Муж и жена – одна сатана - Ирина Хрусталева

– Не говори гоп, пока не перепрыгнул, – усмехнулась Юля. – Ты не можешь быть уверен в том, что этот актер действительно сбежал от своей жены самостоятельно. А вдруг его похитили? Или еще что-нибудь случилось? Ой, кстати, мальчики, а может, все просто? Может, он попал в автомобильную аварию и лежит сейчас, бедненький, где-нибудь в реанимации без памяти?

– Если бы он попал в аварию, за двое суток уже сообщили бы родственникам, ведь он на своей машине ехал, значит, документы были при нем, – возразил Данила.

– Тоже верно, – нехотя согласилась Юля. – А вдруг машина сгорела и вместе с ней – все документы? – выдвинула она следующую версию.

– Такое тоже могло случиться, – согласился Кирилл. – Нужно пробить базу данных о несчастных случаях за эти двое суток. Вот ты, Юля, этим и займись, – дал он указание. – А я пока Синице позвоню.

К сожалению, надежды на быстрое расследование не оправдались. Дорожных происшествий было достаточно, но имена пострадавших были известны, и среди них Эдуарда Сергеевича Доронина не оказалось. Распечатка номеров с телефона практически тоже ничего не дала. Был там номер, который повторялся чаще, чем все остальные, но оказалось, что принадлежит он матери пропавшего актера. Причем звонила в основном она, и чуть ли не по десять раз за день. Наталья сказала чистую правду о своей свекрови. Как ни хотелось детективам обойтись малой кровью, но из этого ничего не получилось. Немного посовещавшись, братья решили начать следствие, распределив поручения поровну. Даниле предстояло ехать в клуб «Голубой рассвет» и побеседовать с администратором шоу. А Кирилл решил, что должен навестить мать Эдуарда Доронина и поговорить с ней. Правда, их клиентка Наталья просила ничего той не говорить, но, немного подумав, детектив понял, что придется это сделать. Ведь если им не удастся разыскать Доронина, у его матери сразу же возникнет вопрос, почему ей не сообщили. Да и не только в этом дело. Судя по рассказам Натальи, свекровь ее ненавидит, практически не разговаривает с невесткой и уж, естественно, никогда не откровенничает с ней. Это значит, что она может очень многое рассказать о своем сыне такого, о чем его жена и не подозревает. Даже не исключается вариант, что она прекрасно знает, куда делся ее сын, а Наталье она названивает специально, чтобы та ничего не заподозрила. В общем, как ни крути, а в целях следствия к матери Доронина ехать нужно, и Кирилл не стал откладывать дело в долгий ящик.

– Вам кого? – услышал Кирилл грубоватый голос из-за двери.

– Я хотел бы видеть Маргариту Осиповну Доронину, – ответил он.

– А вы кто такой?

– Я частный детектив, Чугункин Кирилл Викторович.

Дверь открылась, и на пороге возникла женщина средних лет, довольно симпатичная и ухоженная. На ней был надет розовый спортивный костюм, и губы были накрашены точно такого же цвета помадой. Волосы тщательно уложены, глаза аккуратно подведены.

– Зачем я понадобилась частному детективу? – подозрительно спросила она. – А документы у вас есть?

– Да, конечно, – улыбнулся Кирилл и достал из нагрудного кармана куртки свои корочки. – Вот, прошу вас, – протянул он женщине удостоверение. Та придирчиво все рассмотрела, несколько раз прочитала фамилию, сравнила фотографию с оригиналом и только тогда отступила от двери, приглашая детектива войти в квартиру.

– Прошу вас, проходите, – неожиданно приветливо проговорила она. – Извините меня за мою недоверчивость, но сейчас время такое неспокойное, столько разных аферистов развелось, что уже скоро сами себе верить перестанем. Проходите на кухню, поговорим за чашечкой чая. Вот тапочки, переобуйтесь, пожалуйста. На улице такая грязь, мне не хотелось бы лишний раз браться за швабру, – улыбнулась она. – Вы не волнуйтесь, тапочки совершенно чистые. У меня их десять пар, специально купила, и после гостей я обычно их стираю в машинке. Очень не люблю грязи, особенно весенней. После зимы, когда снег сходит, на улице такой кошмар творится, на свалке, наверное, чище. Особенно возле нашего дома. Жить рядом со стройкой – это такой ужас! – закатила она глаза под лоб. – Впору вообще из дома не выходить. Идемте, – велела она, дождавшись, когда Кирилл переобуется.

Тот прошел вслед за хозяйкой, шаркая тапочками, отмечая про себя, до чего в квартире чисто.

– Итак, господин Чугункин Кирилл Викторович, я вас внимательно слушаю, – усевшись за стол и подперев кулачками щеки, проговорила Доронина. – Что привело вас ко мне?

– Ваш сын Эдуард, – ответил тот и очень серьезно посмотрел на женщину.

