Приграничное владение 2 (СИ) - Матюшенко Артем

Все артисты многое умели и Пьеро тоже обучался ходить по канату, жонглировать разными предметами, смешно кувыркаться и крутить сальто. Через месяц с небольшим, он уже сам с успехом выступал перед неизбалованной деревенской публикой. Если и падал с каната, то только сильнее веселил толпу крестьян. Он был не высокого роста даже для своих девяти лет, зато гибкий и жилистый, поэтому акробатика давалась ему довольно легко. У вечно бедной деревенщины монет было не так много, но они щедро делились с артистами разнообразными продуктами — овощами, крупами, творогом и яйцами.

Почти четыре месяца он путешествовал с труппой бродячих актеров по Редорану, а потом, видно по милости богини-матери, нечаянно подслушал разговор сеньора Арново со старым Хиродо.

Глубоким вечером, перед тем как залезть в старую кибитку и забыться сном до утра, он решил пойти отлить. Проходя мимо шатра руководителя, он услышал тот, впечатливший его разговор. По-началу они разговаривали про то, куда идти дальше, обсуждая и выбирая маршрут. Как понял из обрывков разговора Пьеро, у них было два варианта- либо через перевал Серых гор выйти в вольное владение Вэллор, либо дойти до южных границ Редорана и направиться в столицу Империи, останавливаясь в небольших городках и городах имперских герцогств. Как он понял из разговора, в лэрстве народ беднее и там даже в их столице им совершенно нечего ловить, поэтому они решили идти в Ронгард.

—Ну Ронгард, так Ронгард, — подумал Пьеро, — главное не в Равенну, его родной город, где его могут опознать и схватить обвинив в краже.

Он уже хотел вернуться в повозку, на мягкий теплый тюфяк набитый душистым сеном, заняв выделенное ему место в повозке дядюшки Джубе, как слух уловил произнесенное кем-то из говоривших, его имя. Он потихоньку подкрался к самому шатру и затаившись, прислушался к разговору.

—Значит говоришь, знаешь того редоранского мага? Если к нему завернем, то много времени потеряем? — Спрашивал голос сеньора Арново.

—Да какое там, много! Дня три от силы все займет. И берет он по-божески, хоть и темными делишками промышляет. Все-про-все, нам в восемь ливров станет. — Проскрежетал голос старика Хиродо. — Только ты точно это решил? Так-то жалко парнишку.

—Жалко ему, — буркнул Арново, — зато уродцам больше монет бросают. Вон гоблин в клетке сидит, только и знает что в народ плевать и задницу голую показывать да причиндалами крутить, а они только ржут и медяки кидают. На кой нам еще один акробат в труппе? А через год-другой, пацан вырастет. Сам знаешь что детям, да уродам больше монет кидают. Зато навечно его к нам привяжем, куда еще сироте уродцу податься, как не к бродячим артистам? А так обучим его сальто крутить, да по канату ходить, а он смоется и спасибо не скажет.

—Ну то, да. — Согласился с Арново старик-кукольник. — Так-то оно верно, но все одно, немного жалко. Ну так, чаво все же решил?

—А чего, твой знакомец может? — Вопросом на вопрос ответил Арново.

—Да какой, он мой знакомец? — Удивился старик, но через некоторое время продолжил. — Знаю просто, что занимался он уже такими вещами. Может рот до ушей сделать парню. Будет он всегда смеяться. Может и нос вытянуть, уши оттопырить. Может и горб позади большой создать.

—Горб? Нее, горб пока лишнее. Горб ему сальто крутить будет мешать. Рожу ему пусть поуродистей выведет. И чтобы не рос больше, маленький уродец выглядит смешнее. Так же, может сделать?

—Могет, чаво там, — снова заскрежетал старик Хиродо, — говорю он в этом специалист, такую улыбку выведет, что наш гоблин позавидует. Ну и все остальное как сказал. Опять же больше десяти ливров не возьмет. По-божески все.

