Сила СУММ (СИ) - Мясоедов Владимир Михайлович

— Проклятье! Тогда в гостиницу! На крышу! — Здание, второй этаж которого был разрушен непонятным взрывом, латники не штурмовали…Но оттуда вроде бы никто не стрелял, из его дверей враги не выбегали, и в этом направлении почти не было мертвецов. И хотя окружающие нас зомби к сожалению мало напоминали свои прототипы из дешевых фильмов ужасов и сущности, вселившиеся в мертвые тела могли заставить ведомые их волей неживые сосуды вскарабкаться на возвышение, там держать оборону будет значительно проще. Особенно если солдаты приближающегося батальона подстрахуют, отстреливая с большой дистанции наиболее ловких «альпинистов». — Главное — доберись до дверей! Если внутри будет толпа, я смету её диском!

Пара десятков трупов, стоящих между нами и входом в здание гостиницы, помехой для моего двуногого скакуна не стали. А вот не слишком-то высокий дверной косяк чуть было не стоил мне жизни, поскольку латник и не подумал замедляться, вот сидящий на его шее я еле-еле успел ссыпаться вниз, прежде чем главного мага Новокузьминска размазало об злосчастную деревяшку на скорости ну никак не меньше шестидесяти километров в час. Внутри нас встретили полумрак, запах крови и дерьма и жадное чавканье. Окна, которые никто не мыл со времен до Конца Света успели основательно покрыться пылью, но проникающих через грязное стекло лучей тусклого осеннего солнца все же хватало, чтобы понять, что здесь укрывалось не меньше двух десятков живых пособников вампиров. Причем у некоторых при себе даже было тяжелое оружие, поскольку железяка, которую мой бывший конь мимоходом отфутболил прямо в стену определенно являлась гранатометом и только чудом не взорвалась. Однако воспользоваться своим арсеналом отбросы рода человеческого не успели, поскольку вместе с ними здесь в засаде сидело и четверо монстров, словно вынырнувших из глубин самого страшного кошмара. Сросшиеся воедино и частично видоизменившиеся части разных трупов породили гротескных двухглавых или даже трехглавых монстров, весящих явно не один центнер, прикрытых со всех сторон ребрами, сросшимися во внешний экзоскелет и имеющих по дюжие когтистых лап разной длины и толщины. К нашему счастью, убиваемые уроды без боя в пасть взбунтовавшимся некромутантам отправляться не пожелали, и успели прикончить двоих чудовищ, а оставшаяся парочка несла на себе множество травм, серьезно снижающих их боеспособность. Да, такие мерзости не могли истечь кровью или выйти из строя, поскольку им пробили какую-нибудь гнилую селезенку, но даже одержимый труп не сумеет резво скакать на раздробленном коленном суставе, хватать жертву отломанными пальцами или смотреть на добычу той башкой, который пулями разнесло на маленькие кусочки большую часть черепа, оставив на прежнем месте лишь позвоночный столб и полную клыков нижнюю челюсь. Духи, придающие этим кучам гнилого мяса подобие жизни, конечно, могут воспринимать окружающий мир и не при помощи сохранившихся или вновь выращенных органов чувств…Но как правило они этого не делают, поскольку выход за пределы материальной оболочки делает их излишне уязвимыми для ряда воздействий, а также ведет к повышенному расходу энергии. А жадность подобных тварей уступает лишь их же неразборчивости в средствах.

Внезапно объявившийся в помещении латник решил использовать эффект неожиданности на полную катушку и широким взмахом попытался прорубить спину ближайшей твари, начавшей вставать с четверененек и разворачиваться в нашу сторону, не выпуская из левой пасти чьего-то позвоночного хребта. Клинок, лишь немного уступающий в длине человеческому росту, зацепился за люстру. И сорвал её нафиг. А после чиркнул своей верхней третью о потолок. И укрепленное до немыслимой прочнсоти и остроты лезвие прорезало в нем себе дорогу, безжалостно расшвыривая в стороны куски побелки и какие-то щепки. А потом оно упало сверху вниз на вскинутые руки твари и замедлилось, прорубив всего одну и без того измочаленную конечность. Еще одну надрезало. Но остальные вцепились в оружие и доспехи моего спутника с мерзким скрипом не то сминающегося железа, не то ломающихся когтей. И боец, который до этого обычные ходячие трупы легко расшвыривал или навеки упокаивал отвешенной мимоходом небрежной оплеухой, ничего не смог поделать с крепко удерживающими его вонючими грязными хваталками, хотя аж засипел от натуги, а руны на доспехе засияли от прокачиваемой через них энергии. Пусть плоть чудовища и выглядела гнилой и готовой в любой момент сползли с костей, но в своей прочности она явно могла превзойти любые нормальные мышцы и даже плотное дерево.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Если такие же красавцы есть и на верхнем этаже, то нам пиздец, — поведал я своему спутнику, выпуская из кровоточащей ладони ранее сжатые там перстни. Все равно не упадут, так как каждый привязан к рукавам одежды тонкой но прочной леской аж в двух местах, чтобы не потерялись случайно в переплете вроде сегодняшнего. А взамен пальцы ухватили тот из трофейных артефактов, который создавал ледяной диск. — Я — все. Если вырублюсь, разрешаю тащить себя на крышу хоть за ногу, только головой по ступенькам постарайся особо не стучать.

