 32. Разговор

На следующее утро я подкараулил Мирияра на рассвете у его дома.

— Здоров, — поздоровался я, когда он вышел на крыльцо. — Разговор есть, личный.

— Здоров, — спокойно ответил Мирияр. — Ну идём.

Мы вышли на улицу и пошли в сторону Священного Леса. По поселению мы шли молча, а когда ступили на лесную тропу, я спросил:

— Можно личный вопрос?

— Спрашивай, — равнодушно ответил Мирияр.

— Можешь рассказать, как Орэн стал Мирияром? Я спрашиваю не из любопытства, мне действительно надо знать.

Мирияр остановился и посмотрел на меня своим привычным оценивающим взглядом. Каждый раз, когда он на меня так смотрел, мне всё казалось, что он пытается во мне что-то разглядеть, не находит, мысленно вздыхает и перестаёт «оценивать». Меня этот взгляд уже давно не бесил, но я реально от него устал. Даже думал как-то сказать Мирияру, чтобы он забил и перестал меня всё время «оценивать» — нечего во мне разглядывать! Но сегодня было не время грубить, ведь мне от него были нужны знания.

Мирияр выключил свою «оценивалку» и, пожав плечами, сказал:

— А что тут рассказывать? Я чуть не сдох, Марена меня исцелила. Мы случайно оказались здесь. Они меня сразу не убили. Я решил не упускать возможность заполучить свою девушку себе. Мне её даже отдали, а с ней и выдали мне Родовое Имя, чтобы «ей» было «не стыдно».

Нужные слова Орэн выделил в своей речи особой интонаций, как для идиотов. Но тут он мне ничего нового не открыл — это я и сам всё понимал, так что даже не обиделся. Пусть я и не признавался в этом перед другими, но правде в глаза я всегда смотрел сам.

— Мне кажется, — я спокойно продолжил свой допрос, — ты упускаешь что-то важное. С какого перепуга тебе дали имя не Рода Ярена?

— Мне сон приснился, — усмехнулся Мирияр. — Когда Душа Дремира меня три дня проверяла на вшивость, мне снилось, что я Мирияр. Я им этого не рассказывал. Видимо, Марена рассказала. Когда я пришёл просить её руки у Яромира и «спрашивал» «что» я могу сделать, чтобы они приняли меня за «своего», Яромир вдруг решил, что я и так «свой», и назвал меня Мирияром. А вот где они откопали имя моего Рода, я и сам не знаю. Просто мне сказали, что я действительно из Рода Дэльвена, и дали имя, видимо, моего Предка. Это всё, что я знаю.

На этот раз я пропустил всё подчеркнутые слова мимо ушей и зачем-то начал рассуждать вслух.

— А мне тогда сон не снился…

— В смысле? — не то удивился, не то заинтересовался Мирияр.

— В смысле, что Душа Древа мира меня тоже выжала как лимон, но мне ничего не мерещилось, кроме голоса