Охотники на мамонтов - Джин Мари Ауэл

местности был совершенно иным. За кучей костей, высившейся на скалистом берегу, поднимались крутые каменные стены, которые подступали к реке, образуя тесное глубокое ущелье. Джондалар вспомнил, как однажды он плавал вверх по течению и смог добраться только до подножия бурного водопада.

Заметив Эйлу, поднимавшуюся по крутой тропе, Джондалар улыбнулся ей:

– Где ты была?

Она сделала еще несколько шагов по тропе, и тогда Джондалар без дополнительных объяснений с ее стороны получил ответ на свой вопрос. Эйла несла две жирные, почти белоснежные куропатки, сжимая в руках их оперенные лапки.

– Я стояла примерно там же, где сейчас стоишь ты, и увидела их на лугу, – сказала Эйла, поднимая вверх добычу и указывая в соответствующем направлении. – Мне подумалось, что для разнообразия неплохо было бы отведать свежего мяса. Я уже развела костер в ямке очага на берегу. Когда мы закончим завтрак, я ощиплю и приготовлю их. Да, посмотри-ка, я нашла еще один хороший огненный камень.

– А много их еще на берегу? – поинтересовался Джондалар.

– По-моему, раньше было больше. Мне удалось найти только один.

– Понятно, попозже я прогуляюсь по берегу, может, найду еще несколько штук про запас.

Эйла вошла в пещеру, собираясь закончить приготовление завтрака. К зерновой похлебке было добавлено немного брусники, которую Эйле удалось найти на маленьких кустиках, уже сбросивших последние листики. Основная часть урожая, конечно, была уже съедена птицами, и Эйле пришлось изрядно потрудиться, чтобы набрать несколько горстей этих красных ягод, но она была вполне довольна результатом.

– Так вот что это было! – воскликнул Джондалар, допивая вторую чашку чая. – Ты добавила в этот чай брусники! Мяты, ромашки и брусники.

Улыбнувшись, Эйла согласно кивнула, и Джондалар обрадовался, разрешив для себя эту маленькую загадку.

Покончив с завтраком, они оба спустились к реке, и, пока Эйла подготавливала птиц для запекания в небольшом, выложенном камнем очаге, Джондалар пошел искать обломки пирита, которые были разбросаны по берегу. Он все еще продолжал свои поиски, когда Эйла направилась обратно в пещеру. Обнаружив несколько хороших кремневых желваков, он также отложил их в сторонку. Этим утром Джондалару удалось найти довольно много огненных камней, и ему изрядно поднадоело вглядываться в каменистый берег. Обойдя скалу и увидев на пологом лугу кобылу и жеребенка, Джондалар направился к ним.

Когда он подошел поближе, то заметил, что обе лошади повернули головы в сторону степи. Там, на вершине склона, паслись лошади. Удалец сделал несколько шагов в направлении этого степного табуна, он стоял, выгнув дугой шею и раздувая ноздри. Джондалар не раздумывая бросился вперед.

– Эгей! Пошли прочь отсюда! – кричал он на бегу, размахивая руками.

Испуганные лошади заржали и, пофыркивая, ускакали в степь. Последний, золотисто-пегий жеребец слегка задержался и угрожающе встал на дыбы, словно пытаясь напугать человека, но потом резко развернулся и галопом унесся догонять своих собратьев.

Джондалар посмотрел им вслед и побрел назад, к Уинни и Удальцу. Обе лошади явно нервничали. Они тоже были испуганы, им передался страх ускакавшего табуна. Джондалар успокаивающе похлопал Уинни по спине и обнял Удальца за шею.

– Все в порядке, парень, – сказал он, обращаясь к Удальцу, – я не собирался пугать тебя, мне просто не хотелось, чтобы они раньше времени соблазнили тебя своей привольной жизнью. Я намерен подружиться с тобой, Удалец. – Джондалар ласково поглаживал и почесывал жеребенка. – Представляешь, как было бы здорово прокатиться на такой здоровой и сильной лошади, как тот золотистый жеребец, – продолжал размышлять вслух Джондалар. – Конечно, его трудно объездить, но ведь он не позволяет мне ласкать его, а ты позволяешь, правда? Что мне надо сделать для того, чтобы ты позволил мне сесть на твою спину и послушно повез меня туда, куда я тебя направлю? Как же лучше подступиться к тебе? Может, попробовать сесть на тебя прямо сейчас или пока подождать? Пожалуй, ты еще немного маловат, но скоро станешь совсем большим и сильным. Надо спросить у Эйлы. Ей виднее. Уинни, похоже, всегда понимает ее. А ты, Удалец? Ты понимаешь, о чем я говорю?

Когда Джондалар направился в сторону пещеры, Удалец последовал за ним, игриво кружа вокруг и тыкаясь мордой в его руку, чем очень порадовал Джондалара. Этот жеребенок, кажется, совсем не прочь стать его другом. Удалец шел за ним всю дорогу до самого входа в пещеру.

– Эйла, у тебя нет чего-нибудь вкусненького, чтобы побаловать Удальца? Может, немного зерна или орехов? – спросил он, как только вошел в пещеру.

Эйла сидела около лежанки, а вокруг нее было разбросано множество разных вещей.

– Попробуй угостить его маленькими яблочками из той корзинки. Я перебрала наши запасы и отложила подгнившие, – сказала она.

Взяв пригоршню маленьких кислых фруктов, Джондалар скормил их Удальцу и, погладив напоследок животное, направился к Эйле, однако жеребенок, как привязанный, двинулся следом за ним.

– Джондалар, уведи отсюда Удальца! Он может раздавить что-нибудь копытами!

Джондалар обернулся и решительно отвел его в другую сторону от входа в пещеру, туда, где было спальное место, отведенное кобыле и жеребенку.

– Оставайся здесь, Удалец, и не ходи за мной, – сказал мужчина, но, когда он пошел обратно к Эйле, жеребенок вновь последовал за ним. Джондалар опять отвел его на место, но результат оказался тем же. – Эйла, я не знаю, что делать. Он так дружелюбно настроен, что мне не хочется ругать его.

С улыбкой взглянув на эту комичную парочку, Эйла сказала:

– Попробуй налить ему немного воды или насыпать зерна в его кормушку.

Джондалар сделал и то и другое и, когда жеребенок наконец увлекся новым занятием, тихонько вернулся к Эйле и, оглянувшись, убедился, что Удалец остался на своем месте.

– А что это ты делаешь? – спросил он.

– Пытаюсь определить, что надо взять с собой, а что можно оставить здесь, – объяснила она. – Как ты думаешь, какие подарки я должна отдать Тули перед ритуалом Удочерения? Надо отобрать самые красивые.

Джондалар оценивающе посмотрел на множество разнообразных вещей, сделанных Эйлой за время долгих зимних сезонов и одиноких вечеров, которые она провела в своей пещере. Качество ее изделий хвалили и раньше, когда она жила в клане, а за годы жизни в этой долине ее мастерство значительно возросло. Здесь ее никто не подгонял, и она могла тщательно продумывать и отделывать каждую вещь. Результаты были впечатляющими.

Он взял в руки одну чашу. На первый взгляд она выглядела простой. Эта вещь, сделанная из цельного куска дерева, была почти совершенной круглой формы. И качество отделки было очень высоким, изделие казалось на редкость гладким, словно отполированным. Эйла как-то рассказывала ему, как она изготавливает такие сосуды.