Бешено вращающаяся в воздухе громадная плоская ледышка с острыми как бритва краями полетела тем не менее не в того монстра, который боролся с латником, а в его партнера, что уже шагал в мою сторону с самыми очевидными намерениями, спешно дожевывая особо сочный кусок какого-то неудачника. В пище для тварей не было недостатка, однако, содержащий жизненную энергии человек интересовала их куда больше, чем еще теплое мясо вампирских прислужников, пусть даже в том пока и имелись некоторые частички ауры погибших людей. Подобно огромной циркулярной пиле созданный волшебством снаряд метнулся над самым полом, врезавшись в нижние конечности монстра и подрубая их подобно косе, идущей через плотной пучок травы. А затем оно впилось в спину чудовища, сражающегося с латником и с громким треском принялось терзать костяную броню некромутанта. И процесс шел отнюдь не так легко и быстро, как хотелось бы! Шлепнушвая зубастыми мордами об пол туша, разумеется, не полностью утратила боеспособность, в конце-концов, подтягиваться к добыче на оставшихся лапах этой мерзости никто запретить не в силах. Убить тварь безусловно бы стало куда предпочтительнее, но тогда не факт, что чарам хватит сил расправиться с её товаркой.

Разрываемый со спины безжалостной ледяной пило монстр секунды держался неимоверно долго, аж секунд пять или шесть, оказавшись просто неприлично прочным и выносливым. Истратив всю вложенную в него энергию сверкающий и бешено вращающийся снаряд, все-таки сумевший изрядно углубиться внутрь цели, разлетелся во все стороны уже практически неопасными льдинками и только после этого почти разделенный на левую и правую части некромутант сполз вниз грудой окончательно дохлого мяса, тем не менее, не выпустив латника из своих цепких объятий. И, кажется, бойца он за время не слишком-то продолжительного клинча основательно так помял, поскольку сразу выпутаться из мертвой хватки тот не смог, хотя и пытался, а также тяжело и шумно дышал, словно астматик, страдающий от приступа удушья. А я союзнику помочь не мог, поскольку был занят тем, что изо всех оставшихся сил ковылял к ведущей на второй этаж лестнице, подальше от уже освоившейся с потерей ног твари…Вот только с каждым неуверенным дрожащим шагом сил этих оставалось все меньше и меньше, конечности налились свинцом, голова кружилась, а перед глазами темнело. Слишком уж много духовной и жизненной силы было потрачено за этот короткий бой, и пусть формально мой организм особым нагрузкам не подвергался, но артефакты именно из него выкачивали энергию для своей работы. Но уши пока еще слышали нормально, и слышали они ничто иное как стремительное приближающееся шлепанье об пол множества лап и ног. Недобитый монстр чересчур быстро оправился от выпавшего на его долю потрясения и вознамерился поквитаться с обидчиком, да и мертвецы из массовки один за другим врывались в кафе по нашим следам.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Вероятнее всего, прошло бы еще секунд пять или шесть и моей карьере вместе с мечтами о спасении мира, постижении истинных высот магического искусства и честно заслуженной репутации самого большого бабника Земли пришел бы конец, однако тут прямо за спиной раздался мощный взрыв, и ударная волна подняла меня, зашвырнула куда-то на середину лестницы и со всей дури впечатала прямо в ступени. Однако сознание я почему-то не потерял и даже не оглох, что было удивительно и несколько даже печально. Тогда бы может хоть боли не почувствовал.