Полдень Грифона - Кейн Адель

Стоило людям короля приблизиться к животным, как некоторые из них прекратили скалиться и завывать. Лоран поднял взгляд на Анагара, и тот оскалился:

– Они питаются людскими эмоциями.

– Не мог раньше сказать? – огрызнулся Лоран.

– Ты не интересовался, владыка. – Схватившись за холку ближайшего пса, Анагар вскочил ему на спину и пригнулся.

К Лорану приблизился непроглядно черный пес, в холке выше него на полголовы. Опустив вытянутую морду, бестия подняла переднюю лапу, и Лоран понял, что это подножка. Опершись на нее, он схватился за жесткую шерсть на загривке и теле и, подтянувшись, уселся на спину животного. Упругие мышцы перекатывались под шкурой и напрягались, а шерсть была жесткой и острой с краев. Прижимая уши к голове, пес фыркал и рыл лапами ямы в заснеженной почве, его хвост хлестал воздух, ударяя по задним ногам. От хищника исходила почти осязаемая энергия, это была угроза, опасность, жажда и гипноз. Лоран чувствовал себя комфортно, стискивая руками длинную жесткую шерсть на загривке пса. На таких мощных лапах существа доставят их к Когтистому лесу за считаные часы. Лоран поморщился. Хоть бы им хватило этого времени, опоздание никогда не было так опасно.

Повернувшись к остальным, Лоран увидел, что Залия уже оседлала пепельно-серую самку, завороженно и с ужасом глядя ей в затылок; Думанн забрался на спину белого как снег пса, опасливо косясь на животное; Беван, доверчиво посматривая на Лорана, смело уселся на спину второго черного как ночь зверя и помог Алире; Бардос и Хеши с интересом и без всякой опаски щупали нечисть за лапы.

– Хеши, хватит лобызаться с бестией! – крикнул Лоран, потянув шерсть на холке своего пса.

Зверь звучно хлопнул пастью вбок и взрыл лапой колею. Лоран почувствовал, как упругие мышцы под ним одеревенели, и в следующий миг бестия понеслась вперед.

Теперь он понял, почему Анагар так низко пригнулся к холке зверя. Скорость, с которой бесовские псы рассекали местность, была ужасающая. Свора неслась как поток стрел, лавируя по холмам, снег из-под лап тварей разлетался в разные стороны. Деревья, горы и постройки на пути превращались в смазанные пятна разных оттенков, совсем как на палитре художника. Встречный ветер вставал барьером, ударяя в грудь и лицо, вынуждал сильнее пригнуться к загривку животного. Чтобы не свалиться со спины бестии, Лоран крепче сжал шерсть в руках, напряг колени и стиснул бока пса.

Они выехали с территории лагеря мгновение назад, но очертания частокола уже окончательно исчезли на горизонте. Лоран понял, что если бы ехал на Тайфуне, на преодоление такого расстояния пришлось бы потратить примерно час. Рядом, то опережая его, то отставая, появлялись другие псы с наездниками; вперед вырывалась то Залия, то Думанн, то Анагар… Лоран заметил, что между лап хищников со страшной прытью семенили мелкие особи оргхогов, присоединившиеся к их колонне.

Глядя на свору, Лоран мрачно усмехнулся. На месте Йотунна было верным решением спасовать, когда он пригрозил ему вторжением на Нортфроз. Подконтрольная ему свора была смертельно опасна. Лоран покосился на Думанна, скачущего позади. По-своему было полезно взять парня с собой, расскажет своему королю, что из себя представляет орда нечисти под властью Гринфордта.

Продавливая колею, мелкие особи оргхогов расчищали дорогу для бесовских псов. Колонна неслась как неукротимый порыв ветра, продираясь в северную часть острова.

Сколько прошло времени, Лоран не знал и не успел даже заметить, что позади осталась деревня Фреро. Перед ними показались очертания прокаженного леса.

– Залия! – крикнул король, и ветер отнес его голос назад к чародейке.

Рядом сверкнула серая вспышка. С бесовским псом Лорана поравнялась дымчатая самка, несущая на спине чародейку разума. Низко склоняясь над своим псом, Залия повернулась к Лорану.

– Проведешь нас в лес, – приказал он.

Ничего ему не ответив, девушка пригнулась ниже к уху пса и что-то шепнула. Лоран заметил, что глаза Залии в этот момент сверкнули белым переливом, как перламутр в ракушке. Что это было? Не успел он обдумать произошедшее, как бестия, среагировав на слова чародейки, вытянула морду и понеслась еще резвее.

