Демон. Книга 1 - Василий Горъ

Впрочем, Ира и сама старалась работать на износ. И не только потому, что Волков ей нравился – фраза, сказанная кем-то из ребят в коридоре возле тира, больно задела ее самолюбие:

– Здорово, что ты – не баба! Вот начнутся полевые занятия, и смешанные пары займут те места, которые им положены по определению: последнее и предпоследнее! Кому нужны эти демоницы?

Определить личность автора изречения Ирине так и не удалось. Но уязвленная гордость заставила ее 'жить' за тренажерами. Ведь Демоны-мужчины изначально обладали большей массой и силой! Чтобы противопоставить им хоть что-то, ей приходилось рвать и мучить свое тело в таких режимах, что даже Виктор как-то заметил:

– Ира! Что ты так уродуешься? Чего тебе не хватает?

– Скорости, техники, знаний… – буркнула она.

– Со временем появится…

– Я не хочу 'со временем'. Мне надо стать лучшей уже сейчас…

– Уверена? – без тени улыбки поинтересовался он. И, услышав ее утвердительный ответ, вздохнул: – Хорошо. Чем смогу – помогу.

И не обманул…

…Первые сдвиги в уровне своей подготовки Орлова начала чувствовать уже недели через три. И почти во всех изучаемых на пару дисциплинах. Адаптировавшись к безумной пластике техники рукопашного боя Оборотней и к возможностям, предоставляемым ей БК и новыми способностями организма, Ира стала чувствовать себя намного увереннее. Причем не только в спаррингах, но и во время занятий по ТСП , а так же при выполнении смешанных тестов, требующих согласованной работы мысли и тела в условиях замедления времени. Единственное, в чем Волков оставался недостижим – это в технике пилотирования. То, что он вытворял, оказываясь в рубке корабля практически любого класса, назвать иначе, как фантастикой не получалось.

Он выигрывал все бои без исключения. Против одного или пары противников. На кораблях заведомо более низкого класса против более высокого.

Казалось, что он не просто летал, а жил своим кораблем. И чувствовал точки концентрации силовых полей и кратчайшие промежутки времени, необходимые для смены их конфигурации для отражения атаки не разумом, а кожей. Часть маневров, выполняемых им походя, не могли повторить даже Семенов и Вильямс. Без пяти минут пилоты-истребители. А штурмовик Форд вообще отказывался понимать, за счет чего летает управляемая Виком машина. По его мнению, то, что он делал, почти противоречило законам физики.

Правда, Волкову все это давалось далеко не просто: вваливаясь в комнату после очередного тренировочного дня, он не всегда дожидался своей очереди в душ. Иногда, выбравшись из кабинки, Орлова обнаруживала парня спящим. И… слегка расстраивалась. А потом, завалившись в кровать, начинала мечтать о его взгляде, прикосновении или поцелуе…

Увы, мечты так и оставались мечтами – Виктор не замечал ее даже тогда, когда, решив, что ей необходимо увидеть в его глазах хоть искорку желания, Ира начала мотаться по комнате в одних трусиках. В душе сгорая от стыда и стараясь не вспоминать, что в Академии ее называли Недотрогой. И продолжала это делать достаточно долго. Пока, просматривая результаты контрольных тестов, не обратила внимания на первую страничку файла, в который обычно не заглядывала. Цифры, указанные там, убили ее наповал:

Ирина Орлова. Рост: метр девяносто восемь. Вес: девяносто пять килограммов…

'Дура!!! Что ты творишь? Да ему на тебя наплевать! Скажи, ну какой интерес можно испытывать к погрузочному роботу?' – мелькнуло у нее в голове, и… Орлова начала принимать антидепрессанты…

Глава 6. Майор Родригес.

Капитан Плетнев, как обычно, ввалился в кабинет Рамона без приглашения. И, рухнув в свое любимое кресло рядом с виртуальной имитацией древнего камина, развернул перед собой голограмму монитора. Поздороваться с начальством он тоже не сообразил, так как вообще плохо понимал, что такое время. Рабочий день этого фанатика от науки не имел четко очерченных границ, и если бы не специально приставленный к нему ассистент, в буквальном смысле слова контролирующий элементарные функции его организма, Дмитрий давно умер бы от истощения. Обижаться на человека, перманентно пребывающего в дебрях цифр, графиков и файлов, и живущего одним Проектом, было бессмысленно. Поэтому заметив, что гость ушел в обдумывание одному ему известной проблемы, майор решил напомнить о себе.

– Привет, Дима! – выйдя из-за рабочего стола, поздоровался он, и, обойдя кресло Плетнева сзади, посмотрел на изобилующий красными линиями график. – Что тут у тебя интересного?

– А, это ты? – с трудом сфокусировав взгляд на стоящем за плечом начальнике, буркнул ученый. – Слушай, а я ведь как раз собирался к тебе зайти. Как вовремя ты нарисовался. У меня тут интересная информация появилась. Думаю, что ты должен с ней ознакомиться…

Сбивать Плетнева с мысли не стоило, поэтому рассказывать о том, что Дмитрий в настоящее время находится в его кабинете, Рамон не стал. Вместо этого сдублировал сигнал, идущий к монитору Плетнева на ближайшую стену, и приготовился слушать объяснения.

– Итак, если отталкиваться от начальных показателей пары Волков-Орлова, то общая картина выглядит просто прелестно. И парень, и девушка развиваются стабильно, в пределах погрешности аналитической модели пять-сорок два-тринадцать, и совершают качественные скачки даже раньше, чем мы рассчитывали.

Работа психологов тоже выше всяких похвал – ключевая фраза номер… – Плетнев на мгновение отвлекся от графика, вызвал сопряженную ссылку, и, отыскав нужный файл, ткнул пальцем в его расширение – вот этот самый, как и рассчитывали, больно задела самолюбие Орловой. Девочка-отличница не захотела быть 'последней или предпоследней'. И с головой ушла в тренировки. В результате рост ее показателей по ряду дисциплин превзошел мои самые смелые ожидания. Смотрите – по рукопашному бою она занимает виртуальное третье место. Тир – второе, причем отстает от Конти на несчастные двадцать три балла. ТСП – третье. Астронавигация – второе. Идиллия, не правда ли?

– Меня тоже очень радует эта пара… – осторожно поддакнул ему Рамон.

– Чему тут радоваться, а? – возмущенно вскочив с кресла и начав ожесточенно жестикулировать, завопил Плетнев. – У вас что, глаз нет? Вы когда в последний раз анализировали ее меню?

Пробежав пальцами по сенсорам комма, Родригес вывел на монитор нужную информацию, просмотрел динамику увеличения калорийности пищи и непонимающе уставился на помощника:

– Потребление белка – в норме… С углеводами чуть-чуть перегибает, а в остальном…

– А в остальном тут полная жопа… – не стесняясь в выражениях, перебил его ученый. – Какие нафиг углеводы и белки? Энергетическая ценность еды – это еще не все! Напомните-ка мне, где мы нашли эту девицу?