У Пьеро все похолодело внутри. — Ни хрена себе, по-божески! Это же его маленьким уродцем решили сделать, чтобы к себе привязать, да денег больше с него иметь? Бежать! Опять бежать. Если бродячие артисты собрались идти на юг, то тогда он пойдет на север. Через перевал. — Что они там говорили? Три дня пути до столицы лэрства? Вот туда и пойду, — решил Пьеро. — Однако, как опять без денег бежать. Немного хлеба с сыром он положим в кибитке возьмет. Но на сколько этого хватит? На день, максимум на два дня? А потом что? Как пропитание добывать? Деньги все хранятся в небольшом сундучке, в шатре у сеньора Арново, их ему не достать. Пьеро, будто в первый раз, оглядел спящий лагерь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

—Хм… есть небольшой ящичек для денег на клетке с гоблином. Туда народ кидал по медяку, чтобы раздвинуть занавеску и узреть скалящуюся рожу или голый зад болотного уродца, а то и получить плевок в лицо. Но простолюдинов это только еще больше забавляло. Болотные гоблины считались полуразумными созданиями. Вот и их гоблин сидел в клетке в одной расшитой кожаной жилетке, которую никогда не снимал. Вряд ли он у себя в лесу носил жилетку. Скорее всего она была подарена ему кем-то из труппы. Имени у него не было, просто- гоблин и все. Но насколько понял Пьеро, он понимал слова и умел разговаривать на общеимперском.

Как-то раз гоблин заартачился и перестал кривляться перед толпой. Тогда после выступления, Арново накинул ему на шею толстую веревку, выволок из клетки и сильно избил, срезанным толстым прутом. Тогда Пьеро увидел, что кровь проступающая на спине гоблина, хоть и красная, но имеет какой-то зеленоватый оттенок. Гоблин тогда до ночи провалялся на животе, хрипя и подвывая. А когда стемнело, старик Джубе налил из своего бурдюка вина в глиняную плошку и попросил Пьеро отнести это страдающему уродцу.

Гоблин учуяв терпкое, красное вино в принесенной пареньком миске, перестал подвывать, а подполз к толстым дубовым прутьям клетки.

—Хор-рошо. Вино, хор-рошо. Друг, — ткнул он когтистым пальцем в паренька. И с наслаждением, швыркая и причмокивая, выцедил принесенное вино.

Так, Пьеро понял две вещи. Первая, это то что гоблин умеет разговаривать. А вторая, что он очень любит вино.

Сидящий в клетке гоблин был пойман где-то на севере и потом выкуплен у охотников сеньором Арново, больше года назад, за ливр и два фартинга, кои он уже сторицей отработал своими кривляниями. Кормили его остатками со стола — кашей, овощами, обглоданными костями и корками от хлеба. В еде он был совершенно не притязателен. Еще на памяти паренька был случай, когда они проезжая мимо сельского рынка, наткнулись на кучу гнилых яблок. Сеньор Арново, тогда, сказал им собрать все яблоки, коих набралось пять полных ведер. По-приезду на площадь небольшого городка, он устроил развлечение — «попади в рожу гоблину». Тогда каждый мог всего за су, метнуть в зеленого, мечущегося по клетке, уродца три подгнивших яблока. Пока они натягивали канат и устанавливали шатер предсказательницы, толпа неистовствовала принося сеньору Арново хороший барыш.

Половина всего заработанного артистами, принадлежала сеньору Арново. Хотя все, собранные с толпы, деньги хранились у него в шатре. Пьеро слышал, как как-то их руководитель сказал:

—Этот сезон вышел очень неплохим. К зиме прибудем в имперский город с филиалом банка, всем раздам заработанное, чтобы могли положить на свой счет. Каждый артист хотел скопить денег на старость, когда уже не сможет потешать площадную публику разными трюками и крутить колесо на потеху толпе.

Прежде чем идти к клетке, Пьеро потихоньку вытащил из телеги, где спал, все съестное- небольшие куски сыра, несколько сухарей и несколько зеленых яблок, завернув все это в широкий кусок материи. Потом привязал к узелку толстую веревку, сделав самодельную котомку с лямками. Еще прихватил небольшой бурдюк, с остатками красного забористого вина, что не допил одноногий Джубе.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Клетка с диким лесным жителем стояла на отдельной небольшой телеге, в противоположной стороне от повозок, за шатром руководителя труппы. Пьеро подошел к клетке и потихоньку отодвинул рогожу, что накрывала клетку целиком. Гоблин не спал, из темноты на него мерцая желтым, смотрело два глаза.

—Я тебя отпущу. Если не будешь шуметь. Понимаешь меня? — Спросил Пьеро в темноту. Несколько долгих секунд ничего не происходило, но потом гоблин тихо подался вперед и кивнул.