Жить жизнь. Трилогия о любви и манипуляциях (СИ) - Богинская Анна

– В чем?

– У него есть к тебе чувства.

– Брось, Гала. Какие чувства? Разве что желание доиграть или переиграть?

– Как ты понять не можешь! Ты не из тех женщин, которые вызывают безразличие, – привела подруга последний аргумент.

– Ты пока не будешь спать?

– Да ты что! Даже если бы захотела, не смогла бы.

– У меня телефон разряжается: я его поставлю на зарядку и быстро схожу за сигаретами. Минут десять максимум.

– Обязательно мне перезвони!

Анна поставила мобильный заряжаться и направилась в коридор. Взгляд наткнулся на отражение в зеркале. С размазанной помадой она выглядела как девушка после бурной ночи. «Нужно подкрасить губы, а то моя репутация в магазине будет испорчена навсегда». Вздохнула и потянулась за сумкой. Она взглянула на свои вновь накрашенные ягодные губы. «Может, у тебя действительно есть ко мне чувства, Матвей?»

Анна вышла из подъезда и вдохнула прохладу летней ночи. Воздух пах свежестью и грозой. Матвей убежал в ночь, но на душе у нее легко: она чувствовала себя победителем. Магазин располагался в соседнем доме – метров двести от силы. Фонари не горели, но подсветки подъездов хватало, чтобы сориентироваться в темноте. Бодрой походкой она направилась в сторону магазина. На полпути услышала топот: к ней кто-то бежал. Высокая фигура мужчины за несколько секунд настигла ее в ночи. Выброс адреналина в кровь. Анна испуганно вскрикнула.

– Куда ты идешь?

– Это ты! Решил до инфаркта меня довести! – истерично сказала она, выдыхая свой испуг. – Что ты тут делаешь? Ты уже должен быть дома.

– Я такси жду. А вот куда идешь ты?! – Матвею явно небезразличен ее ночной маршрут.

– Я свободная женщина – куда хочу, туда и иду! – сказала она, подразумевая, что его это уж точно не касается.

Раздались раскаты грома. Матвей схватил ее за руку и потянул к торцу дома.

– Так куда ты идешь?!

– А тебе вообще какая разница?

– Я не переживу, если тебя кто-нибудь трахнет! – на повышенных тонах ответил он.

Анна вздохнула. Ее лицо озарила довольная улыбка, но он не мог видеть этого в темноте.

– Что-то я никак не могу понять твоих переживаний, Матвей, – игриво сказала она. – Ты же сам прекратил наши отношения. Какая тебе разница: меня трахнут, я трахну или мы трахнемся втроем? Мне тридцать лет, я взрослая – как-нибудь сама в этом разберусь.

– Иди домой, Аня! – это прозвучало как приказ.

Сильный раскат грома – и с ночного неба хлынули потоки воды. Порыва ветра хватило, чтобы датчики движения сработали, – свет фонаря выхватил их фигуры из темноты. Его глаза цвета горького шоколада смотрели на ее яркие губы. «Как хорошо, что я накрасила губы. Иначе он все понял бы. Анна вдыхала запах дождя и ощущала большие теплые капли на своей коже. Они стояли под ливнем, освещенные фонарем, словно прожектором. «Как это красиво!» – восхищенно думала она, каждой клеточкой впитывая эту картину и пытаясь запечатлеть ее в памяти. «Даже Спилберг не смог бы снять лучше». Она думала о том, что опять в их отношениях происходят события, над которыми они не властны, события, которые невозможно спланировать, – события, посланные судьбой. И посланы они, вероятнее всего, ему, чтобы помочь понять глубину своих чувств.

– О чем ты думаешь, Аня? – хрипло спросил Матвей.

«Что же сказать такое, что пробьет наконец твою броню?» Она вздохнула и посмотрела ему в глаза.

– Думаю о том, что я без трусов.

Анна увидела, как по лицу Матвея пронеслась живая эмоция. Она уже видела это выражение его лица однажды – в ночь, когда водитель Арама привез ее к подъезду. Тогда Анна не поняла, что это, но сейчас была уверена: ревность. Его захлестнула ревность.

– Домо-о-о-о-й! – закричал он.

Он схватил ее за руку и потянул к подъезду. Анна восхитилась им в этот миг. Она почувствовала силу мужчины, который не хочет отдавать свою женщину. Анна сопротивлялась и смеялась одновременно.

