Осколок счастья - Дана Хадсон

Вуд усмехнулся. Он подозревал, что Сара и не знает, что это такое, быть просто богатой особой, не говоря уж о превосходных степенях.

Они нашли свободный столик в глубине затененного зала и заказали темное пиво по-ирландски. Просто потому, что никогда его не пробовали. Сделав осторожный глоток, Сара признала:

– Ничего, пить можно.

Вуду пиво показалось сладковатым, слишком женским, но он промолчал, не считая нужным говорить о подобной мелочи. Ему было так хорошо рядом с улыбающейся девушкой, что он без колебаний проглотил бы пару унций бензина и не поморщился.

– А что за статья, за которую тебе заплатили?

Она слегка зарумянилась.

– Да так, мелочь. Статья по болезням для женского журнала. Ну, что делать, когда простуда, грипп, и так далее.

Вуд с возросшим уважением посмотрел на нее. Сам он никогда и не пытался написать что-либо подобное. Вершиной его успехов в беллетристике было письмо президенту Британского национального банка, продиктованное им секретарше.

Сара поправила воротник тонкого шерстяного свитера, и Вуд судорожно облизнул губы. Ему так захотелось стянуть с нее это серое одеяние и прижаться губами к нежной коже, что пришлось отвести глаза в сторону, боясь, что она догадается о его крамольных мыслях. Несколько минут он тупо пялился в стену, но Сара притягивала его взгляд, как магнитом, и он, не выдержав, снова посмотрел на нее. От Сары веяло теплом и неразбуженой чувственностью. Вуд ласкал ее взглядом, стараясь делать это незаметно, но она все равно почувствовала его жаркий взгляд и тихо попросила:

– Не надо, пожалуйста.

Вспомнив, что однажды она уже стала жертвой обмана, Вуд целомудренно потупил взгляд. Он теперь и сам не понимал, чего же хочет. Было ясно одно, Сара не из тех женщин, с которыми можно переспать и, расставшись, спокойно идти по жизни дальше. И дело даже не в том, что она этого не позволит, а в том, что он не сможет потом от нее отказаться!

Эта отрезвляющая мысль заставила его по-новому взглянуть на их знакомство. У него возникло чувство, которое испытывает человек, увязший в зыбучих песках. Может быть, эти чреватые неизвестностью отношения стоит поскорее прервать? Просто не искать больше встреч, пока он не увяз еще глубже? От этой мысли в глубине души возникла жаркая волна протеста, и Вуд понял, что убегать поздно.

Сара рассеянно смотрела в пенистую глубину бокала, о чем-то задумавшись, и Джордж, испугавшись, что она снова думает о Стиле, громко спросил:

– Что ты делаешь завтра?

Вздрогнув, она вырвалась из своих мечтаний и повела плечами, освобождаясь от дум.

– Учусь. Как обычно. А что?

– Я хотел пригласить тебя куда-нибудь.

Сара с тихим вздохом сожаления отпила небольшой глоток пива.

– Не могу. Я занята до уик-энда. Вернее, до воскресенья. Выпускной курс, сам понимаешь.

Для Вуда это оказалось настоящим ударом. Он-то надеялся, что они будут встречаться хотя бы через день. Пришлось признать, что он не нравился ей так, как она нравилась ему. В его жизни это произошло впервые, и это оказался весьма болезненным уроком.

Стараясь не показать, как ему больно, Вуд небрежно взмахнул рукой.

– Конечно, понимаю. Я еще помню то время, когда сам заканчивал колледж. Хотя потом мне и пришлось сдавать много разного рода экзаменов, но все же то время было самым напряженным. Но неужели ты вовсе не отдыхаешь? Так ведь нельзя. Перенапряжение может сказаться самым неожиданным образом.

– Почему же, отдыхаю. Например, сейчас, с тобой. Если б не ты, я бы зубрила биохимию, мне послезавтра сдавать зачет.

