Царская Семья - жертва темной силы - Любовь Миллер

После 10 часов вечера был вызван к телефону Великим князем Михаилом Александровичем генерал Алексеев.

Великий князь просил уполномочить его образовать новое правительство (см. выше).

Через полчаса от Государя пришел отрицательный ответ. Тогда Великий князь Михаил Александрович передал генералу Алексееву следующее:552

«Со своей стороны сообщаю лично вам, что я опасаюсь, как бы не было упущено время до возвращения Е.В., так как при настоящих условиях дорог буквально каждый час…»

Вскоре для Государя пришла телеграмма от председателя Совета Министров князя Голицына, где он доносил, что правительство не может справиться с волнениями, просил уволить его и всех министров и назначить Премьером лицо, пользующееся доверием общества и поручить ему составить новый кабинет министров.

Император не согласился и Голицыну была отправлена следующая телеграмма:553

»… О главном военном начальнике для Петрограда мною дано повеление начальнику моего штаба с указанием немедленно прибыть в столицу. То же и относительно войск. Лично вам предоставляю все необходимые права по гражданскому управлению. Относительно перемен в личном составе, при данных обстоятельствах, считаю их недопустимыми.

Николай»

Телеграмма была отправлена из Ставки в 23 ч. 25 м., но она не могла быть вручена князю Голицыну, так как правительство уже прекратило свое существование.

В могилевском доме шли приготовления к отъезду Государя в Царское Село. В час ночи 28-го февраля к Императору пришел генерал Алексеев и принес телеграмму от Хабалова, где говорилось, что большинство воинских частей изменили своему долгу и отказались бороться против мятежников, и что к вечеру бунтовщики овладели большею частью города.

Полковник Сергеевский пишет,554 что решение Императора ехать в Царское Село - очень взволновало генерала Алексеева, и он, направляясь к Государю, сказал, что на коленях будет умолять Императора не ехать, и что отъезд Монарха погубит Россию.

Алексеев довольно долго оставался в кабинете Государ Потом, перед прощанием с Государем, Алексеев, став около Мордвинова, сказал ему, что напрасно Император уезжает из Ставки; что он пытался убедить Государя не ехать в Царское Село, но Его Величество очень беспокоится за Семью и стремится к Ней.

Государь вышел в 2 часа ночи. Одет он был в походную солдатскую шинель и папаху. Пожав руку генералу Алексееву, Император сел в автомобиль. С ним сел граф Фредерикс. За Государем ехали Воейков и Мордвинов. Воейков ругал Родзянко и верил в успех генерала Иванова.

Приехав к поезду, Государь Император принял генерала Иванова, который просил монаршего повеления, чтобы его слушались все министры. Император согласилс Иванов сказал Государю, что он постарается уладить все миролюбиво, что он предполагает не вводить сразу отряд в столицу, а остановиться где-либо недалеко. Император дал свое согласие. Прощаясь с Ивановым, Государь сказал:555

«До свиданья, вероятно, в Царском Селе завтра увидимся».

В поезде Воейков получил телеграмму, где сообщалось, что мятежники захватили Мариинский дворец…

Рано утром 28-го февраля отбыли из Могилева два императорских литерных поезда. Поезд с Государем отправился в 5 ч. утра.

В 8 ч. 25 м. утра Хабалов послал генералу Алексееву телеграмму:556

«Число оставшихся верных долгу уменьшилось до 600 человек пехоты и до 500 чел. всадников при 13 пулеметах и 12 орудиях с 80 патронами всего. Положение до чрезвычайности трудное».

Настроение Хабалова и Беляева было тяжелое. Они знали, что генерал Иванов еще не выезжал из Могилева…

Положение создалось такое, что генерал Беляев отдал распоряжение войскам разойтись кто как хочет - кто с оружием, кто без оружи

На улице стояла сплошная толпа из рабочих, солдат и молодежи. К орудиям привязали красные лоскуть Эта дикая масса людей восторженно орала: «ура!»…

В 1 ч. 30 м. Беляев телеграфировал Алексееву:557

«Около 12 часов дня 28 февраля остатки оставшихся еще верными частей, в числе 4 рот, 1 сотни, 2 батарей и пулеметной роты, по требованию Морского министра, были выведены из Адмиралтейства, чтобы не подвергнуть разгрому здание…»

В 4 часа вооруженная толпа нахлынула в Адмиралтейство и арестовала там генералов Хабалова и Беляева.

