Внук Дьявола - Лайза Браун

– Не понимаю, о чем ты.

– Это началось тогда, когда умер твой отец.

Лейни отступила еще на шаг, но реакция Колли была мгновенной. Его пальцы поймали ее ладони и обожгли их.

Лейни замерла.

– Я сказала, что не собиралась кричать. Но предупреждаю тебя: если ты заговоришь со мной о том дне, о том, что тогда случилось… о том, что ты сделал тогда, я закричу. – Она гневно взглянула на него. – Я не хочу возвращаться в тот день.

– Я помешаю тебе кричать, – с убийственным спокойствием возразил Колли.

«Он не запугает меня, – сказала себе Лейни. – Я помню его мальчишкой в плохонькой одежонке и с исцарапанными коленками. И губы у него были вымазаны черникой».

– Колли, если тебе нечего больше сказать, оставь меня в покое. Я, как и Дана, могу вызвать полицию. Уэй все еще на дежурстве, – сказала она как можно спокойнее.

– Ага, и твой добрый родич примчится к тебе на выручку. Вот чем ты мне угрожаешь?

Колли был холоден и упрям.

– Не бойся, тебе ничего особенного не грозит. Старый богач, которого ты называешь дедом, не допустит, чтобы у тебя были серьезные неприятности. Как в прошлый раз.

– А мне показалось, что ты не хочешь об этом говорить.

Он был прав. Сейчас ей хотелось только плакать.

– Извини. – Ком, застрявший в горле, мешал Лейни говорить. – Пусти меня.

Колли выпустил ее руки, и она смогла вздохнуть свободно.

– Нет, не уходи.

– Тогда иди к бухте. Там светлее.

Если он решит, что ему удалось ее напугать, пусть будет так.

Но он молча кивнул и послушно побрел прочь.

У края воды он обернулся, и серебро сверкнуло при свете луны. Свисток все еще висел у него на шее.

– Зачем ты носишь эту штуку? – тихо спросила Лейни.

Он дотронулся до свистка.

– Наверное, затем, чтобы иногда вспоминать о девочке, которая подарила мне его в знак вечной дружбы. Вот только она забыла, что вечное длится не очень долго, правда, Лейни?

– Колли, это тоже прошлое. Не стоит мне сейчас вспоминать, каким ты был.

Колли нахмурился.

– Не надо быть такой мрачной, малыш. Наверное, ты обо мне много чего знаешь, но и я смогу кое-что вспомнить. – В его голосе вдруг зазвучала ласковая насмешка. – Например, как когда-то ты с криками неслась во всю прыть, и мне пришлось схватить тебя за твой конский хвост, чтобы ты не сорвалась с обрыва. После чего ты заехала мне ногой по голени за то, что я сделал тебе больно. О, ты умела входить в раж.

Ей вдруг стало жарко, и она не удержалась от смеха. Нет. Она больше не должна смеяться вместе с ним. Ведь это Колли.

– Где твоя девушка? – поинтересовалась она.

Колли отступил от нее и прислонился к перилам деревянного моста, переброшенного через речку.

– Рейчел? Она поехала в Куквилл к друзьям. Наверное, она там.

– Значит, ты туда ее отвез в своем «Порше»?

Колли рассмеялся.

– Ты можешь себе представить, чтобы у меня был «Порше»? Это ее машина. Она подвезла меня, высадила у дома и уехала. Сюда я добрался на своем грузовике. Оставил его у бассейна и пешком дошел до «Магнолии». На это у меня хватило ума. Мне не хотелось, чтобы Уэй заметил, что я брожу поблизости.

– Это твоя подруга тебя одевает?

Лейни не могла оторвать от него взгляда. Сейчас на нем не было пиджака, а сорочка при лунном свете сливалась с его кожей, и издалека могло показаться, что он обнажен до пояса.

Колли ответил не сразу. Лейни заметила, как напряглись его мускулы под тонкой материей. – Тебе не нравится, как я выгляжу?

Лейни пожала плечами и отвернулась.

– Наверное, я был тебе больше по душе босой и в комбинезоне с чужого плеча. В те времена, – добавил он с горечью, – весь город звал меня ублюдком с фермы.

Лейни почувствовала, как ее сердце забилось сильнее.

– Не надо, Колли.

– Что – не надо? Не надо помнить?

– Я не о том. Человек не может просто так вычеркнуть что-то из памяти. Но ты можешь вспоминать и о хорошем тоже. – Неожиданно для самой себя она улыбнулась. – И я тоже кое о чем могу вспомнить. Мне всегда хотелось выглядеть, как ты. Однажды я даже заставила маму купить мне такой же комбинезон, как у тебя, но, когда она принесла мне его, я даже расплакалась. Он был длинный, а не по колено, как у тебя, и мама не разрешала мне надевать его на голое тело.

Колли едва заметно усмехнулся.

– Вот и хорошо. Я бы этого не перенес.

Лейни смутилась.

– Но мне было тогда одиннадцать или двенадцать лет!

– И ты уже путалась с мальчишкой с реки.

Лейни понимала, что этот разговор до добра не доведет. Нужно что-то предпринять. Нельзя позволять чувствам, когда-то испытанным ею, вернуться вновь.

Она приказала себе вспомнить, что за человек стоит перед ней и что этот человек совершил. И резко спросила его:

– Так ты явился в «Магнолию», чтобы сказать мне все это?

Колли напрягся на мгновение и ответил раздельно и медленно, глядя ей в глаза:

– Меня заставили приехать вороватые ручки Престона. И я очень хотел бы знать, почему он может спокойно посиживать в твоем заведении. Значит, твоя семья не желает принимать меня, а для него ваши двери открыты?

Ирония из его голоса пропала начисто.

Он ступил на опасную почву. Один неверный шаг – и предательская поверхность разверзнется под ногами.

Но ответ Лейни прозвучал вполне беззаботно:

– А почему ты меня спрашиваешь про своего родственника? Откуда мне знать, почему ему вздумалось сегодня заявиться к нам? Раньше он никогда не приходил. И я вовсе не жажду его видеть. – Это было сказано совершенно искренне. – Если хочешь еще раз поговорить по-семейному, ступай к нему.

Лейни отвернулась, но он схватил ее за руку и притянул к себе. Она слышала его прерывистое дыхание.

Паника охватила ее. Она попыталась оттолкнуть его, избавиться от него раз и навсегда, но вдруг вдохнула пряный запах солнечного дня – его запах, памятный ей с детства, только сегодня он вызывал у нее ужас.

– Колли, отпусти меня. Немедленно.

Голос Лейни дрогнул против ее воли. Она несильно стукнула его, но Колли словно бы не заметил этого.

– Нет, Лейни, – сказал он шепотом, обхватил ее другой рукой и сжал ее грудь. Она ожидала чего угодно, только не этого. – Постой спокойно одну минуту.

Его пальцы мертвой хваткой сжимали ее локоть. И вторая рука стискивала Лейни с такой силой, что она едва могла дышать. Опять-таки с детства она помнила, насколько бесполезно вырываться из его стальных объятий, поэтому она просто замерла, как бабочка, наколотая на булавку. Он не двигался, но Лейни не могла обманываться относительно силы его страсти.

– В свое время, – выдохнул он, – я решился бы на что угодно, лишь бы стоять с тобой вот здесь… и прикасаться к тебе вот так… – Резким движением Колли погладил ее, и его ладонь замерла, сжимая ее левую грудь. – В свое время тебе нравилось, когда я дотрагивался до тебя.