Осторожно, спойлеры! - Дейд Оливия

– Ты сказала, что выбираешь, что надеть вечером?

Шея Эйприл покрылась румянцем стыда.

– Да. Я захватила несколько и пытаюсь выбрать из них.

Ее пальцы сжались в кулаки, и она знала, она просто знала…

– Наверное, люди будут фотографировать вас во время ужина, – вставила Джо-Энн. Её фальшивое оживление не на шутку задевало Эйприл. – Знаешь, черное платье всегда стильно. И этот цвет скрывает множество грехов, особенно если найти модель, которая не слишком обтягивает. – Черное, чтобы стать невидимой. Больше ткани, чтобы скрыть. Как всегда, полнота была грехом скорее смертельным, нежели простительным.

Эйприл опустила голову и не ответила, боясь того, что может сказать.

– Не волнуйся. Я никому не скажу про свидание, – продолжала Джо-Энн. – Кроме твоего отца, конечно же. Но я уверена, что он не станет распространяться…

Ладно, пора заканчивать.

– Я лучше пойду. Надо принять душ, чтобы успеть собраться.

– Хорошо. Повесились сегодня, солнышко, – сказала Джо-Энн, хотя прозвучало так, будто она не ожидала, что участникам будет весело. – Люблю тебя.

Мама говорила искренне. У ее дочери никогда не появлялось в этом сомнений

– Спасибо, мам, – ответила она и так сильно впилась ногтями в ладони, что удивилась, как не проткнула кожу. – Я тоже тебя люблю.

В этом-то и была проблема. Она любит.

Приняв душ и надев свободную сорочку, Эйприл в смятении стояла перед крошечным гардеробом своего номера.

Как и сказала матери, она привезла из Сакраменто уйму нарядов, подходящих для свидания. Хороших. Вообще-то она не имела склонности к нерешительности, но сейчас обстоятельства были далеки от обычных. Что бы она ни выбрала для ужина с Маркусом Кастер-Раппом, ее одежда должна была транслировать одновременно два заявления.

Первое: я уверенная в себе и сексуальная, но не лезу из кожи вон. Такое утверждение было необходимо потому, что да, он, может, банальный и самодовольный, но он известный актер и чертовски горяч, а у нее есть гордость. Как и мама, она также предвидела, что в сети окажется не один снимок их ужина еще до того, как она доест десерт. Она собиралась хорошо выглядеть на этих снимках, а также на фотографиях, которые они с Маркусом разместят в собственных аккаунтах в соцсетях.

Такое заявление требовало облегающего платья. И не черного. Оно требовало каблуков, хотя Эйприл не желала мучить свои ноги. Оно требовало длинных сережек.

Но все это – просто ее стандартное облачение для важных свиданий, несмотря на мамин совет. Ничего слишком сложного.

Нет, сложность состояла во втором заявлении, адресованном лично Маркусу: ты должен поделиться конфиденциальными подробностями о финальном сезоне сериала, несмотря на юридические и профессиональные последствия.

И чтобы сделать такое заявление… ну, Эйприл не была до конца уверена, какой наряд подойдет. Вероятно, следует добавить часы гипнотизера. «Вы засыпаете, засыпаете и очень хотите рассказать мне, трахнетесь ли вы с Лавинией наконец и будет ли это потрясающе, и увидим ли мы обнаженку?»

Особую ставку она делала на бюст. В прошлом году глубокий вырез заставил ее спутника врезаться в фонарный столб возле «Фэйрмонта». Позже, когда она наклонилась поднять салфетку, он ткнул вилкой себе в щеку и вскрикнул так громко, что даже официант подбежал.

До этого злополучного вечера Блейк часами хвастался основательностью своей спецназовской подготовки. Однако определенно в начале двухтысячных морских котиков, как и экспертов по интернет-безопасности в наше время, не готовили к боевым действиям с применением выдающихся сисек.

Когда она поддразнила его насчет этого упущения, он недовольно нахмурился. Прямо перед тем как пролить полбокала белого вина себе на пиджак, когда она затеребила висевший на груди кулон.

Она давилась от смеха и тогда, и сейчас. Лох. Хорошо. Значит, платье с запахом. Фокус на декольте.

