Пари на Тихоню - Тина Дорофеева

– Не обсуждается. Не доходит через уши, будем, значит, по-другому доносить.

Сжимаю губы, чтобы не начать материться.

– Это несправедливо, – цежу сквозь стиснутые зубы.

– А кто тебе сказал, что жизнь справедлива? Накосячил – умей ответить за свой поступок! В следующий раз ограничишься простым хуком, а не силовым.

– Да он, между прочим, чуть меня там не придушил. Это было бы лучше?

Меня взрывает. Ненавижу, когда меня отчитывают, и ненавижу, когда меня наказывают. А тут комбо, мать его! Да ещё и ни за что!

– Было бы лучше, если бы ты держал свою задницу дома, как я вас и прошу перед серьезными соревнованиями. Чтобы вы лишний раз не влипали в неприятности. Но кто ж меня слушает, да, умники?

Тренер разворачивается к пацанам, которые усиленно делают вид, что впахивают. Они замирают.

– Всем понятно, что не стоит шататься по темным углам и получать по роже? Лучше сидеть дома и попивать белковые коктейльчики свои! Надеюсь, пример Димы будет вам уроком.

– Ага, уроком, чтобы никому не помогать, – ворчу под нос, но Саныч слышит меня.

Поворачивается и качает головой.

– Вот знаешь, я думал, ты намного умнее, но, видимо, придется тебе по буквам все расписать.

– Ну, распишите, а то я не все догоняю, – складываю руки на груди и выгибаю бровь.

Санычу не нравится, что я так вызывающе себя веду, но он, скрипя зубами, подталкивает меня к тренерской.

Я молча подчиняюсь. Подвергать авторитет тренера перед пацанами сомнению я не собираюсь. Но понять, за что меня наказывают, я обязан. Чувствую, без скандала с Санычем ни черта выяснить не удастся.

– Садись, – кивает на лавку у стены, а сам устало падает в свое кресло и трогает переносицу.

– Вот знаешь, Дим, я думал, что ты парень посдержаннее и поумнее, но вчерашний закидон слегка меня шокировал.

– Ну, Артем Александрович, я реально не врубаюсь, что не так? Я же спасал девушку! – зарываюсь в свои отросшие волосы и шумно выдыхаю.

Тренер откидывает голову на подголовник и прикрывает глаза.

– Вот представь такую ситуацию. Ты не рассчитываешь удушающий, и мужик вырубается с концами. Девочку спас, а сам попал в тюрягу. Отличное будущее, правда?

– Да ничего не было бы, – рычу от бессилия, – откуда вообще у вас эта запись взялась?

Тренер выгибает бровь и грозно стискивает кулаки.

– Птичка хорошая на хвостике принесла. А ты бы предпочел, чтобы я был не в курсе?

Не думая, угукаю и тут же кусаю себя за щеку. Тренер встречается со мной взглядом.

– Дим, ну я вам столько дал уже. Ты мог выбрать безопаснее способ защититься? Я вам тысячу раз объяснял, такие приемы не для подворотен. Они для спорта. Потому что на ринге ты собран, а вот в такой ситуации ты можешь быть на панике и это закончится плачевно. Обычный мордобой – да пожалуйста, а вот так – нет.

Качает головой. И до меня потихоньку начинает доходить, что он пытается до меня донести.

– Я ценю тебя как бойца, – он вздыхает, и я предчувствую дальнейшую задницу, – но ты слишком стал уверен в себе. Тебе надо взять паузу.

Вскакиваю на ноги и сжимаю кулаки.

– Да не надо мне никакой паузы, тренер! Да бои – это моя жизнь, я не могу выпасть из обоймы.

– Ты и не выпадешь. Один бой пропустишь, ничего страшного. Зато в следующий раз будешь думать.

Стучит пальцем по виску.

Спорить? Да бесполезно! Я знаю, что если Саныч что-то для себя решил, то переубедить его невозможно. Будет ещё хуже, но решения своего он не поменяет.

Костян один раз так поспорил и вылетел из обоймы на неделю. Просто отстранили от тренировок. Чтоб место свое знал.

А мы с пацанами так долго уже в этом всем варимся, что для нас выпасть даже на пару дней равносильно маленькой кончине. Десять лет в спорте. Мы все уже прошли, казалось бы. И Саныч нас знает как облупленных. Знает, на что надавить, чтобы мы стали послушными и делали, что он скажет.

Но никто из нас с пацанами ни разу не переметнулся в другую команду. Хотя звали, да.

Были верны своему тренеру. Именно он из нас сделал тех, кем мы сейчас являемся.

Да и сейчас мы ни за что не променяем Саныча. Он лучший из лучших, и нас он сделал лучшими. Именно поэтому нас всюду зовут и пытаются переманить.

– Понял все?

Угукаю и собираюсь выйти, но в последний момент задерживаюсь у двери.

– А тренироваться-то можно?

Тренер поднимает на меня глаза и кивает.

– И на том спасибо.

– Сейчас передумаю, – рявкает.

А мне не надо дважды повторять. Сваливаю и оказываюсь в зале, где пацаны уже борются друг с другом.

Меня обступают Костян с Витом и вопросительно кивают.

– Да что, бой один пропускаю.