Когда земли окутает мрак - Вуд Яна

Оборотень ничем не выказал обиды и сожаления.

– Так отчего? – вновь вопросил он.

Хейта пожала плечами, взгляд ее снова сделался задумчивым, как видно, она старательно подбирала слова.

– Эта стена… она очень стара. Она… устала. – Приметив недоуменный взгляд Брона, девушка поспешила добавить: – Камень в ней устал. Он больше не желает быть стеной, чем бы то ни было, он просто больше не желает быть. Его время вышло.

Оборотень сузил глаза, начиная догадываться.

– Ты не просто так дотронулась до стены, да?

Хейта кивнула.

– Я могу узнать что-то о предмете, прикоснувшись к нему. Например, какой мастер его сделал, как давно, кто им владел.

Брон хмыкнул.

– Полезное умение.

Хейта вздохнула.

– Ну, как видишь, не слишком. Толку от того, что я узнала. Вот если бы она была живой – тогда другое дело.

Брон сдвинул брови.

– А что бы это изменило?

– Я могла бы вернуть ее в исходное состояние, в то, чем она была прежде.

Брон недоверчиво хмыкнул.

– Вроде как сделать ее моложе?

Хейта кивнула.

– Да, вроде того. Меня этому, как ни странно, научил Тэш.

– Кто?

Хейта замялась, осознав, что сболтнула лишнего, того, чем не хотела с ним делиться. Сердце Брона, помимо воли, обиженно дернулось.

– Не хочешь, можешь не отвечать, – пожал он плечами делано равнодушно.

Но Хейта упрямо тряхнула головой, точно отгоняя надоедливые мысли.

– Тэш – мой названый брат из пастырей. Он сам частенько злоупотреблял этим волшебством и меня научил. – Приметив внимательный взгляд оборотня, Хейта поняла, что простым объяснением отделаться не удастся. – У него была любимая ручная ворона, – пояснила она. – Но пастыри живут намного дольше ворон. Когда она стала совсем старой, Тэш коснулся ее, превратив в желторотого птенца. Но радовался он недолго…

– Отчего? – нахмурился Брон.

– Как-то раз его юная ворона зазевалась, и ее слопала лиса.

Оборотень неожиданно усмехнулся. Хейта вперила в него непонимающий взор.

– Гэдор последнее время все чаще жалуется на свои годы, – поспешил пояснить он. – Надо сказать ему, что ты можешь сделать его вихрастым мальчишкой.

Хейта мотнула головой.

– Людей, оборотней и прочих – не могу. Пробовала… Думаю, и пастырям это не под силу. Звери, птицы – они… проще.

Брон окинул ее изучающим взглядом.

– Ты уже проделывала это с кем-нибудь?

Хейта неожиданно смешалась.

– Я испробовала это один раз со старой-престарой белкой. Сперва все шло хорошо, шерстка ее становилась гуще и ярче, потом она обратилась в совсем юного бельчонка, а потом… – девушка тяжко вздохнула, – исчезла. Вместо того чтобы сделать ее молодой, я ее убила.

Брон задумчиво сдвинул брови.

– Ну-у, будем надеяться, в этот раз тебе повезет больше.

Хейта прищурилась.

– В этот раз?

– Ты сама сказала, что стена живая!

Девушка поглядела на него как на умалишенного. Он принялся поспешно пояснять:

– Стена состоит из камня, так?

Хейта кивнула, не до конца понимая, к чему он клонит.

– Ты сказала, камень устал. Я сперва удивился, но потом понял, что ты права. Камень – живой. Он, конечно, не чета зверям, что обитают в Запредельных землях. Но он тоже порождение нашего мира. Быть может, ты сможешь и со стеной исполнить этот трюк?

Девушка в сомнении покачала головой.

– Не уверена, что кто-то делал это до меня.

– Ну, пастыри говорили, твое волшебство сильнее их.

Она сдвинула брови, обдумывая слова Брона.

– Я… я могу попытаться.

Хейта смотрела на крепостную стену как на заклятого врага. Первые попытки залатать ее не увенчались успехом. Тогда Брон предложил выйти за ворота, чтобы обзор был лучше и волшебство подействовало наверняка. Хейта неохотно согласилась. Теперь она силилась представить стену живым существом, но пока ничего не выходило.

Оглянувшись, девушка рассеянно скользнула взглядом по Волглому лесу. Он казался тихим, умиротворенным. Было трудно представить, что скоро его заполонят жуткие кровожадные твари.

