Планета колдовства - Андрэ Нортон

– Может, это и будет проблемой, – мягко сказал Азаки, – но на Хатке воду можно найти не только в ручьях.

– Фрукты? – спросил Тау.

– Нет, деревья. Ламбрило не охотник и поэтому не может знать, где и когда сработает его колдовство, если авария флиттера не подстроена. Здесь земли львов и расстояния между ручьев большие. Но над нами джунгли, а там есть деревья с водой, которой, думаю, мы можем пользоваться без опаски. Но сначала мне нужно найти Нумани и доказать ему, что скальная обезьяна была галлюцинацией, а не демоном. – Он повернулся и чуть не бегом направился вниз по склону, куда скрылся Нумани.

– Что это за вода в деревьях? – обратился Дэйн к капитану Джелико.

– Здесь есть не слишком распространенные деревья с утолщенным стволом. Они, чтобы не погибнуть во время сухого сезона, весь дождливый период запасают воду. Так как недавно закончился сезон дождей, то мы можем, если удастся найти хотя бы одно такое дерево, запастись водой. Как насчет этого, Тау? Сможем мы ее пить без дезинфектанта?

– Вероятно. Тут надо выбирать из двух зол, сэр. Если мы и заболеем, то у нас есть лекарства. Лично я предпочитаю бороться с болезнью, чем пить воду с одурманивающим наркотиком... А пока мы можем немало пройти без воды...

– Хотелось бы мне немного потолковать с Ламбрило, – мягко заметил Джелико, но тон его был очень обманчивым.

– Я тоже намерен это сделать, когда мы снова встретимся! – поддержал его Тау.

Дэйн завернул пробку своей фляжки. У него стало вдвое суше во рту с тех пор, как он узнал, что вода во фляжке отравлена и ее нельзя пить.

– Каковы наши шансы, сэр? – спросил он.

– Не знаю. То, что произошло, это только игрушки, – ответил Тау, запечатывая аптечку. – Хорошо бы найти одно из этих деревьев до захода солнца. Что-то нет у меня желания увидеть сегодня еще одну скалу-палец.

– Но почему леопард? – задумчиво спросил Джелико. – Еще один случай использования внушения для борьбы с галлюцинацией? Но здесь не было Ламбрило и его внушения, которое следовало бы подавить.

Тау подпер рукой подбородок.

– Право, не знаю, сэр. Возможно, я смог бы заставить обезьяну исчезнуть без противодействующей проекции, но не думаю. С этими галлюцинациями лучше всего бороться, противопоставляя одно видение другому в пользу последнего. И я не могу даже вам сказать, почему я выбрал именно леопарда. Просто он мне пришел в голову, как наиболее ловкий и сильный зверь из тех, которые вспомнились мне в тот момент.

– Лучше вам иметь в запасе побольше таких зверей, – сказал Джелико, демонстрируя свой мрачный юмор. – Если нужно, я могу добавить вам еще несколько. Однако разделяю вашу надежду, что нам не встретится больше скал, напоминающих палец. А вот и Азаки возвращается со своим сбежавшим парнем.

Главный лесничий шел, поддерживая Нумани, все еще, казалось, не полностью пришедшего в себя. Тау поспешно встал, надо было торопиться.

Ведь могло случиться, что поиски водяного дерева затянутся и, возможно, надолго.

Глава 5

Они вернулись в джунгли, оставив позади оказавшийся таким предательским склон. Но на протяжении оставшихся до темноты светлых часов стало ясно, что Азаки был слишком оптимистичен в надежде быстро найти водяное дерево. Они шли теперь по узкому языку земли, ограниченному с одной стороны лесом, а с другой – болотом. От Нумани, все еще находившегося в состоянии шока, было мало проку. Космонавты, незнакомые с местностью, не осмеливались отходить от хаткиан. Поэтому они жевали одни только концентраты, не решаясь пить. Дэйну очень хотелось выпить воды из своей фляжки. Вода, столь доступная, была непрерывной пыткой. Теперь, когда они отошли далеко от склона и от опасности, все стали поспокойней.

Только осторожность, вбитая в каждого вольного торговца, служила тормозом его жажде.

Джелико провел тыльной стороной ладони по растрескавшимся губам.

– Предположим, мы бросим жребий и кто-то из нас выпьет, а один или двое нет. Не сможем ли мы так поступать, пока не перейдем через горы?

– Я не хотел бы пробовать этот вариант, пока у нас есть другие шансы.

Трудно сказать, долго ли действует наркотик. Я даже не уверен, долго ли я смогу в таких условиях распознавать галлюцинации, – обескураживающе ответил Тау.

Если кто-нибудь из них и спал в эту ночь, то только урывками. Чувство опасности, как и прошлой ночью, охватило их и не давало спать.

