Обмани меня (СИ) - Живикина Вера

Я вскидываю изумленный взгляд на шефа. Очень хочется возмутиться тем, что он опять не предупредил заранее, как и в случае с собранием. Если так пойдет и дальше, то могут возникнуть сложности с планированием моих трудовых будней, но я молчу, списав все на сумбур первого дня, и заторможено киваю в подтверждение его слов.

Новиков пронзительно смотрит мне в глаза и небрежно бросает, скрываясь в коридоре:

— Жду Вас в машине.

Я лишь качаю головой. Что ж, я точно не умру от избытка информации. Вот что за человек? В какой машине он будет меня ждать? Какой госномер? Где она припаркована? Ох, чует мое сердце, тяжело нам придется.

— Ау, Золушка, прием-прием! Как слышно? — выводит меня из раздумий голос Ильи.

— А? Ты что-то сказал?

— Да. Я говорю, раз у нас не получается с обедом, приглашаю тебя сегодня на ужин, — повторяет парень.

— Хорошо, — соглашаюсь я. — Возражений нет.

Мы договариваемся о времени и месте встречи и расходимся по своим рабочим местам. Точнее, Илья следует в юридический отдел, а я спешу к стойке ресепшн, чтобы выведать у секретаря информацию хотя бы о марке и цвете автомобиля шефа. Дианы на месте не оказывается и я, обреченно вздохнув, направляюсь к выходу. К счастью, долго искать не приходится. Уже с порога здания я вижу Новикова: прислонившись бедром к капоту серебристого седана и скрестив на груди руки, он замер в ожидании меня.

— Прошу Вас! — галантно открывает передо мной пассажирскую дверь шеф.

— Благодарю Вас, — решив поддержать игру, не менее церемонно отвечаю я и проскальзываю в салон. Максим Андреевич быстрым шагом обходит автомобиль и садится за руль. Салон тут же заполняется ароматом бергамота и перца, и я невольно вдыхаю поглубже, запоминая композицию, прежде мне неизвестную.

Винодельня располагается в пятидесяти километрах от города. Большую часть пути мы едем в тишине — Новиков с серьезным выражением лица следит за дорогой, а я наслаждаюсь видами, отвернувшись к окну.

Внезапно зазвучавшая из колонок музыка заставляет меня вздрогнуть и нервно рассмеяться.

— Испугались? — едва слышно произносит Максим Андреевич и убавляет звук.

— Просто не ожидала, — так же тихо отвечаю я.

— Простите, думал, Вы увидите, как я тянусь к кнопке. В следующий раз буду предупреждать вслух.

Звуки, заполняющие автомобиль, постепенно избавляют меня от неловкости и напряжения, возникших от невольного уединения с шефом, и я сама не замечаю, как начинаю негромко подпевать. Максим Андреевич тоже заметно расслабляется и принимается в такт музыке отстукивать пальцами по рулю. В этой возникшей вдруг атмосфере единения совсем не хочется разговаривать. Хочется лишь наслаждаться дорогой и изредка переглядываться, чем мы и занимаемся, пока не добираемся до места.

Глава 10. Максим

Я не собирался брать Полину с собой на производство. Скажу больше, я сегодня в принципе не собирался ехать на производство. Слова сами вырвались из моего рта, когда я услышал, как Маслов предлагает Полине вместе пообедать. Нет, он хороший специалист, прекрасно знающий свое дело, вежливый, с виду интеллигентный, с приятной внешностью, насколько я вообще могу судить о мужской красоте. Но что-то меня в нем настораживает. Вроде бы разговариваешь с человеком, он тебе улыбается, а взгляд какой-то волчий, так и ждешь, что он сейчас или топор из-за пазухи достанет или кислотой тебе в лицо плеснет. Неприятный тип. Придумал тоже, беззастенчиво флиртует с новой коллегой и нисколько не смущается того, что шеф стоит в полуметре от него. Ну уж нет, я себе никогда не позволяю служебных романов и от своих сотрудников жду того же, по крайней мере в рабочее время. К тому же, я обещал Кириллу присматривать за его сестрой — вот, считай, присматриваю.

Я не испытываю неловкости от присутствия Полины в машине. Несмотря на то, что мы впервые оказались вдвоем в ограниченном пространстве, мне комфортно и спокойно. Мы молчим, но тишина не кажется напряженной. Осознание этого удивляет меня, и я начинаю украдкой разглядывать девушку, аккуратно, чтобы она не заметила. Я вижу, что Полина ощущает стеснение, не хочется смущать ее своими взглядами еще больше. Кроме того, она может неправильно это трактовать.