Она принялась перебирать вешалки в шкафу, рассматривая два главных варианта. Яркий принт с медальонами или изумительный цвет морской пены?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

Зеленое платье соскользнуло на пол, и она с трудом повесила его обратно на мягкую вешалку. Черт. У нее тряслись руки. Она не должна нервничать. И не нервничает. Только…

Господи, эти уведомления в соцсетях, посты в блогах и развлекательные программы! Мамины сомнения! Собственные страхи!

Несмотря на радостное волнение, несмотря на с трудом завоеванную уверенность в себе, она оставалась человеком. Неожиданная публичность ее частной жизни вызывала… странные ощущения. Как будто она наблюдает за собой со стороны, оценивая каждый нюанс того, что говорит и как выглядит.

И даже если оставить в стороне публичную шумиху и ее новую застенчивость, она встречается с мужчиной, которого много лет видела по телевизору, мать твою! С тем самым мужчиной, ужасные фильмы с участием которого она время от времени посматривала с ведром попкорна. Его красивое лицо на экране часто бывало почти размером с дом, только что проданный ею. С тем самым мужчиной, которого многочисленные журналы провозгласили самым сексуальным в мире. С тем самым мужчиной, который играл главную роль в бесчисленных написанных ею фанфиках.

Меньше чем через два часа она встретится с ним в реальности, и надо постараться не паниковать. Каким-то образом. Ей надо выбрать платье успокаивающего цвета.

Последний взгляд на содержимое шкафа, и она получила свой ответ: цвет морской пены. Никто не задыхается в платье цвета морской пены. Это валиум среди цветов, в самом приятном из возможных смыслов. По крайней мере, она искренне на это надеялась.

Сайт Лавиней, личные сообщения, полтора года назад

Бесстыжая Фанатка Лавинии: Думаю, что вставлю в этот фик как можно больше клише. Помоги мне придумать еще, пожалуйста. У меня уже есть «о нет, тут только одна кровать», «ненастоящее свидание», «это пройдет после разового траха», «лучший друг старшего брата»…

КнижныйЭнейБыНикогда: Ого. Вот это список.

КнижныйЭнейБыНикогда: Может «поцелуй ради науки»?

Бесстыжая Фанатка Лавинии: ОТЛИЧНО. Есть!

КнижныйЭнейБыНикогда: Как насчет страданий?

Бесстыжая Фанатка Лавинии: Ну началось.

КнижныйЭнейБыНикогда: Безответная любовь? Или он непреднамеренно стал причиной смерти своей бывшей возлюбленной? Может, она погибла в пожаре, который он мог бы предотвратить, если бы не был так поглощен долгом?

Бесстыжая Фанатка Лавинии: Господи боже!

КнижныйЭнейБыНикогда: Извини.

Бесстыжая Фанатка Лавинии: Нет, не извиняйся. Ангст – твоя фишка. У тебя получается.

КнижныйЭнейБыНикогда: Эм.

Бесстыжая Фанатка Лавинии: Что?

КнижныйЭнейБыНикогда: Может, у него ПТСР из-за военного прошлого? Например, подчиненные погибли под его командованием?

Бесстыжая Фанатка Лавинии: Твою ж мать, КЭБН.

5

– Итак… – Маркус промокнул идеальные губы крахмальной салфеткой и аккуратно вернул ее на колени. – У тебя есть аккаунт в соцсетях?

Эйприл не знала, что на такое ответить.

В личной переписке он не казался таким тормозом. Но, может быть, его соцсетями занимается личный помощник? Она же никогда не общалась с ним по-настоящему. Или, может, для такого мужчины она слишком незначительная, чтобы долго что-то помнить?

Произнеся предельно лаконичное «Да», она вилкой отделила кусочек фирменного копченого лосося и обмакнула его в сметанно-укропный соус и подчеркнула: «Есть».

Олаф, их официант, подошел наполнить ее бокал с водой, что делал, кажется, после каждого ее глотка. Воспользовавшись моментом, Эйприл украдкой посмотрела на часы.

Тридцать минут с начала встречи с Маркусом? Всего-то? Проклятие.

Ей казалось, что прошло больше времени после того, как она вошла в освещенный свечами эксклюзивный дорогой ресторан «Сома» и обнаружила, что он уже сидит за их столиком у окна. Поскольку она приехала на десять минут раньше и думала, что ей придется подождать (голливудские звезды должны же красиво опаздывать), она с удивлением моргнула, когда он изящно поднялся и поприветствовал ее безмятежной улыбкой на прекрасном лице.