Харбин. Вера и отчуждение. Христианские меньшинства российской диаспоры Северо-Восточного Китая - Ксения Игоревна Родионова

гражданской части поляка Бронислава Людвиговича Громбчевского, который в дальнейшем поддерживал польские национальные сообщества и католическую церковь108.

Еще один факт, указывающий на терпимость и уважение к католической вере, был описан свидетелем событий, инженером и польским общественным деятелем Казимиром Гроховским. Он упоминал, что все строительные материалы, оставшиеся после сноса старой церкви в Корпусном городке, были пожертвованы Военно-инженерным советом КВЖД для постройки нового костела109. В то время города и станции железнодорожной магистрали остро нуждались в строительных материалах. Передача их католической общине была благотворительным актом.

А. Шпиганович в конце 1902 года покинул российский Дальний Восток, по распоряжению Могилевской архиепархии он был назначен куратом Омской римско-католической церкви110. Вновь харбинцы остались без священника и, соответственно, без местного управления. Для самоорганизации и официальных обращений весной 1903 года в Харбине был избран Распорядительный комитет во главе с председателем С. Маховским и секретарем В. Лазовским. Они подали прошение о создании в городе Римско-католического благотворительного общества и направлении в Харбин постоянного священника111. Для удовлетворения религиозных потребностей католиков из Владивостока приезжали священники владивостокского прихода: в 1903 году – ксендз Петр Силович112, в 1904 году – отец Станислав Лавринович113.

В 1904–1905 годах в полосе отчуждения КВЖД временно находились подразделения Маньчжурской армии – формирования вооруженных сил Российской империи. Среди военнослужащих были и католики, увеличилось и количество католического клира. 7 июня 1904 года была учреждена штатная должность римско-католического священника для войск Приамурского военного округа и Квантунской области и причетника при нем114. Чуть меньше, чем через полгода, 25 ноября 1904 года, на время военных действий были учреждены должности римско-католического священника с причетниками при Управлениях 1‐й и 2‐й стрелковых бригад115. Новые назначения не сыграли существенной роли в жизни харбинского католического прихода, так как в первую очередь обслуживали верующих военных частей.

При штабе действующей Маньчжурской армии с 1904 года духовные нужды удовлетворял священник Доминик Доминикович Микшис, назначенный капелланом116. В 1905–1906 годах Харбин служил пунктом эвакуации российских императорских войск. В это время количество католиков в городе увеличилось до 4 тысяч человек117. Хотя количество паствы выросло, период Русско-японской войны был тяжелым временем для Маньчжурии, поэтому сбор пожертвований на строительство костела Церковный комитет приостановил. Он был возобновлен, когда война закончилась, и в том же 1906 году полная сумма для строительства в 60 тысяч рублей была собрана118. Огромная сумма предрекала грандиозное строительство.

С 1901 по 1906 год в городе служил еще один военный капеллан – Доминик Пшилуский, 7 октября 1906 года он заложил краеугольный камень нового храма119. Это действо – почетная миссия для любого священнослужителя, нередко ее выполнял будущий настоятель храма, но о. Пшилуский был в Харбине временно.

В январе 1907 года капелланом Харбинского костела был назначен Антоний Мачук. Судя по всему, церковь в Корпусном городке в то время еще не была разобрана и продолжала работать. Приехав, Мачук стал вести основные службы в костеле, а Пшилуский возглавил Церковный комитет120.

Поляки, в то время бывшие подданными Российской империи, всегда подчеркивали свою национальную идентичность, поэтому в Харбине они организовывали встречи и мероприятия для польского населения Маньчжурии. Когда средства на постройку костела были израсходованы, группа поляков организовала благотворительный бал для сбора средств. Традиция устраивать Польские балы осталась и устоялась. В последующие годы их стало устраивать общество «Господа Польска» (Gospoda Polska), первое собрание которого состоялось 28 октября 1907 года с участием 36 человек121. Организация играла важную роль в жизни Полонии122.

Большинство верующих католического прихода были подданными Российской империи. Небольшое количество католиков составляли иностранцы.

В августе 1908 года в харбинский приход прибыла миссия редемптористов – католического ордена под названием Конгрегация Святейшего Искупителя в составе трех монахов: Владислава Бобосевича, Мартина Нуцковски и Юзефа Палевского. В саду около костела был поставлен черный крест с медной табличкой «В память о св. миссии в Харбине 24 августа 1908» со списком в 45 человек во главе с ксендзом А. Мачуком, которые участвовали в установке креста. Из Харбина монахи миссии направились во Владивосток123. Посещение польскими священниками города было частью их поездки по Сибири и Дальнему Востоку Российской империи. Разрешение представителям конгрегации на миссию было выдано 2 февраля 1908 года министром внутренних дел П. А. Столыпиным124. Поездка монахов стала возможной благодаря «Указу об укреплении начал веротерпимости» от 17 апреля 1905 года. При этом миссионерская деятельность среди православных верующих до 1917 года в Российской империи по-прежнему была запрещена, а миссия редемптористов была направлена исключительно на католиков и имела целью укрепление их веры, благодаря чему конгрегация смогла получить разрешение на осуществление религиозной деятельности в Российской империи.

В 1908 году был официально организован Харбинский католический приход, он, как и другие дальневосточные приходы, структурно вошел в Могилевскую архиепархию Римско-католической церкви. Государство стремилось к тому, чтобы церкви входили в официально утвержденные структуры.

Российские католики на китайской земле

К 1910 году на территории Маньчжурии сложилась крупная российская диаспора, состоявшая из подданных Российской империи. В их числе были и поляки, продолжавшие работать на железной дороге. Польская диаспора стала значимой частью населения полосы отчуждения Китайско-Восточной железной дороги. Не пугала польское население и дальняя дорога, из Варшавы во Владивосток курсировало два поезда, второй был запущен 10 февраля 1912 года125; добравшись до Владивостока, железнодорожники уезжали в Харбин. В полосе отчуждения КВЖД было больше рабочих мест и выше оплата за труд.

С каждым годом религиозная жизнь харбинских католиков все больше оживала и уже в 1909 году был открыт крупный каменный костел в неоготическом стиле, названный в честь св. Станислава и вмещавший до 500 человек. Он находился в харбинском районе Новый город по адресу: Большой проспект, 27. План и контроль за строительством выполнил инженер Николай Казы-Гирей. Освящение храма состоялось 1 августа того же года. Для участия в нем свой первый визит на Дальний Восток нанес архиепископ Могилевской архиепархии Ян Цепляк, прибывший в Харбин из Санкт-Петербурга. Оба торжества стали важным событием для харбинских католиков126.

Изысканный храм с высокими потолками, башней-колокольней и ажурной резьбой, безусловно, стал украшением города. Первоначально костел, окруженный резной оградой, находился на большом незастроенном участке земли, благодаря чему прекрасно просматривался с разных улиц Нового города. Позже на церковных территориях по соседству с костелом были построены и другие здания (жилые и складские помещения,