Выбившийся из аккуратного пучка локон время от времени падает Полине на лицо и она, не отрываясь от созерцания дороги, слегка взмахивает головой, чтобы вернуть его на место. В очередной раз, когда прядь вновь срывается с положенного ей места, я неосознанно тянусь, чтобы заправить ее девушке за ухо и сам же пугаюсь своего порыва. Молниеносно меняю траекторию движения руки и, чтобы привнести хоть немного логики в свои действия, жму кнопку на аудиосистеме. Тут же по салону разливается что-то современное и бодро-оптимистичное, а я задерживаю дыхание.

Полина от неожиданности вздрагивает и смеется. Не заметила. Я бесшумно выдыхаю. Не знаю, как бы я объяснялся, если бы она обратила внимание на мои дерганья. Изобразил бы приступ эпилепсии? Не самое лучшее решение, я все-таки за рулем. Будь я на месте Полины, решил бы, что я маньяк. Боже, храни быстроту реакции.

Приехав на винодельню, я начинаю импровизировать. Так как поездка вышла спонтанной, делать тут особо нечего, все важные вопросы мы решили еще на прошлой неделе. Знакомлю Полину с сотрудниками и вызываю главного технолога-винодела, чтобы он рассказал Полине о производстве вина. Нужно отдать девушке должное — ей интересно абсолютно все, она задает невероятное количество вопросов и своей заинтересованностью настолько впечатляет технолога, что тот по окончании экскурсии решает организовать небольшую дегустацию. Полина вопросительно смотрит на меня, я киваю, дескать, дерзайте, все равно в офис мы сегодня уже вряд ли вернемся.

От вина Полина розовеет. Алый румянец заливает щеки девушки, сделав ее похожей на героиню аниме.

— Пройдемся до виноградников? — предлагаю я. И без того блестящие глаза девушки загораются еще сильнее, она оживленно кивает. — Дальше мы сами, спасибо за экскурсию, — пожимаю я руку технологу. Тот заговорщицки подмигивает мне и спешит вернуться к работе.

Мы идем по залитым солнцем ровным рядам, простирающимся на добрых две сотни метров вперед.

— Мамочки… — восторженно шепчет Полина, прижав ладони к щекам. — Невозможно красиво… Никогда не видела ничего подобного! Спасибо, Максим Андреевич, спасибо!

Теплый летний ветерок ласкает наши лица, девушка обгоняет меня, оставив за собой едва уловимый аромат пряных цитрусов, вскидывает руки и вытаскивает заколку из прически, запускает пальцы внутрь и массирует кожу головы. Ее золотистые, похожие на мягкую карамель волосы рассыпаются по плечам воздушной волной. Полина неторопливо идет, прикасаясь рукой к виноградным листьям. Легкое свободное платье, то самое, что я видел на фотографии, слегка просвечивает на солнце, открывая взору точеный женский силуэт.

Я завороженно смотрю ей вслед, ощущая, что в груди что-то начинает сворачиваться в тугой шар, и мне становится трудно дышать. Меня манит эта девушка. Своим живым интересом ко всему, что происходит вокруг, тем, с какой непосредственностью она подпевала радио, лукаво поглядывая на меня. Не отдавая отчета своим действиям, я достаю смартфон и исподтишка фотографирую Полину. "Ну, надо же, точно маньяк", — усмехаюсь я про себя и быстро убираю мобильник обратно в карман. Нужно возвращаться в город, чтобы успеть до вечерних пробок.

— Полина! — негромко зову я. — Пора ехать.

— Как жаль, — вздыхает девушка, состроив разочарованную мордашку. — Здесь так чудесно.

***

— Вам понравилось? — интересуюсь я, когда мы садимся в машину.

— Спрашиваете! Это что-то невероятное. Знаете, я, даже не закрывая глаз, с легкостью смогла представить, что мы находимся во Франции! Не хватало только аромата французской булки! — смеется Полина, а я не могу отвести взгляда от ее медных локонов, рассыпавшихся по хрупким плечам, и огромных глаз, которые в свете вечернего солнца кажутся небесно-голубыми, а не серыми, какими виделись мне раньше.