Первая конная армия - Семен Михайлович Будённый

армия приветствует вас, положивших столько сил и жизней в нашей священной борьбе за свои права, за социализм.

Нашими общими усилиями сломлен, наконец, враг.

Наша армия, проникнутая ярким сознанием правоты и необходимости борьбы, сплоченная единой могучей волей к победе, добивает издыхающего пса мировой контрреволюции — Деникина.

Мы уверены, что никогда уже больше хищные лапы капиталистов не коснутся нашего пролетарского достояния — Донецкого бассейна, что никогда больше не обагрятся рабочей кровью наши рудники и заводы.

Вы пережили, товарищи, страшное тяжелое время, когда деникинская свора, сильная поддержкой Антанты — ее золотом, оружием; сильная поддержкой всех врагов трудового народа, поражала наши полки, угнетала вас на рудниках и заводах.

Тогда Деникин собрал все свои силы: золотопогонное офицерство, барских сынков и обманутое трудовое казачество Дона и Кубани и всей силой обрушился на Красную нашу армию.

Мы принуждены были отступить, оставить все, чтобы сплотиться, создать мощную пролетарскую силу. Мы это сделали.

Теперь Красная Армия сильна, как никогда: на поражениях она научилась побеждать; грозившая опасность всколыхнула всю Рабоче-Крестьянскую Республику. Все встали на защиту от врага, несущего насилие и цепи.

Теперь, как никогда, сильна Советская Республика; она сотрет с лица земли всех своих врагов.

Никогда и ни за что белогвардейцам не устоять, не спастись от нашего могучего пролетарского натиска.

Хотя нам приходится вести борьбу при труднейших условиях, при разрушенном пятилетней войной хозяйстве страны, при недостатке хлеба, топлива и пр., но рабочие и крестьяне России прилагают героические усилия, и каждый день приближает нас к победе.

Реввоенсовет 1-й Конной армии от имени Красной Армии призывает вас напрячь все силы для содействия в достижении победы.

Помните: тот уголь, который Вы добываете, возродит нашу промышленность, вы должны дать его в достаточном количестве, чтобы все наши заводы, фабрики и железные дороги пошли полным ходом, чтобы быстрее наладилось наше пролетарское коммунистическое хозяйство.

Пролетариат России смотрит на ваш Донецкий бассейн с надеждой и уверенностью, что он поможет драгоценным углем нашей промышленности.

Эту надежду вы оправдаете в полной мере.

Знайте: наше дело — правое; победа коммунизма неминуема, как восход солнца после долгой черной ночи.

Во имя нашего же рабочего блага будем работать не покладая рук.

Да сгинет рабство, угнетение и власть капиталистов! Да здравствует Красная Армия — освободительница угнетенных!

Да здравствует мировая пролетарская революция!»[34]

— Ну, держись, контра. Это еще цветочки… — возбужденно проговорил я, поставив свою подпись на воззвании. — Но вот что, Климент Ефремович, Ефим Афанасьевич поехали в дивизии, поднажмем… Только, мне кажется, надо бы уточнить задачу.

— А что же уточнять, — сказал Щаденко. — Дело ясное — бить на Таганрог. А из Таганрога уже уточним, куда наступать — на Северный Кавказ или на Украину.

— Уточнить, конечно, следовало бы, но как? Связи с Реввоенсоветом фронта по-прежнему нет, — сказал Климент Ефремович. — Я поручил начальнику связи наладить связь хотя бы со штабом 13-й или 8-й армий. И этого понадобиться не могут. Ругать их излишне… Все разрушено… Белые проявили себя в Донбассе как самые грязные бандиты, бесцельно превращая все в груды развалин.

— А у меня все-таки создается впечатление, что белым на Таганрог идти незачем. Будет больше смысла им удерживать Ростов, — сказал я.

— Возможно, Семен Михайлович, это и так, но я считаю, что удар на Таганрог нанести надо. Все-таки Таганрог крупный портовый город, через который белые снабжаются. Надо прихлопнуть эти воротца Антанты, но главное, с выходом к Азовскому морю стратегическая задача по разъединению армий Деникина будет до конца выполнена, — развивал свое мнение Щаденко.