– Не пойду! – в азарте кричала она. – Только если ты пойдешь со мной!

Матвей продолжал тащить ее. Анна сопротивлялась, наслаждаясь этим мгновением его потери контроля над собой. Он силой втолкнул ее в подъезд, удерживая рукой стеклянную дверь. Анна смотрела на него, показывая жестом: «Если только ты пойдешь со мной». Матвей возмущенно крутил головой, одной рукой указывая ей на лифт, а другой продолжая держать дверь. Анна не уходила. Он беспомощно опустил руки и безнадежно посмотрел на нее. Затем неожиданно развернулся и бросился в ночь. Анна открыла дверь подъезда и быстро вышла за ним. Она увидела, как он подбежал к такси, сел в машину и уехал.

– Что это было опять? – вслух спросила Анна и направилась к магазину. Она купила сигареты и практически бегом возвращалась домой. «У него все-таки есть чувства ко мне!» Быстрым шагом преодолела она путь от лифта к квартире: безумно хотелось побыстрее рассказать Гале. Мокрая до нитки, она вбежала в квартиру. Подруга уже успела позвонить три раза.

– Аннет, я уже собралась ехать к тебе. Куда ты пропала?

– Гала, моя жизнь – это нечто. Я встретила Матвея!

Она в подробностях пересказала недавнюю сцену.

– Как ты до такого додумалась?! – хохотала Гала, услышав об отсутствии трусов.

– Сама не знаю. Гала, ты бы видела, как он тащил меня к подъезду! Настоящий мужик! – восхищалась Анна. – Нужно завтра видео с камер снять – можно будет фильм смонтировать.

– Подаришь Матвею на память. Видишь, я все-таки права: чувства у него к тебе есть.

– Я тоже поняла, что есть. Только что он будет с ними делать дальше?

Гала громко вздохнула и, чуть помедлив, спросила:

– А что ты собираешься делать?

– Подожду еще минут десять и позвоню ему. Гала, как же это было красиво!

Они продолжали обсуждать события сегодняшней ночи. Спектр эмоций, который пережила Анна, ввел ее в эйфорию.

– Звони ему уже! – Гала понимала ее нетерпение.

Анна улыбнулась, нажала отбой и набрала Матвея. Он ответил с первого гудка.

– Что еще? – нервно спросил он.

– Доброй ночи, Матвей Анатольевич, – вкрадчиво начала Анна. – Звоню сказать вам, что я дома.

– Почему? – странный вопрос.

– Вы так убедительно просили меня остаться, и я решила никуда не ехать, если это настолько важно для вас.

– Я тебе не верю!

– Зря вы так, Матвей Анатольевич. Что может стать для вас подтверждением моих слов? Могу воду включить, могу музыку в компьютере, – игриво сказала она.

– Вышли мне свое фото с Буржуем, где ты сидишь на диване в той же одежде! – закричал он.

– Хорошо, – спокойно сказала она. – Зачем так кричать? – Матвей молчал, тяжело дыша, но трубку не бросил. – В свете событий, произошедших этой ночью, могу я задать вам вопрос?

– Задавай.

– Я все-таки свободна или как?

– Или как!

– Судя по вашим реакциям сегодня, я подумала, что все-таки остаюсь вам небезразлична. Вы изменили свое решение?

– Что сейчас сотрясать воздух? Завтра приедешь снимать швы, тогда и поговорим. Когда ты будешь?

– Высплюсь и приеду, – спокойно сказала она.

– Я жду фото в течение пяти минут! – выпалил он и отключился.

Анна смотрела на телефон, удовлетворенно улыбаясь.

Она шла к клинике. Вчерашняя эйфория закончилась. Вернулись все те знания, которые она ввела в свою систему за последние пять дней. Ее интеллект вынес вердикт: «Он не остановился и уехал вчера, значит, ничего не изменится». Но ее нажатые кнопки продолжали надеяться. Эти кнопки продолжали надеяться, несмотря ни на что. Им безразлично ее понимание. Они заставляли искать ему оправдания. Они заставляли верить, что он остановится и выйдет на разговор. Эти нажатые кнопки нагло продолжали делать свое дело. Анна надела улыбку и вошла в клинику.

– Добрый день, Лена.

– Ой, Анна! Прекрасно выглядите!

На ней модное белое платье до колена, ярко-алый тонкий поясок на талии и такого же цвета клатч. И конечно же, яркие алые губы. Анна протянула Лене красно-белый букет.