Шизо и Цикло.Присмотрись,кто рядом с тобой.Психологический определитель - Лев Шильник

Если же преимущественно развивается средний зародышевый зачаток – мезодерма, из которого образуются мышцы, кости и связки, то получается мезоморф – человек с прямоугольными формами тела, широкими плечами и грудной клеткой, сильно развитой мускулатурой, то есть тип потенциально атлетический.

А вот при избыточном развитии эктодермы (наружного зародышевого листка), дающей начало коже, нервам и мозгу, формируется эктоморф – человек с изящными, удлиненными пропорциями и слабым развитием подкожной клетчатки. Поверхность у него преобладает над массой, он близок кречмеровскому астенику.

Шелдон практиковал количественный подход. Телосложение каждого человека было представлено оценкой, состоящей из трех цифр, которые отражали степень выраженности компонентов телосложения – соматотип. На психическом уровне Шелдон выделяет три основных темперамента, которые соответствуют определенным типам телосложения.

Висцеротоник (в буквальном переводе – человек с «внутренностным темпераментом») общителен, благодушен, терпим, обладает несколько замедленными реакциями. Сон его глубок. Он предпочитает комфорт и покой, любит поесть, привержен ко всему семейному и традиционному и плохо переносит одиночество.

Соматотоник (человек «телесного темперамента») энергичен, прям, агрессивен, с уверенными и четкими движениями, громко говорит. Он вынослив, малочувствителен к боли, спартански переносит лишения. Любит риск и физические упражнения, очень деятелен, властен, стремится к доминированию, часто бестактен.

Церебротоник (человек «мозгового темперамента») отличается быстрой реакцией, сдержанностью, некоторой скованностью в движениях. Он скрытен, в общении лишен непосредственности, иногда тревожен, говорит тихо, легко устает. Сон у него неустойчивый. Он сопротивляется стереотипному и банальному, предпочитает одиночество и умственную деятельность.

Можно было бы предположить, что эндоморф – это всегда висцеротоник, мезоморф – соматотоник, а эктоморф – церебротоник. На практике это, разумеется, далеко не всегда так, жизнь оказывается сложнее схем. Чистые типы вообще встречаются достаточно редко. Шелдон убедительно показал, что такая прямая, лобовая взаимозависимость отсутствует, но существует статистическое тяготение. Другими словами, висцеротоник с большей вероятностью окажется преимущественно эндоморфом, соматотоник – мезоморфом, а церебротоник – эктоморфом. При честном самоанализе почти любой человек (вне зависимости от типа телосложения) без труда обнаружит у себя какие-то черты всех трех шелдоновских темпераментов.

Выводы Кречмераи Шелдона неоднократно подвергались экспериментальной проверке. И хотя не обошлось, разумеется, без критики, в целом исследователи пришли к заключению, что между телосложением человека и его темпераментом существует статистически достоверная связь.

Учение И. П. Павлова о темпераменте мы здесь разбирать не будем, поскольку прежде достаточно о нем говорили. Напомним только, что Павлов выдвинул и обосновал гипотезу, согласно которой центральным звеном темперамента, его стержнем являются некоторые фундаментальные свойства нервных процессов. К этим свойствам относятся сила процессов возбуждения и торможения, уравновешенность нервных процессов и их подвижность. Четыре основных типа комбинаций этих свойств Павлов описал как четыре типа высшей нервной деятельности.

В дальнейшем учение Павлова было дополнено и развито, и в настоящее время для составления подробной психологической характеристики четырех традиционных типов (холерик, сангвиник, флегматик, меланхолик) принято выделять следующие основные свойства темперамента: сензитивность, реактивность, активность, соотношение реактивности и активности, пластичность и ригидность, темп реакций, экстраверсию и интраверсию, эмоциональную возбудимость.

Сензитивность определяется тем, какова наименьшая сила внешних воздействий, необходимая для возникновения какой-либо психической реакции, и какова скорость возникновения этой реакции.

Реактивность характеризуется степенью непроизвольности реакций на внешние или внутренние воздействия одинаковой силы (критическое замечание, обидное слово, даже резкий звук).

Активность – усилия личности, направленные на преодоление препятствий и достижение цели (настойчивость, целенаправленность, сосредоточение внимания).