– Уверен, ты и без того сдашь его превосходно. Ты же зубрилка, думаешь, я не заметил? Из тех, что обожают раскладывать все по полочкам. Даже чувства.

Она смешалась и смущенно засмеялась.

– Ну, ты прав. Немножко. Надеюсь все же, что я не настолько педантична, чтобы планировать любовь или другие сильные чувства. Я верю, что любовь приходит сама, и прогнозировать ее приход невозможно. Хотя учебу, карьеру, даже рождение детей вполне можно планировать. В известных пределах, естественно.

– Тогда, может быть, ты поедешь со мной в Лондон в эту субботу?

Сара вмиг насторожилась.

– Зачем?

Вуд постарался снизить свой напор и пояснил как можно индифферентней:

– Просто отдохнуть. Сменить обстановку. Если ты останешься здесь, то все равно будешь думать об экзаменах.

– И где же ты предлагаешь мне остановиться в Лондоне?

– У меня, конечно. – Она возмущенно сверкнула глазами, и Вуд поспешил уточнить: – Не думай ничего такого. Со мной живет чета Тревис. Миссис Тревис вполне сойдет за дуэнью. Она дама строгая и никакого разврата под одной с ней крышей не потерпит. Да и я буду сама скромность, обещаю.

– Но что мы там будем делать?

Вуду очень хотелось честно признаться, чем он хочет с ней заняться, но честность в этом случае была бы сродни самоубийству.

– Сходим в театр. В «Глобусе» идут «Венецианские любовники».

– Но ведь там придется стоять?

– Зачем? Там же есть места для аристократов, хотя и деревянные скамьи, но все же можно сидеть.

Сара покачала головой.

– Обещают дожди, а в театре нет крыши. Не хочется мокнуть под дождем. Может быть, выберем что-нибудь более цивилизованное?

– Хорошо, куда ты хочешь?

– Я бы сходила в Уигмор Холл. Там великолепная акустика. Правда, не знаю, кто там сейчас выступает.

– Договорились, я позабочусь о билетах. После спектакля можно будет заскочить в ресторан. А закончить вечер в ночном клубе. Ты любишь танцевать?

Сара растерялась.

– Не знаю. Мне не часто доводится танцевать. У меня и наряда соответствующего для ночного клуба нет. Да и для ресторана – тоже.

Вуд равнодушно пожал плечами.

– Мы ведь можем пойти в обычный, не элитный, клуб. Так что ничего страшного, если ты будешь в будничном платье. Сейчас многие так ходят. Главное, чтобы тебе в нем было комфортно.

Сара не могла ни на что решиться. Видно было, что ей хочется поехать, но какие-то непонятные Вуду опасения останавливали ее.

Он нежно улыбнулся и попросил:

– Поедем! Обещаю, тебе понравится.

Сара внимательно посмотрела в его склоненное к ней лицо. На нем застыло нежно-просительное выражение, и она не смогла отказать.

– Хорошо. Но я буду готова не раньше шести часов вечера. Не знаю, сколько продлится семинар. Обычно преподаватель опрашивает всех и раньше никого не отпускает.

Вуд твердо пообещал:

– Ерунда! Я буду ждать столько, сколько нужно. Да и Кебридж не так уж и далеко до Лондона. По скоростной трассе доберемся за какой-нибудь час.

Для Вуда опять потянулись нескончаемо длинные дни. Он даже делами в фирме занимался по инерции, все его интересы теперь сводились к милой девушке из Кембриджского университета. Как мог, он подготовился к ее визиту в свой дом. Для начала позвонил чете Тревис, велел приступить к своим обязанностям в пятницу. Предупредил, что у него будет гостья и попросил не ударить в грязь лицом. От этого высокопарного выражения миссис Тревис поперхнулась и полузадушенным голосом пообещала сделать все, что в их силах. Потом позвонил секретарше и попросил достать билеты в Уигмор Холл на эту субботу.