Унаследованный Армагеддон - Дэвид Вебер

Наблюдая за женщиной, покрытой толстым слоем пыли, Геб подумал, что и имперцам приходилось достаточно сложно, хотя у них была поддержка биотехники. У землян ничего подобного не было, а ведь их примитивное оборудование требовало гораздо большей мускульной силы. Однако в распоряжении Гора было менее пяти тысяч имперцев, и только около трех тысяч из них можно было задействовать на строительных работах, а многочисленные ПЦО являлись лишь частью грандиозного замысла Геба, исполнить который было необходимо в любом случае. В связи с тем, что усовершенствованных людей и соответствующей техники было так мало, у Геба не было другого выбора, кроме как использовать примитивные технические средства, которые могла предложить Земля. По крайней мере, он мог обеспечить подъем необходимого оборудования, материалов и топлива на силовых лучах.

Около него припарковался одноместный гравитационный скутер, из которого вылез Тегран, старший имперец «Эскорпиона». Он начал пробираться сквозь густые клубы пыли в сторону Геба, на ходу надевая защитные очки, чтобы наблюдать за работой буровой установки.

Тегран был намного моложе Геба, по крайней мере биологически. Но его лицо казалось изможденным, кроме того, он очень похудел с тех пор, как вышел из стазиса. Геба это не удивляло. Тегран лично не сделал землянам ничего плохого, но, как и большинство имперцев освобожденных из стазиса, работал до изнеможения, стараясь загладить грехи прошлого.

Буровая головка отключилась, и оператор отогнала установку от пробуренной скважины. Бригада землян, оснащенная имперским оборудованием, засуетилась со своими измерительными и испытательными приборами, затем их главный поднял большой палец, выражая одобрение. Женщина, покрытая пылью, ответила ему тем же жестом и повела установку по направлению к другой рабочей площадке, а Геб повернулся к Теграну.

– Неплохо, – сказал он. – Потребовалось чуть меньше двадцати минут, чтобы пробурить стопятидесятиметровую скважину. Совсем неплохо.

– Хм, – сказал Тегран, подошел к краю котлована шириной в полсотни метров, которому предстояло стать вместилищем пусковой установки гиперракет, и придирчиво осмотрел его оплавленные стены.

– Лучше, чем было, но думаю, что можно повысить КПД этой установки процентов на пять, если еще немного подправить программу.

– Подожди-ка, Тегран, ведь ты уже и так урезал допуски донельзя!

– Не стоит так беспокоиться. – Тегран натянуто улыбнулся. – У оборудования достаточно запаса прочности. Если я сокращу плановую продолжительность эксплуатации, скажем, лет до трех вместо двадцати, то смогу насиловать оборудование, не рискуя людьми. А поскольку в нашем распоряжении только два года на то, чтобы закопаться…

Он пожал плечами, не закончив фразы.

– Ладно, – произнес Геб после минутного размышления, – только покажи мне данные до того, как внесешь какие-нибудь изменения. Еще мне нужна копия программного обеспечения. Если тебе удастся задуманное, то я хочу, чтобы его получили все прочие стройки.

– Хорошо, – согласился Тегран и направился назад к скутеру, Геб последовал за ним. Забираясь в кабину, имперец спросил нарочито безразличным тоном:

– Я слышал, предполагается усовершенствование невоенного персонала?

Геб задумчиво посмотрел на него. Многие из имперцев проявляли недовольство этой идеей, потому что цивилизация Империума была, по земным меркам, невероятно древней. Несмотря на возможность сверхсветовых путешествий, перенаселенность центральных планет привела к политике ограничения применения полного усовершенствования (и, соответственно, продления срока жизни до нескольких сот лет) только военными и колонистами. Геб считал, что в частности поэтому у Флота никогда не возникало трудностей с набором рекрутов, даже при минимальном сроке службы в полтора века. И поэтому проводимая Гором политика полного усовершенствования каждого взрослого землянина оскорбляла чувства некоторых пуристов-имперцев.

Но все же Геб не предполагал, что Тегран был одним из них, так как начальник проекта, как никто другой, должен был знать, что даже усовершенствуй они каждого человека на планете, даже располагая необходимым для этого временем, им все равно будет не хватать людей, чтобы противостоять вторжению ачуультани.

– Мы начинаем на этой неделе, – наконец сказал он. – А что?

– Ну-у-у-у… – Тегран обернулся и посмотрел на удаляющуюся буровую установку, затем окинул взглядом рабочую площадку. – Хотел первым подать заявку. Здесь у меня есть много работы для них, и…

– Не беспокойся, – перебил его Геб, скрывая облегчение, – они нам нужны везде, но строительству ПЦО отдается приоритет. Я не хочу, чтобы рабочие с имплантантами простаивали, поэтому постараюсь, чтобы количество операторов соответствовало имеющемуся оборудованию.

– Хорошо! – Тегран поправил защитные очки, и его скутер поднялся на метр от земли. Неожиданно он широко улыбнулся своему боссу: – Эти земляне – удивительный народ, Геб. Они работают до тех пор, пока не свалятся с ног, а потом встают и снова начинают работать. Усовершенствуй мне достаточно их, и я, черт меня дери, построю еще один «Дахак»!

Он махнул рукой и исчез в бедламе, а Геб улыбнулся ему вслед.

Он стал слишком стар. Гор думал об этом уже в миллионный раз. Он зевнул, потянулся, поднялся из-за рабочего стола и взял с подноса чай со льдом. Зависимость от кофеина не была обычным делом для Империума, но ему едва исполнилось шестьдесят, когда он оказался на Земле. Продолжительность погружения в культуру взяла свое.

Он прошел вдоль стеклянной стены своего кабинета, находящегося на самом верху Белой Башни, всматриваясь в суету Шеппардского центра. Ракеты ушли в прошлое, но сейчас необозримое поле было даже тесновато для бессчетного количества имперских летательных аппаратов и досветовых космических кораблей – эсминцев, крейсеров, линкоров и транспортов. И это была лишь одна база. Самая большая, но все же одна из многих.

Первые усовершенствованные земляне сейчас занимались на тренажерах. В течение месяца Гор соберет костяк экипажей для всех оставленных «Дахаком» боевых кораблей, еще через полгода у него будут команды для кораблей меньшего размера, а также пилоты для истребителей. Конечно, у них будет маловато опыта, но они будут в наличии, а опыт наберут быстро.

Может быть, даже достаточно быстро.

Он вздохнул и приступил к работе. Тревогу еще можно было терпеть, а вот депрессию – нет, но она была неизбежна, особенно когда он вспоминал о бездумной юношеской страстности, которая привела его к восстанию против Империума.