Синяя бабочка плетельщика судеб - Ариадна Краснопёрова

После подтверждения моей догадки жизнь снова заиграла всеми красками. Я зачем-то нужен Гуахаро живым, а значит есть шанс его нае… надуть.

«А если бы он тебя не поймал?» — рявкнул Олест.

Так как это была первая цензурная фраза, которую он мне сказал после падения, я решил всё-таки ответить.

«Тогда бы мы умерли, но Гуахаро бы пережил несколько не слишком приятных минут, разбираясь с богами. А это обязательно бы случилось, будь я обычной игрушкой».

— Видели, причём много-много раз, — заметил один из воинов.

Характерные мешочки над верхними веками указывали на то, что кто-то из его предков был из Солнечной Империи, но крупный нос и узкое лицо просто кричали о том, что этот предок был очень дальним. Возраста он был уже пожилого, где-то тридцать есть. Короткий ёжик тёмно-русых волос и жёлтые глаза завершали картину. Ну да, конечно, он ещё был одет в тёмно-фиолетовую мантию воина тьмы, но она стандартная и не стоит описания. Кроме того, она ещё вполне качественно скрывает фигуру, так что и про неё ничего не могу сказать.

— … Но вы первый, кто не раскрасил нам площадку, — закончил он. — Присоединитесь к тренировке?

Я молча кивнул. Кажется, это один из тех, кого Гуахаро лишил эмоций.

Разумеется, среди человеческой расы не могло не найтись дегенератов, которые были бы готовы служить создателю чёрной чумы, только вот император, опасаясь предательства, лишает всех своих сторонников эмоций и намертво привязывает их к себе. В общем, предавшие род людей становятся просто големами.

— С радостью, — искренне улыбнулся я в ответ, предвкушая драку.

И ожидания меня не подвели. Вопреки сложившемуся среди столичных дворян стереотипу, тренировка — это не только и не столько собственно драка, сколько куча специальных упражнений для развития координации движений, силы и гибкости, плюс небольшие лекции о возможных путях достижения цели. Под целью, в большинстве случаев, подразумеваются болевые точки противника.

Во всяком случае, именно такой философии придерживался мой учитель.

А сейчас мне устроили стандартную кабацкую драку — все ученики на одного бедного меня.

Надо признать, что во время этого изби… этой тренировки моё и так не слишком устойчивое самомнение пошатнулось окончательно. Эти гады работали в команде так грамотно, что мне даже не удалось никого нормально атаковать — несколько случайных попаданий с моей стороны не в счёт — оставалось только самым позорным образом извиваться и убегать, что я с успехом и проделывал.

Через пару минут, что для боя является приличным сроком, я внезапно понял, что их стратегия имеет незначительные бреши, которыми я тут же и воспользовался. Существенно это мне ничего не дало, зато, отвесив парочке воинов тьмы увесистые пинки под зад, я испытал ни с чем не сравнимое удовольствие.

Ещё через две минуты они начали запыхаться. Классическая реакция скороспелок. Они сильны и быстры, но не могут поддерживать такой темп долгое время. Я, хоть и не очень силен, зато юрок и могу скакать так часами.

Спасибо тебе, учитель, и прости за все проклятия в твой адрес!

Из пятнадцати воинов тьмы хоть по чуть-чуть, но досталось каждому. Кому подзатыльник, кому… кхе… поджопник, кому в ухо прилетело, но досталось всем. Неудивительно, что они кидались на меня все яростнее и бестолковее.

— Хватит, — негромко произнёс наставник. Его никто не услышал, точнее не захотел слышать. — Вода!

На драчунов обрушился целый водопад ледяной воды. В ответ на такую жестокость со стороны учеников послышались на удивление дружные маты. Я не отставал от общественности, несмотря на то, что такие меры воспитания были для меня более чем привычными: недолюбливая классическую магию в целом, узкоглазый пень питал нежную страсть к заклинанию ледяного дождя.

— А-а-апчхи! — многозначительно выдал я. Бр-р-р! А у учителя вода была теплее!

— Наказание за оскорбление, — спокойно сказал старший. — Бой с учителем!

Что тут началось! Парни, которые гоняли нас с Олестом по всей площадке, разлетались как пушинки от ударов в общем-то не крупного наставника!

Я, наученный горьким опытом командных драк, вперёд не лез, чтобы первым не получить на орехи, но и смыться за угол, чтобы поесть этих самых орехов, мне не позволяла гордость: чай, не крестьянский мальчишка, чтобы от драки бегать. Так что я от неё благородно уклонялся, стараясь, чтобы между мной и наставником тёмных было как минимум два ученика. Заодно поедал те самые орешки, пока они не отсырели в мокрой одежде.

Между прочим, в складках моего одеяния можно найти множество всякой хрени. Старый пень научил меня скрывать в одежде и на теле практически любые вещи, но умения выбирать их так и не привил. Я точно уверен только насчёт оружия, доспехов и денег… Хотя нет, я уверен в отсутствии последних. Ну, может ещё об орешках помню, остальное находится под мраком тайны. Например, при прошлой ревизии в одном из карманов я обнаружил розовые подтяжки. Кому они принадлежали я вспомнить так и не смог.

Мысли текли вокруг каких-то абстрактных вещей, а тело привычно отступало. Надо отдать должное ученикам тьмы, получив удар, они довольно-таки шустро поднимались, давая мне возможность затеряться в толпе. Впрочем, мне это не помогло, когда так называемый наставник увидел меня с набитым ртом (Все ещё помнят, как я ем?). В его взгляде что-то перемкнуло, и он целенаправленно двинулся ко мне.

Обругав себя последними словами (Придурок, не мог жрать незаметнее?!), я начал драпать активнее, старательно жуя. Пропущенные удары крайне негативно влияют на пищеварение.

М-да, рано я похвалил учеников, они даже не заметили, что цель их учителя изменилась, все так же бросались на него… Хотя это мне только на руку. Орешки оказались временно забыты, а все наши с Олестом силы сосредоточились на убегании. Если уж он своих учеников так раскидывает, то что уж говорить о таком маленьком и скромном мне? К тому же наставник тёмных лично мне ничего плохого не сделал, чтобы попытаться уничтожить его любой ценой.

О, похоже, до учеников наконец-то дошло… Встали кружочком, гады, и ещё подбадривают, сволочи. А наставник уже совсем дошёл до ручки, вон как зубы скалит. Неужели все это из-за орешков? Или всё-таки из-за меня? Нет, конечно, узкоглазый пень мне не раз тонко намекал, — когда топил меня в чисто воспитательных целях или когда помогал бежать от обманутых мужей, — что я могу разозлить даже ледяную богиню правосудия, но я, честно говоря, не верил до сего момента.

Только вот зло скалящийся воин тьмы, который, теоретически, должен быть абсолютно невозмутим, не оставлял мне права на сомнения.