Стражи Небес - Алина Смирнова

— У тебе ужасно плохие манеры, Джейси, пережиток вашего долгого общения с людьми. Но ладно, это простительно. А вот незнание непростительно, с твоим нынешний глазом, Сиджей. Я надеялся, что в твоих руках Синхрониум уж точно послужит и покажет об Акаше гораздо больше, чем я готов рассказать вам. А оказалось нет…

— Не так важно, кто она. Гораздо более важнее, что за песню она поет? Заставь ее замолчать. Эта песня разбудит ледяных великанов. А я не понимаю зачем тебе это, разве ты не хочешь разбудить драконов, а не ледяных великанов — их заклятых врагов? Зачем тогда?

Он покачал головой, и посмотрел еще раз на девушку, и она стала петь еще громче и пронзительнее. Ее голос перебивал звуки вырывающегося холодного воздуха из Нифльхейма. Затем он рассмеялся, снег летевший ото всюду, прилипая к его камзолу мгновенно таял. Как такое возможно? На нас что-то эти черно-изумрудные снежинки не тают… Что с этим парнем не так?

— Ох, Сиджей. Ты так ничего и не поняла. Хотя надеюсь хоть чему-нибудь научилась. Братья фон Штэтэрн преподали вам отличный урок, не так ли?

Джейси сдавила рукоять меча, и уже была готова прыгнуть на него, но Каин схватил ее за запястье.

— Ты подослал их?! — взревела Джейси.

— К сожалению дал намек, то как они его трактовали уже не моего ума дело. Вернемся к нашей беседе. Я действительно хочу пробудить драконов. Видите ли, девочки, вражда между ними и Ледяными Великанами принесла Драконам столько мук и проблем, что Драконы поклялись, что даже пробуждение хотя бы одной из этих тварей уже послужит причиной их восстания, не зависимо от положения весов равновесия. Вывод — мне вовсе не обязательно будить всех великанов, нужно для этого углубиться в Нифльхейм, а желания посетить егоу меня пока не возникает. Таким образом… Вывод?

— Тебе не нужно пробуждать их всех, хватит и одного? Что бы все Драконы разом пробудились… — как же я раньше этого не поняла! Если с нашей стороны границы Юки-онна была стражем, охранявшим границу, то со стороны Нифльхейма тоже должен был быть свой страж… Его-то и разбудит песня этой девушки.

— Начнем сначала. Эта девушка, — он наклонил голову налево и улыбнулся, — Ее зовут Акаша. И ее песня прибавит вам проблем в ближайшие… хм… пять… шесть минут…

Зарево тьмы

Сокрушающий громогласный рев сотряс ледяную площадку и всех кто на ней находился.

— Джесс! Вы с Каином займетесь этой тварью.

— А ты?!

— Я разберусь с девушкой. Ее нужно заставить замолчать, тогда Ледяной Великан снова уснет! — Сиджей было еле-еле слышно, из-за рева и ветра. В лицо бил ледяной поток. Значит, нам с Каином придется задержать это чудовище, пока Сиджей остановит песню Акаши… Каин кивнул, а затем сделал пальцем указывающий жест направо.

Юкино… Нужно освободить сначала ее, Волшебник не сдвинулся с места, а я, подскочив к ледяной принцессе, заметила боль в ее глазах. Одним взмахом меча разрезала кристаллические путы.

— Джейси… Вы не справитесь, — вымолвила принцесса. — Вам не одолеть Ледяного Великана! — ее отчаянью не было предела.

— Нет, не одолеть! Нам и не нужно этого! Мы задержим его, пока Сиджей что-нибудь не придумает! Юкино, спрячься в храме! Бегом!

Волшебник переместился к юноше и поющей девушке, тонкая, туманная граница под угрожающий рев стала рассыпаться. Ледяную платформу отвесно уходящую на несколько метров вперед схватила огромная серо-белая ледяная лапа, с черными, острыми, словно бритва когтями. Если одна лапа размером со всю ледяную платформу, то каковы же размеры самого чудища?

— Ну, да ладно. Если вы девочки не против, то я понаблюдаю за вашим дебютом в качестве Стражей Небес с более удобного места! — спокойно рассудил Волшебник, несмотря на крик чудища по ту сторону, голос Волшебника такой же тихий и отчетливый звучал словно у самых ушей наперебой песне, которую пела Акаша. Страницы хрустальной книги зависшей над его ладонями перевернулись, и в небо над Нифльхеймом выплеснулось уже привычное мне радужное сияние и хрустальные ступеньки. По этой лестнице он увел Сиджей в другой мир из преддверия мира Йома.

— Куда-то собрался, Волшебник?! — Каин сквозь тени переместился на уступ к ним, а тем временем платформу сотряс громогласный рев.

Волшебник улыбнулся, снова обозревая пробуждающееся чудище по ту сторону границы Нифльхейма. Его улыбка, столь прекрасная и столь ужасающая одновременно. Кто же он? И почему он так силен? Ради чего? Ради чего так отчаянно сражаться?

— Я, господин уважаемый Страж Ночи, хочу понаблюдать за успехом своих творений рядом с верховным Богом мудрости Магрогорианом Аринглером… Я хочу наблюдать закат Вселенной в самом ее центре на Площади Пяти Лун. Так, что удачи… Ваш единственный шанс, Сиджей и Джейси, избежать разрушения мира Аякаси — увести Ледяного Великана через астральную дыру на Площадь… И вот там-то мы и отметим закат власти Богов пробуждением Драконов! — он ушел по сияющей лестнице вверх, и лестница сомкнулась прямо перед мечом Каина, пространство словно две волны нашло друг на друга и выдало сияющий всплеск авроры в темном небе.

И будто темно-зеленое пламя, блики авроры освещали холодный небосвод Нифльхейма, под рев громадного чудовища, под удаляющийся обворожительно красивый голос девушки.

— Каин! Нам нужно удержать его здесь! Если он прорвется из храма, нам действительно ничего не останется кроме как привести его в Авангаруум или иначе пострадает наш мир! У Акаси нет сил сражаться с этой громадиной.

— Ага, можно подумать у Магрогориана они есть?! Ладно! — Страж Ночи переместился ко мне, и мы оба вознесли наши мечи. Он — меч Стража Ночи, я успела заметить, как его лунный зрачок изменился, татуировка внутри глаза стала другого цвета и словно завилась в цветок. Я встала в стойку, поднимая огромное лезвие Небесного Меча, раз уж меч сработал с Цутигумо должен и против этой твари выстоять.

Словно вздымающийся вулкан, из под платформы показалось мохнатое туловище. Серебристо-нефритовый мех окружал туловище ледяного великана, а руки, ноги и голова были полностью покрыты черным льдом. Когда он поднялся во весь рост, то был размером примерно с «Эмпайр стейт — билдинг», если я все еще помнила, как выглядел Нью-Йорк. Его голова напоминала волчью, в перемешку с медвежьей, а сама форма тела больше походила на огромное дерево. Но пасть в тридцать три ряда черных зубов изо льда из которой вырывался поток черного дыхания в виде снега, который замораживал все вокруг не вызывала никаких нареканий… Стопроцентное чудище.

Каин резко выпрыгнул наверх и уворачиваясь от смертоносных когтей и лап чудища, достигнув левого бока, закричал