– Мой сын? – удивленно вскинула брови та. – Он что-то натворил? Или с ним что-то случилось? – с беспокойством спросила она.

– Вы не знаете, где он сейчас может быть? – вопросом на вопрос ответил Кирилл.

– Я знала, я чувствовала, что-то случилось, – взволнованно начала говорить она. – Эдик никогда не отключал телефон, а чтобы уехать в командировку и забыть его – это вообще нонсенс.

– Он в командировке?

– Понятия не имею, – развела женщина руками. – Это она так сказала, а что происходит на самом деле, я не имею не малейшего представления. Какая командировка? Он уже три года работает в этой фирме, и никогда никаких командировок не было. А тут так внезапно, без предупреждения… Эдик не мог уехать, не сказав мне. Он не мог так поступить со мной, – возбужденно выговаривалась она. – Это все она, ей всегда было мало, ей нужно, чтобы он мешками ей деньги таскал! В какую еще авантюру она его втравила? В какую такую командировку его отправила? Я требовала, чтобы она дала мне номер телефона начальника, у которого работает мой сын. И знаете, что она сделала? Она перестала брать трубку, когда я звоню! Ну не нахалка ли? – не останавливаясь, трещала Доронина.

– Она – это кто? – спросил Кирилл, хотя прекрасно понял, о ком идет речь. Он сделал это, чтобы перебить бесконечный поток слов импульсивной Маргариты Осиповны.

– Как это кто? Жена Эдика, конечно, – с возмущением ответила та, как будто детектив просто обязан был знать об этом.

– Ваша невестка?

– Какая она мне невестка? Она самозванка, авантюристка, циничная охотница за младенцами! Затащила моего бедного мальчика в постель, когда он еще совсем ребенком был, а потом в загс, и теперь крутит и вертит им, как хочет. Хищница, – процедила Доронина сквозь зубы.

– Почему вы ее так не любите? Что плохого она вам сделала? – с интересом спросил Кирилл.

– Она загубила талант моего сына! У него было большое будущее, а ему пришлось идти работать в какую-то фирму менеджером, чтобы обеспечить эту ненасытную саранчу, – с негодованием ответила женщина. – Я – мать и не такого будущего желала своему единственному ребенку. Как же я была против этого брака, как была против! – закачалась она из стороны в сторону. – Но он был влюблен, он вообще не слышал моих слов. В глазах блеск, в голове эйфория. Я всегда считала, что любовь – это болезнь, связанная с помутнением рассудка. К счастью, она излечима. Ничего, вот пройдет еще немного времени, и мой сын наконец поймет, что она ему не пара. Он такой ранимый, такой мягкий, такой неконфликтный, вот она из него веревки и вьет, – с энтузиазмом выговаривалась Доронина. – Нет, вы только подумайте, отправить мальчика неизвестно куда! – снова посетовала она.

Кирилл слушал женщину и удивлялся: «Ее внимание даже не зацепилось на том факте, что к ней пришел частный детектив. Это насколько же нужно ненавидеть жену своего сына, чтобы не насторожиться при моем появлении», – думал он, внимательно наблюдая за ней.

– Эта дрянь не захотела искать для себя более достойную и лучше оплачиваемую работу. Сидит спокойно за копейки в своей лаборатории в белом халатике да в резиновых перчаточках – и в ус не дует. А мой сынок… – всхлипнула Доронина. – Работает с утра до вечера, как проклятый! О профессии актера он уже совсем забыл. А почему он должен ее забывать со своим талантом? Почему, я спрашиваю?

– Маргарита Осиповна, а вас не удивляет, что к вам пришел частный детектив, интересующийся вашим сыном? – спросил Кирилл, решив спустить мадам Доронину с небес на землю.

– Удивило, конечно, – спокойно ответила та, беспечно пожав плечами. – Зачем вы ко мне пришли и почему интересуетесь моим сыном? – тут же спросила она.

– Дело в том, что не далее как вчера к нам пришла жена вашего сына, Наталья Валентиновна, и наняла нас, чтобы мы нашли ее мужа, Доронина Эдуарда, то есть вашего сына.

– Как это нашли? – нахмурилась женщина. – А куда он делся?

– Он пропал три дня назад.

– Как пропал? Куда? – глупо улыбнулась Маргарита Осиповна. – Вы шутите?

– Нет, уважаемая, я не шучу. Разве такими вещами шутят? – сухо ответил сыщик.

– Ничего не понимаю, – нахмурилась женщина, схватившись кончиками пальцев за виски. – Объясните мне, что происходит?

– Я вам уже сказал, – спокойно начал говорить Кирилл. – Ваш сын пропал три дня назад, и его жена пришла к нам, просила, чтобы мы его нашли. Он не вернулся с работы, она подождала две ночи, а потом пошла в милицию. Там ее заявление не приняли, потому что не истекли третьи сутки, и она решила обратиться в частный сыск.