Тень и Кость (ЛП) - Лей Бардуго

Гриши разразились возгласами недоверия и насмешками. Некоторые открыто хохотали. Если бы я не была такой напуганной и сбитой с толку, то присоединилась бы к ним.

«Может, мне не стоило быть с ним такой суровой, — подумала я, глядя на помятого мужчину. — Бедняга явно стукнулся головой во время битвы».

— Я видел! — прокричал он сквозь шум. — Свет шел из нее!

Некоторые из Гриш открыто издевались над ним, но остальные кричали: «Дайте ему сказать!». Отчаявшийся картограф оглянулся за поддержкой на своих выживших приятелей, и, к моему шоку, некоторые из них кивнули. Все сошли с ума? Они на самом деле считали, что я отпугнула волькр?

— Это абсурд! — крикнул голос из толпы. Это была красотка в синем. — На что ты намекаешь, старик? Что ты нашел нам Взывательницу Солнца?

— Я ни на что не намекаю, — оспорил он. — Лишь говорю то, что видел!

— Это не невозможно, — сказал грузный Гриша. На нем был фиолетовый кафтан Материальника, члена Ордена Фабрикаторов. — Существуют легенды…

— Не будь глупцом! — девушка рассмеялась, ее голос был полон презрения. — Волькра лишила старика остатков разума!

Толпа разразилась громкими спорами. Внезапно я почувствовала себя очень усталой. Мое плечо пульсировало в месте, где волькра впилась своими когтями. Я не знала, что там картограф и все остальные думали или видели. Только то, что это была какая-то ужасная ошибка, и в конце этого фарса именно у меня будет глупый вид. Я скривилась от мысли обо всех издёвках, которые мне придется терпеть по окончании. Надеюсь, оно скоро наступит.

— Тишина, — Дарклинг едва повысил голос, но команда полоснула по толпе, и наступило молчание.

Я подавила дрожь. Ему эта шутка может показаться не такой уж смешной. Оставалось молиться, что он не станет винить во всем меня. Дарклинг не славился милосердием. Может, мне стоит меньше беспокоиться об издёвках и больше о том, чтобы не быть изгнанной из Цибеи? Или того хуже… Ева рассказывала, что однажды Дарклинг приказал Целителям Корпоралок навсегда запечатать рот предателю. Губы мужчины были склеены вместе, и он умер от голода. В то время мы с Алексеем рассмеялись и отнеслись к этому, как к очередной сумасбродной истории Евы. Теперь же я не была так уверена.

— Следопыт, — тихо сказал Дарклинг, — что видел ты?

Все как один повернулись к Малу, глядевшему на меня с тревогой. Затем он перевел взгляд на Дарклинга.

— Ничего. Я ничего не видел.

— Девчонка была прямо рядом с тобой.

Мал кивнул.

— Ты должен был что-то видеть.

Он снова посмотрел на меня, его взгляд был обременен беспокойством и усталостью. Никогда не видела его таким бледным. Сколько же крови он потерял? Я почувствовала прилив бессильной ярости. Он был серьезно ранен! Ему нужно отдыхать, а не стоять здесь и отвечать на глупые вопросы!

— Просто скажи, что ты помнишь, следопыт, — приказал Раевский.

Мал слегка пожал плечами и скривился от боли.

— Я лежал на палубе. Алина была рядом. Я видел, как волькра кинулась вниз, и понял, что она летит к нам. Я что-то сказал и…

— Что ты сказал? — холодный голос Дарклинга прозвучал как гром в комнате.

— Не помню, — ответил Мал. Я узнала упрямую линию его челюсти, и догадалась, что он лжет. Он помнил. — Я учуял волькру, увидел, как она кинулась на нас. Алина закричала, и больше я ничего не видел. Весь мир просто… засиял.

— Так ты не видел, откуда исходил свет? — спросил Раевский.

— Алина не… Она не могла… — Мал покачал головой. — Мы из одной… деревни. — Я заметила эту крошечную паузу, присущую всем сиротам. — Если бы она могла вытворять нечто подобное, я бы знал.

Дарклинг долгое мгновение смотрел на Мала, а затем перевел взгляд на меня.

— У всех нас есть секреты, — сказал он.

Мал открыл рот, будто хотел что-то добавить, но Дарклинг поднял руку, чтобы тот умолк. На лице друга вспыхнула злость, но он промолчал, сжав губы в угрюмую линию.

Дарклинг поднялся со стула. Затем махнул кистью, и солдаты отступили, оставляя меня перед ним. В палатке стало пугающе тихо. Он медленно спустился по ступенькам. Мне пришлось бороться с желанием попятиться, когда мы встали лицом к лицу.

— Итак, что ты скажешь, Алина Старкова? — приветливо спросил он.

Я сглотнула. В горле пересохло, а сердце забилось быстрее, но я знала, что должна ответить. Должна заставить его понять, что не прикладывала свою руку к этому происшествию.

— Это какая-то ошибка, — хрипло ответила я. — Я ничего не делала. И не знаю, как мы выжили.

Дарклинг, похоже, стал обдумывать мои слова. Затем сложил руки и склонил голову вбок.

— Итак, — продолжил он, погруженный в свои мысли. — Мне нравится думать, что я знаю обо всем, что происходит в Равке, и что если бы в моей стране жила Взывательница Солнца, я бы был об этом осведомлен. — Толпа согласно забормотала, но он проигнорировал их, внимательно наблюдая за мной. — Но что-то могущественное остановило волькр и спасло королевский скиф. — Он замолчал, будто ждал, что я решу эту головоломку за него.

Я упрямо подняла подбородок.

— Я ничего не делала. Абсолютно ничего.

Уголок губ Дарклинга дернулся, будто он пытался подавить улыбку, пробегая по мне взглядом с головы до ног. Я почувствовала себя блестящей побрякушкой: словно диковинка, выбросившаяся на берег озера, которую он может пнуть своим ботинком.

— Твоя память столь же ненадежна, как и у твоего друга? — он кивнул на Мала.

— Я не… — я запнулась. Что я помнила? Ужас. Тьму. Боль. Кровь Мала. Жизнь покидала его под моими руками. Ярость, наполнившая меня при мысли о собственной беспомощности.

— Вытяни свою руку, — приказал Дарклинг.

— Что?

— Мы потратили уже достаточно времени. Вытяни руку.

Я почувствовала холодный укол страха. В панике огляделась вокруг, но помощи искать было неоткуда. Солдаты с каменными лицами смотрели перед собой. Выжившие со скифа выглядели напуганными и усталыми. Гриши поглядывали на меня с любопытством. Девушка в синем ухмылялась. Лицо Мала стало еще бледнее, но в его обеспокоенных глазах не читался ответ. Дрожа от страха, я протянула свою левую руку.

— Закатай рукав.

— Я ничего не делала.

Я не собиралась говорить это вслух, и мой голос звучал тихо и напугано. Дарклинг с ожиданием смотрел на меня. Я закатала рукав. Он вытянул руки, и меня окатило ужасом, когда я увидела, как его ладони наполняются чем-то черным, что объединялось и крутилось в воздухе, как чернила в воде.

— Теперь, — сказал он все тем же тихим, успокаивающим голосом, будто мы сидели на чаепитии, а я не дрожала перед ним от страха, — давай посмотрим, на что ты способна.