Соотношением реактивности и активности подчеркивается, на что личность ориентирована в большей мере: на случайные внешние обстоятельства или на глубинные внутренние (цели, намерения, убеждения).

Пластичность и ригидность свидетельствуют о гибкости человеческого поведения или, наоборот, о его инертности и косности.

Темп реакций характеризует скорость психических и нервных процессов, темп речи, динамику жестов, быстроту мышления.

Экстраверсия и интраверсия определяют зависимость реакций личности или от внешних впечатлений (экстраверт), или от образов, представлений и мыслей, связанных с прошлым и будущим (интраверт).

Эмоциональная возбудимость дает представление о величине воздействия, необходимого для возникновения эмоциональной реакции.

Подытоживая сказанное в этой главе, заметим: в настоящее время можно считать надежно доказанным, что темперамент – это врожденная и генетически наследуемая часть личности.

ФИЗИОГНОМИКА И ПРОЧЕЕ

Наверное, нам удалось достаточно убедительно показать, что психологический склад личности имеет самое непосредственное отношение к внешнему облику, то есть к соматической конституции. Интуитивно эта связь между психикой и физикой была угадана еще в незапамятные времена. Начало практической характерологии тонет во тьме веков.

Аристотель и Платон предлагали определять характер человека, отыскивая в его внешности черты сходства с каким-нибудь животным, а затем отождествляя его характер, как в восточном гороскопе, с характером этого животного. Так, по мнению Аристотеля, толстый, как у быка, нос означал лень, широкий нос с большими ноздрями, как у свиньи, – глупость, нос, как у льва, – важность, а торчащий, как у вороны, – неосторожность. Конечно, великий систематик не мог ограничиться исключительно носом. Скажем, волосы тонкие, как шерсть у коз, овец и зайцев, должны означать робость, а волосы жесткие, как у львов и кабанов, – храбрость. Или вот такой пассаж: «Те, у коих пуп не на середине брюха, но гораздо выше находится, недолговечны и бессильны». Или: «У кого руки простираются до самых колен, тот смел, честен и свободен в обращении». А вот еще: «У кого широкий рот, тот смел и храбр».

Гай Юлий Цезарь тоже не чурался физиогномии. Предвосхищая позднейшие построения позитивистской науки XX века, он (если верить Шекспиру) не особенно привечал Кассия, своего будущего убийцу:

Хочу я видеть в свите только тучных,Прилизанных и крепко спящих ночью.А Кассий тощ, в глазах холодный блеск.Он много думает, такой опасен.(У. Шекспир.)

Альберт фон Больштедт, средневековый схоласт, искушенный в каббале и алхимии и прозванный за свою всеобъемлющую эрудицию Великим, тоже отдал дань науке распознавания людей по их внешности. Мы не станем утомлять читателя бесчисленными извлечениями и приведем только две цитаты:

«Наклонность женщины к блуду узнается по подъятию век ея».

«Кто вертит головою во все стороны, тот совершенный дурак, глупец, суетный, лживый плут, занятый собою, изменчивый, медлительного рассудка, развратного ума, посредственных способностей, довольно щедрый и находит большое удовольствие вымышлять и утверждать политические и светские новости».

Все это, разумеется, не более чем детский лепет. Совершенное торжество субъективности, которую всеми правдами и неправдами пытаются втиснуть в прокрустово ложе надуманных схем. Однако во все эпохи появлялись на свет люди, загадочным образом умевшие «прочитать» человека, оттолкнувшись от его походки, мимики, пластики; бесчисленное множество черт и черточек, ускользающих от посредственного наблюдателя, давали им богатую пищу для размышлений.

Отцом характерологии стал Теофраст, любимый ученик Аристотеля, составивший объемистый трактат, в котором он дал описание 30 типов с точки зрения преобладания нравственных черт – типы льстеца, болтуна, труса, лицемера и т. д. На протяжении многих столетий этот трактат, написанный ярко и выразительно, считался образцом типологии характеров. Лишь в XVII веке переводчик Теофраста французский моралист и писатель Жан де Лабрюйер (в свое время мы на него уже ссылались) представил на суд публики новое сочинение под названием «Характеры, или Нравы нынешнего века». К этой проблематике обращались многие выдающиеся философы – К. Гельвеций, Д. Дидро, Дж. С. Милль, в работах которых развивается этический подход к феномену характера, поднимаются вопросы о его природе и месте в структуре личности.