В Таврическом дворце известие о конце сопротивления генерала Хабалова было встречено восторженно.

Родзянко приказал вынуть в зале из великолепной рамы портрет Государ558 Несколько солдат штыками сорвали его. Другие смотрели на это и острили. Вместо портрета Монарха стала зиять пустота.

Генерал Спиридович пишет, что пока Император не отрекся от престола, офицеры, в своей массе, были верны ему. Агитаторы натравливали солдат на офицеров, и началось разоружение командного состава. Офицеров арестовывают и привозят в Думу. Солдатам агитаторы вдалбливают в головы, что офицеры - это дворяне, «царисты», а революция идет против Цар

В Петрограде стало известно, что на город двигается генерал Иванов. Революционный штаб дает распоряжение о занятии революционными войсками главных пунктов столицы.

Арестовывают престарелого Штюрмера, митрополита Питирима, всех офицеров Жандармского управлени Начальника Жандармов генерала Волкова толпа убила.

Вечером в здание Думы пришел добровольно жалкий и униженный Протопопов. Керенский спас его от расправы толпы.

Идут бесконечной вереницей арестованные чины полиции и жандармы. Многие из них избиты. Солдаты приводят своих арестованных офицеров. Родзянко по-начальнически принимает их, а когда революционеры уходят, то освобождает их.

Вскоре весь министерский павильон, хоры и даже подвалы обратились в тюрьму.

Празднуя победу, революционеры боялись возвращения Императора и прихода с фронта войск. Поэтому было решено овладеть сетью железных дорог, чтобы не допустить прибытия Государя и войск. Это дело взял на себя член Государственной Думы инженер Бубликов.

По всем станциям железных дорог Бубликов разослал телеграммы, где воспрещал движение каких-либо воинских поездов в районе 250 верст вокруг Петрограда.

Бубликов также вызвал из Царского Села инженера Ломоносова, служащего Министерства Путей Сообщения, и предложил ему работать на революцию. Ломоносов согласился, и Бубликов поручил ему узнать, где находятся императорские поезда и дал приказание - руководить их движением.

В Таврическом дворце под одной крышей с Временным Комитетом Думы работал Исполнительный Комитет Совета Рабочих и Солдатских депутатов. Совершая вместе с буржуазией революцию, Исполнительный Комитет не забывал, что буржуазия - враг его, и что она является только временной попутчицей Совета Рабочих и Солдатских депутатов.

Был опубликован составленный большевиками манифест «Ко всем Гражданам России». Там говорилось, что задачей рабочего класса и революционной армии является создать Временное Революционное правительство, которое должно стать во главе нового республиканского строя в стране. В этом манифесте призывалось «немедленно прекратить кровавую человеческую бойню, которая навязана порабощенным народам». Этот манифест распространялся везде…

В Царскосельском дворце Императрица волновалась. Она не знала, что делать. Ей советовали уезжать с больными детьми, но она не хотела.

В Царское Село пробрался окружными путями из Петрограда генерал Глобачев. Он рассказал то том, что делается в Петрограде, но ему не верили. Вдруг разнесся слух, что идут рабочие громить дворец. Прислуга заволновалась.

Из Петрограда пришла весть, что убили камергера Валуева, начальника Северо-Западных железных дорог, который спешил навстречу Государю. Толпа с воплем, что он хочет увести Царя к немцам, набросилась на него. На помощь поспешил священник, отец Митрофан. Он в облачении и с крестом в руке, хотел остановить дикую расправу над Валуевым, но того все же увезли и расстреляли.

Вечером солдаты Царскосельского гарнизона высыпали на улицу с оружием в руках и под звуки оркестра, игравшего Марсельезу, стали кричать «ура» и стрелять в воздух.

Начался бунт. Электричество Везде погасло. Вооруженная толпа двинулась к тюрьмам и освободила арестантов. Громили магазины и вся эта масса бросилась ко дворцу. Но сюда уже были вызваны некоторые воинские части: Собственный полк, Конвой Его Величества, рота Железнодорожного полка и батарея воздушной охраны; подошли и две роты Гвардейского экипажа. Отряд выстроился в ограде дворца…

На улице спустилась ночь и мороз стал крепчать. Солдаты мерзли от холода.

Во дворце Императрица получила телеграмму от Государя: «Завтра утром надеюсь быть дома». Все приободрились. Радовались и солдаты. Государыня тогда решила выйти к войскам. Узнав об этом, солдаты подтянулись и все смотрели на широкие двери дворца.