Брон стоял чуть поодаль от Хейты и глядел на стену отрешенно, точно потеряв к девушке всякий интерес. Но она чувствовала, что ощущение это было обманчивым. Брон следил за каждым ее движением, не поворачивая головы. Хейта мысленно прокляла обостренное чутье оборотня.

Вот он обернулся, тоже скользнул взглядом по деревьям.

– Что-то не так?

Хейту так и тянуло его передразнить. Повторить «что-то не так?», подражая его грубому низкому голосу, чтобы впредь неповадно ему было за ней утайкой подглядывать, но она смогла себя удержать, тряхнула головой.

– Я не могу. Думаю, из этой затеи ничего не выйдет.

– Нужно еще постараться.

Хейта не выдержала.

– И что ты предлагаешь делать? Просто сверлить стену взглядом, пока что-нибудь не произойдет?

Брон пожал плечами.

– Я думаю, ты слишком быстро сдаешься. Это на тебя не похоже.

Хейта чуть не зарычала от досады и раздражения.

– Быть может, причина в том, что мы торчим тут за воротами, в преддверии осады, точно нам жить надоело!

Брон понимающе кивнул.

– Ты напряжена и не можешь сосредоточиться.

– Именно! – воскликнула девушка.

Брон внезапно шагнул к ней. Хейта нервно обернулась.

– Что ты такое задумал?

Он примиряюще вскинул руки.

– Встану за твоей спиной. Быть может, так тебе будет спокойнее.

Хейта нехотя отвернулась. Дыхание оборотня пощекотало кожу на висках, и ее шея покрылась мурашками. Хейта поежилась, но стиснула зубы и продолжила сверлить стену взглядом, как будто ничего не произошло. Она бы ни за что в мире не призналась ни Брону, ни даже себе, что с ним за спиной ей действительно сделалось спокойнее.

Оборотень вдруг наклонил голову и прошептал ей на ухо:

– Не смотри на стену как на стену, ведь сама стена не живое существо. Старайся почувствовать камни.

Хейту так и подмывало огрызнуться, что не ему учить ее волшебству, но она прикусила язык, понимая, что так лишь потеряет драгоценное время, которое и так со звоном отзывалось в висках. Да и совет, как ни странно, он дал дельный.

Хейта медленно выдохнула. Выбрала камень на уровне глаз и направила на него всё свое чутье.

Сперва она не почувствовала ничего. Потом вдруг ее точно выбросило под дождь. Она ощутила, как он ударяется об нее, ручьями стекает вниз. Потом ее обожгло пылающее летнее солнце, тело Хейты точно обдало крутым кипятком.

«Одно перо есть все перья», – учил ее Тэш, и Хейта повторила за ним, точно во сне:

– Один камень есть все камни…

Она изо всех сил постаралась представить, как провалы в стене зарастают, покрываются камнями, будто затягиваются открытые раны. Но ничего не выходило. Хейта вновь упрямо покачала головой.

– Не могу. Чего-то не хватает.

– Быть может, этого? – спросил Брон и неожиданно легонько сжал мозолистыми пальцами ее ладонь. Он пах хвоей и душистыми лесными ягодами.

– Что ты делаешь? – зашипела Хейта.

Брон поспешно разжал пальцы.

– Прости. Я просто подумал, ты ведь прикасалась к птице, держала ее в руке, быть может, и здесь так надо. Прикоснуться к какому-то камню.

– Тогда я потеряю стену из виду, – отозвалась Хейта.

– Попробовать стоит.

Она не могла не согласиться, хотя ее так и подмывало, хотя бы из вредности. Хейта шагнула вперед, наконец-то оказавшись на приличном расстоянии от оборотня, что, впрочем, отчего-то ее не сильно обрадовало.

Приложила ладонь к холодному камню, направила на стену чутье, и та под ее пальцами словно взорвалась! Хейта ощутила каждый камень, каждый провал, каждую щербинку.

Брон, как видно, что-то почувствовал и прошептал из-за плеча:

– Только не заставляй ее исчезнуть, мы же не хотим остаться совсем без крепостной стены.

Хейта только насмешливо фыркнула. Ей не хотелось смеяться в ответ на его подначку, но она ничего не могла с собой поделать. Вместо этого она приложила вторую ладонь к стене и уперлась в нее что есть мочи, точно хотела сдвинуть с места. Прикрыла глаза.