Завидев это, Анагар поднял над собой каменную дубину и, взревев, указал вперед. Повинуясь ему, псы довольно завыли и ускорили бег, устремляясь молниеносным потоком к кромке леса. Если все пойдет по плану, Залия первой прибудет к подножию бора и проведет их вглубь. Лоран очень надеялся, что Ниорин с Сэмом к этому времени не успели совершить непоправимое.

– Получилось! – радостно пискнула Нова.

Сэм опустил глаза на дохлые лозы, которые, как сброшенная шкура змеи, сморщились и искривились. Он задергал плечами и без труда разорвал первые спирали растений, затем выпрямился и, бросившись к Нове, стянул оставшиеся стебли с ее плеч.

– Нужно торопиться. – Сэм вытянул руки и взялся за лозы над головой.

Рядом шмыгнула Нова и протянула ему острый корень. Он взял его с ее ладони и, быстро проткнув стебель, отдернул руки, чтобы не запачкать их соком. Ведьма тут же повторила свой фокус, выкачав из растений всю влагу. Лужей жгучая жидкость собралась у них под ногами. Переступив ядовитое озерцо, Сэм занялся сетью наверху.

Взявшись за сморщившуюся лозу, он разорвал ее, затем еще несколько и, наконец, содрал всю сеть. Стоило ей упасть, Сэму показалось, что стало легче дышать. Приблизившись к углу норы, он уперся ногой в выступ и подтянулся. Карабкаться по мокрой от снега земле было нелегко, пару раз Сэм соскальзывал обратно в провал. Отряхивая руки, он пробовал снова и снова, и в итоге ему повезло. Самаэль выбрался из норы и огляделся в поисках стражи, но их клетку никто не стерег.

– Сэм, – тихо позвала из темноты Нова.

Он опустил глаза. Если бы в прошлый раз Сэм сбежал один, не задерживаясь ради ведьмы и Теневого стража, то не загремел бы в плен. Моргот всегда говорил ему, что друзья – это слабость, помеха, которая ни к чему толковому не приведет. Проклятье… Может быть, он был прав? У Сэма начала болеть голова, он снова оказался на распутье.

Сэм стиснул челюсти и, поднявшись на ноги, сделал шаг. Из темноты донесся тихий шепот его имени. Закрыв глаза, Сэм пошел прочь.

Не успел он отойти на десять шагов от пролома, как густой мрак леса пронзила яркая вспышка и послышался крик. Сэм остолбенел нахмурившись. В кронах деревьев тут же что-то зашевелилось. Духи… Ниорин начала свой обряд? Если так, то этой вспышкой она растревожила всех стриксов в бору! Сэм обернулся к провалу в земле. Птицы заклюют там беспомощную Нову.

– Что же я… – Он зажмурился и прижал руку ко лбу.

У него было чувство, будто его переламывают пополам. То, что раньше Сэм сделал бы не моргнув и глазом, теперь заставляло его ненавидеть себя.

Подобрав с земли длинный сук, он развернулся и бросился к провалу в земле, стараясь не поднимать голову выше. Над ним разъяренно стрекотали стриксы и били крыльями, ломая на своем пути тонкие ветви и сучья. Если это та беда, о которой его когда-то предупреждала Удула, значит, нет смысла от нее убегать. Бесы-пересмешники всегда находили тех, на ком оставили темную метку.

Упав на колени рядом с норой, Сэм опустил внутрь ветку.

– Нова, хватайся! – крикнул он не осторожничая.

Все стриксы леса и так взмыли в воздух, смысла шептать больше не было.

Ведьма воды тут же ухватилась за протянутый сук и медленно подтянулась. Ждать, пока она вскарабкается выше, было нельзя, поэтому Сэм рванул ветку на себя, выдергивая девушку из пролома. Худенькая Нова, как катапультный залп, вылетела из темноты, и Сэм успел поймать ее прежде, чем она упала в грязный снег. Только они выпрямились, как над головой промчался первый стрикс.

Сжав ветку, Сэм наотмашь рубанул ею и сбил птицу в полете. Болезненно застрекотав, стрикс упал в снег, подминая под себя травмированное крыло. Тут же в воздухе раздались протяжные вопли, и кроны деревьев будто зашевелились все разом. Сэм понял, что зря ударил хозяина леса.