Разлом - Рия Альв

услышала, ведь от удивления чуть не подавилась только что откушенным куском утки. Или курицы. Она тогда в этом не слишком разбиралась.

Вот так она наследников правящих династий точно не представляла. Хотя Фриг тоже была той еще… Леди, но Аин-то думала, что такая только Фриг. Может, в этой стране все будущие правители со странностями? Может, их особое положение разрешает хотя бы им не оглядываться постоянно на эти проклятые правила?

Как оказалось, нет, но это Аин узнала уже гораздо позже. А после кухни ее потащили не в праздничный зал, к колким и неуютным взглядам, а обратно в сад, только в другую его часть. Это был «сад Уртики», как сказал сам Райн. Он попросил ее быть осторожной, чтобы ничего тут случайно не затоптать.

Он водил ее по узким, посыпанным мелкими камушками дорожкам и рассказывал о растениях, которые им попадались. Почти все они были либо лекарственными, либо ядовитыми, и Аин тогда казалось, что Райн знает о них абсолютно все. Ей нравилось просто ходить за ним и слушать, иногда даже осмеливаться на вопросы, а Райну, наверное, нравилось, что кто-то слушает его так внимательно.

А вечером им попало. Потому что их потеряли, да и вообще нехорошо уходить вот так, не по правилам, не по этикету и что-то там еще. Аин тогда было все равно, слишком теплые воспоминания оставил о себе прошедший день.

Даже сейчас щемило сердце, но Аин усилием воли прервала это чувство. Жаль, что она не могла вырвать эти воспоминания из себя, словно сорняк. Жить стало бы намного легче.

Мокрое пятно сильнее расползалось по подолу, делаясь все заметнее, ноги немели от холода, но Аин этого не замечала. Она бы и не такое сейчас не заметила. Ее слишком занимало то, как тонкие серебряные проволочки травы приминаются под ее шагами, иногда ей даже казалось, что она слышит, как они тихонечко звенят. И кроме этого несуществующего звона, в голове не осталось совсем ничего, Аин силой прогнала все мысли, оборвала все чувства, блокировав их ментальной магией. Она отлично знала, какой сильной бывает отдача после столь жестких манипуляций с эмоциями, но ей было плевать. Теперь ей на все было плевать.

Почти на все.

Аин непонятным для себя самой образом чуть ли не добрела до пруда, но замерла около стены из декоративного кустарника, так и не вывернув из-за нее. На берегу стоял Райн, задумчивый, напряженный, смотрящий будто бы не на водную гладь, а куда-то внутрь себя. Он оставался настолько прямым и недвижным, что его можно было бы принять за одну из садовых скульптур, если бы не едва заметные движения облаченных в черные перчатки рук, будто что-то перебиравших одними лишь пальцами.

Эти черные перчатки. Аин казалось, что она никогда и не видела Райна без них. Он везде появлялся в перчатках и никогда их не снимал, будто открыть кожу на ладонях и запястьях было чем-то непростительным. Неужели так боится испачкаться? Того Райна, которого она помнила, такие мелочи совершенно не волновали. Но тот Райн умер почти пять лет назад.

– Добрый день, Леди Аин.

Этот спокойный негромкий голос заставил Аин чуть ли не подскочить на месте— так, будто ее резко толкнули в спину.

Райн к ней не обернулся, лишь скрестил руки на груди.

– Утро. Мне сказали, что сейчас утро, – сдержанно-вежливым тоном ответила Аин, с неохотой выходя из своего укрытия: больше в нем не было нужды.

Чуть нахмурившись, Райн посмотрел на небо, попытался отыскать среди плотного покрывала облаков солнце и, очевидно, не найдя, хмыкнул и примирительно согласился:

– Хорошо, утро так утро.

Что-то в этой подчеркнутой миролюбивости казалось Аин странным. Странно было то, что Райн… то есть Лорд Рейнгардский не окинул ее сдержанно-презрительным взглядом и, бросив какую-нибудь условно-вежливую фразу, не скрылся, будто существование с ней в одном пространстве было оскорбительно.

– Не стоит ходить босиком, Леди Аин, – вдруг сказал Лорд, так и продолжая смотреть на воду, – так очень легко простудиться, местный климат весьма коварен.

– Под стать местным жителям, – вырвалось у Аин, за что она тут же себя отругала. Из-за ментальных блоков, сдерживавших часть эмоций, контролировать другие стало куда сложнее.

– Помнится, при нашей случайной встрече на улице вы не были так остры на язык, – Лорд наконец развернулся к ней, и глаза цвета пасмурного неба окинули Аин насмешливым взглядом.

У нее даже дыхание перехватило, но Аин умела скрывать свои эмоции, в том числе и шок. Хотя ментальные блоки все же мешали.

Неужели их конспирация пошла прахом? Он смог узнать ее под мороком? Или это просто предположение? В любом случае Аин решила разыграть этот спектакль до конца.

– Не понимаю, о чем вы, – она улыбнулась будто бы чуть смущенной и неловкой улыбкой, – вы, наверно, с кем-то меня спутали, милорд.

Всего на секунду на лице Лорда промелькнуло странное болезненное выражение, вновь сменившееся насмешливостью.

– Быть может, – пожал плечами он, – мага под мороком вообще легко с кем-то спутать.

Аин бы сейчас выругалась, если бы могла. А так она лишь выдавила еще более невинную улыбку, отчаянно желая сойти за идиотку.

– Я совершенно не умею накладывать морок, – Аин смущенно потупила глаза.

– Это было заметно.

Аин прикусила губу, чтобы не выдать чего-нибудь, что можно было бы счесть за оскорбление, по крайней мере вслух. Она прикрыла глаза всего на несколько мгновений, чтобы выговориться хотя бы мысленно. А когда открыла, Лорд смотрел на нее так, будто мало того, что все слышал, так еще и много новых выражений для себя узнал. Но вскоре на лице вновь появилась безразличная маска.

– И все же вам холодно, Леди Аин, вернитесь в замок, еще один больной Уртике жизнь явно не облегчит, – сказал Лорд после недолгого молчания. – Или мне опять стоит вас… сопроводить?

Аин ощутила, что уши вдруг стали очень горячими. И с чего бы вдруг? Ну помнит он тот случай, и что с того? Нашла чего смущаться!

– Не стоит, – холодно бросила она, – я и сама отлично знаю дорогу.

И резко развернувшись, Аин зашагала прочь, прекрасно понимая, насколько это невежливо и не по правилам. За ее спиной тихо вздохнули, но ничего не сказали.

На самом деле идти в замок она, конечно же, не собиралась. Кто он такой, чтобы приказывать ей, что делать? И откуда он знает, что ей холодно?

Фрея сильно вздрогнула, выпрямившись в кресле одним резким движением. Повинуясь рефлексу, она бы вскочила, схватилась за меч и даже