Непреодолимый усиливающийся страх крепко оседлал их. И раньше в джунглях все время слышны были звуки – крики невидимых птиц и зверей, иногда шум падающего дерева, но то, что вскоре после восхода солнца заставило их очнуться от ночных кошмаров, не было ни криком птицы, ни шумом падающего дерева. Трубный рев и треск ломаемой растительности возвещали о настоящей опасности. Взгляд Азаки с тревогой обратился на север, хотя там ничего не было видно, кроме нетронутой стены джунглей.

– Грасы! Бегущие грасы! – вскричал Нумани, присоединяясь к своему начальнику.

Джелико поднялся на ноги с такой стремительностью и с таким выражением лица, что Дэйн сразу понял, насколько серьезно их положение.

Капитан повернулся к своим людям с коротким приказом:

– Вставайте! Мы должны подняться обратно на склон. Быстрее на гору! потребовал он у главного лесничего.

Азаки все еще прислушивался и казалось – не только ушами, но и всем телом. Три похожих на оленя животных, за которыми они раньше охотились для пропитания, выскочили из джунглей и промчались мимо людей, будто не видя их. Следом, не как охотник, а как предмет охоты, появился лев и его черно-белое тело четко обозначилось в утреннем свете. Он зарычал, показав клыки, и исчез одним огромным прыжком. Пробежали еще животные, подобные оленям в сопровождении каких-то небольших существ, промелькнувших слишком быстро, чтобы их как следует распознать. За ними двигалась бессмысленная ярость разрушения, сопровождавшая путь сквозь джунгли самых крупных млекопитающих на Хатке.

Они начали подниматься по склону, когда Нумани предостерегающе вскрикнул. Белый грас-самец, с трудом различимый в утреннем свете, направлялся к ним. У Дэйна сохранилось мимолетное впечатление изогнутых бивней, влажно-красного открытого рта, достаточно широкого, чтобы проглотить голову целиком, лохматых ног, движущихся с невероятной скоростью. Азаки выстрелил в приближающегося граса из иглоружья.

Смертельно раненное животное зарычало, но продолжало двигаться к ним, пока не упало замертво не более, чем в двух ярдах от главного лесничего.

Дэйн с тревогой смотрел на мертвого самца, но на этот раз никакого чуда не произошло. Грасы не были галлюцинацией. Но от этого было не легче.

Злоба скальных обезьян, хитрость местного хаткианского льва меркли перед буйством разъяренного стада грасов. Из джунглей выскочил еще один раздраженный самец и направился прямо к ним. Позади него из джунглей высунулась третья клыкастая голова, и ее глаза искали врага.

– Вот как! – холодно заметил Джелико, прицеливаясь из бластера в приближающегося граса.

Второй самец залаял почти по-собачьи, когда заряд бластера Джелико угодил ему в голову. Ослепленное животное отвернуло в сторону и побежало вверх, на гору. Третьего граса встретил выстрелом из иглоружья Нумани, Главный лесничий выскочил из-за прикрывавшей его скалы и, подбежав к капитану, вытащил его на открытое место.

– Надо уходить! Здесь мы их атаки не выдержим!

Джелико с этим согласился.

– Пошли! – рявкнул он Тау и Дэйну.

Они побежали вдоль склона, но перед ними были скалы, на которые нелегко было бы подняться и в обычных условиях. Упали еще два граса, один замертво, другой – тяжело раненным. Позади них из джунглей показывались все новые белые головы. Трудно сказать, какая первоначальная причина вызвала паническое бегство животных, но теперь страх и гнев грасов сосредоточились на людях. Несмотря на все свои попытки найти место для подъема, люди оказались как в западне, зажатые между джунглями внизу, где пробиралась основная масса грасов и крутой стеной. Будь у них время, люди могли бы, наверное, взобраться на эту стену, но сейчас они не могли позволить себе такой попытки.

Выступ, по которому они бежали, повернул на юго-восток и вскоре кончился. Подойдя к его краю, они взглянули вниз. Перед ними расстилалась равнина, покрытая желто-серой грязью, кое-где усыпанной группами деревьев.

Повсюду были разбросаны островки, покрытые перепутанной массой кустарника, тростника и травы. Вся растительность на равнине была белесого цвета и выглядела больной. Это было болото Мигра.

– Прекрасно. – Тау осмотрелся. – Что мы теперь будем делать? Полетим по воздуху? А что используем вместо крыльев и двигателей?

– Мы должны спуститься туда, – крикнул Азаки и показал вниз иглоружьем.

– Я покажу вам, что надо делать, – выступил вперед Нумани. – Надо добраться до островков, покрытых растительностью.