— Давайте сделаем так, — предложил Ворошилов. — Отдадим приказ на преследование противника в таганрогском направлении и выедем на фронт. Там, на месте, мы и увидим, куда нанести главный удар — по Таганрогу или по Ростову.

На этом предложении Климента Ефремовича и согласились; вызвали начальника полештарма Степана Андреевича Зотова и составили приказ.

Конармии ставилась задача — не давать противнику опомниться от поражения в Донбассе, преследовать его и в кратчайший срок овладеть Таганрогом.

9-я стрелковая и 11-я кавалерийская дивизии, согласно приказу, наступали на правом фланге армии в общем направлении на Анастасьевку и Таганрог; 6-я кавалерийская и 12-я стрелковая дивизии преследовали противника перед центром армии с задачей выйти на линию Бол. Кирсановка, Лысогорская. На левом фланге армии в район Миллеров, Тузловский и далее на Агра- феновку выходила 4-я кавалерийская дивизия. Бронепоездам приказывалось действовать по железной дороге в направлении Таганрога.

Разослав приказ по дивизиям, мы с Климентом Ефремовичем направились в 6-ю дивизию, а Щаденко поехал в 9-ю стрелковую и 11-ю кавалерийскую дивизии.

Вначале дивизии действовали в указанных им направлениях, но в дальнейшем, по мере поступления новых данных о противнике, направления действий дивизий уточнялись.

Было установлено, что противник подготовил в инженерном отношении для длительной обороны рубежи на реках Самбек, Тузлов и Грушевка. На этих рубежах белогвардейцы сосредоточили несколько тысяч штыков пехоты, усиленной артиллерией, танками, бронепоездами, бронеавтомобилями. На этой же линии, главным образом в районе Большие Салы, Несветай, Генеральский Мост, была сосредоточена ударная группа конницы белых, состоящая из частей корпусов Мамонтова, Науменко, Топоркова, Барбовича.

Белогвардейское командование было уверено в прочности обороны Новочеркасска и Ростова, рекламировало ее как неприступную. Печать деникинцев хвастливо заявляла, что если Царицын пришлось сдать по стратегическим соображениям, то Ростов и Новочеркасск белые армии будут защищать до последней капли крови и никогда не оставят их.

Уточнив данные о группировке сил противника, мы пришли к выводу, что наносить главный удар на Таганрог нецелесообразно. Обстановка властно требовала нанести удар главными силами на Ростов.

6 января Реввоенсовет Конармии отдал приказ на овладение Ростовом-на-Дону.

В соответствии с этим дивизиям были поставлены задачи: 12-й стрелковой дивизии 7 января выйти на линию Донец (15 километров северо-западнее Ростова), Мокрый Чалтырь, Султан-Салы и 8 января во взаимодействии с 6-й кавалерийской дивизией овладеть Ростовом; 6-й кавалерийской дивизии 7 января занять Большие Салы, Несветай, Генеральский Мост и 8 января во взаимодействии с 4-й кавалерийской и 12-й стрелковой дивизиями овладеть Ростовом, стараясь в целости захватить железнодорожный мост через Дон; 4-й кавалерийской дивизии 7 января занять Константиновский, Юдин, Серафимов, Волошино (Ольгинский) и 8 января во взаимодействии с 6-й дивизией овладеть городом Нахичевань, станцией Аксайской и захватить в целости плавучий мост через Дон против станицы Ольгинской; 11-й кавалерийской дивизии сосредоточиться в Кирпичево — Александровском, составляя армейский резерв.

9-й стрелковой дивизии приказывалось занять и упорно оборонять Покровское, станцию Бессергеновку и Таганрог.

Щаденко, руководившему наступлением 11-й кавалерийской и 9-й стрелковой дивизий, было послано распоряжение, в котором указывалось, что один бронепоезд