Сибантийский транзит - Алина Николаевна Болото

class="p1">— Да, сеньор. Если просто хотите угостить, дайте кусочек сыра, а, если желаете удачи в делах — дайте печенье.

Ага, аборигены еще и суеверны! Запомним на всякий случай!

Анджей дал муравью сыр. Ормигас взял его средней парой лап, а верхними принялся отщипывать по крошечному кусочку и отправлять в рот. Усики при этом шевелились, словно маленькие антенны. Похоже, существо блаженствовало.

— Опять эта животина жрет?!

Ормигас вздрогнул, чуть не выронил сыр, пригнулся к сидению стула, и быстро-быстро запихал остатки сыра в рот. Появившийся в дверях столовой, лемур смотрел на это с выражением глубочайшего отвращения.

— Он скоро растолстеет так, что в двери не пролезет!

На самом деле, это могло быть сказано не столько об ормигасе, сколько о почтенном таншайве, но тот, похоже, самокритичностью не страдал.

— Теодоро, вынеси отсюда Чарлика. Чтоб глаза мои здесь его не видели! А впрочем, погоди! — таншайв схватил со стола печенье и всунул муравью в рот. Чарлик схватил печенье и щелкнул челюстями так, что только крошки полетели. — Все, убирай! И никогда больше не пускай его в столовую!

— Нужна удача в делах? — подмигнул Анджей.

— Что? Уже донесли?! Это просто народный обычай! Ормигасов обижать нельзя, а кормить можно. Но не в столовой, между прочим! Место для этого есть. На кухне.

— А я его с кровати сбросил! — зачем-то признался Анджей.

Эшик несколько секунд переваривал информацию, подергал кончиком хвоста, вытер тыльной стороной ладони лоб.

— Теперь финиш твоей удаче, гость! Ладно, шучу. Ничего с тобой не случится! Ты готов? Сеньорита Шаннуир велела коляску закладывать.

— В смысле мобиль? — не понял Анджей. — Что за марка, вроде бы не слышал о такой?

— В смысле, больше делать нечего из-за тебя мобиль гонять! Не дон и на лошадях доедешь!

— На чем?!

Таншайв даже руками всплеснул от возмущения:

— На лошадях, сеньор, на лошадях! Наши предки, в смысле, человеческие предки завезли сюда вместе с семенами, сельхозинвентарем и прочими полезностями! Чтобы ты об этом спросил. Да ты, наверное, и не слыхал о лошадях?!

— Ну, почему?.. — начал было Анджей, но таншайв договорить не дал.

— Именно поэтому! Доедай и иди к гаражам. Там справа конюшня. Я уже распорядился.

Он развернулся, но, прежде чем уходить, схватил со стола печенье и быстро запихал в рот. Лакей Теодоро только головой покачал. Эшик сердито дернул хвостом, взял второе печенье и неспешно удалился.

17

В самом деле, четырехколесный, запряженный лошадью экипаж, уже ожидал на подъездной аллее. Анджей медленно обошел коляску, разглядывая блестящие зеркальным пластиком бока и поднятый для удобства пассажиров белый складной верх. Конечно, на окраине галактики трудно ожидать суперсовременные технологии, но ездить на гужевом транспорте в эпоху космических перелетов — это архаизм!

Позвякивая упряжью, гнедой конь косился на чужака и терпеливо ждал, пока человеку надоест бродить вокруг, и можно уже будет отправляться в путь.

Между тем из дома, в сопровождении груженного сумками Эшика вышла Шаннуир. Оделась дочь Идальго в этот раз иначе: белая блузка с широким черным поясом, короткая кожаная куртка и черные, заправленные в сапоги, бриджи. Костюм, скорее для верховой езды, чем для торжественного выезда в город. Тем не менее Эшик распахивал перед нею двери, возле коляски подал руку, помогая подняться на подножку, словом, вел себя очень почтительно.

Небрежно кивнув гостю, девушка удобно устроилась на сидении:

— Садитесь, вы вроде бы спешили?!

Анджей не заставил себя упрашивать, и мигом оказался рядом. Но к некоторой его досаде, к ним тут же присоединился еще и третий — таншайв бросил на козлы две одинаковые клеенчатые сумки, взгромоздился сам и взялся за вожжи.

— Арек! Вперед! — прикрикнул на лошадь.

Уже знакомые охранники отворили ворота. Чуть заметно покачиваясь, коляска миновала аллею и выехала на улицу. Анджей впервые смог рассмотреть город не на бегу, а как гость, сопровождаемый любезными хозяевами.

Если бы не прикованные к тротуару деревья, был бы обычный городской район, каких Анджей повидал немало на собственной планете. Небольшие коттеджи, окруженные зеленью и цветами, увитые плющом фасады, арочные окна и белые лестницы под мрамор. Здесь не хватало только моря, но откуда-то так явственно веяло свежестью, словно неподалеку текла река.

— А цепи зачем? — Анджей махнул рукой в сторону прикованного дерева.

— Чтоб не бегали! — ответила Шаннуир. — Поливают их, поливают, а они вдруг надумают мигрировать, выдергивают корни и наутек. Хорошо, когда движение слабое, а вдруг в час пик? Аварии устраивают, детей пугают. Да и взрослому не понравится, если на него налетит какая-нибудь секвойя.

— А почему тогда обычные не посадить?

— Есть и обычные. Только они часто погибают, когда Сибант подходит близко к голубому гиганту. Здесь очень жарко становится. Мигрирующие деревья заползают под навесы, которые обязательно растягивают вдоль дороги. Кто-то спускает свои деревья с цепи, тогда они сами забиваются по оврагам. Винтоствольные в почву зарываются. Цветы и травы выбрасывают семена и споры, а потом впадают в спячку или погибают. Да вы и сами все это увидите!

— А можно на ты? — спросил Анджей.

— Можно. Только не при папе. Ему это не понравится.

— Он у тебя такой строгий?

— Он не любит бесцеремонность.

— А я бесцеремонный?

— Ты чужак! — просто объяснила Шаннуир. — И ничего не знаешь о Сибанте.

— Так расскажи мне, и я буду знать!

— Бесполезно рассказывать. Здесь надо пожить. Тогда узнаешь сам.

Анджею вовсе не хотелось узнавать Сибант. Ему вполне хватило бы того, что он получил в отцовской фирме. Старший Долански имел своих людей далеко за пределами родной планеты. Официально его фирма «Фуэл» владела контрольным пакетом акций на добычу и производство топлива на двух планетах, а фактически он располагал информацией о потенциальных ресурсах еще как минимум на трех. В том числе на Сибанте. Откуда у Леонарда Долански такие сведения, Анджей не знал. Зато он знал другое: местонахождение как разрабатываемых месторождений топлива, так и тех, что оставались нетронутыми. Отец позаботился, чтобы сын мог принять дела в тот момент, когда наберется достаточно опыта для самостоятельной работы. Самая подробная карта не просто вбивалась в голову Анджея, а буквально впечатывалась в его память специалистами по психотехнике из фирмы «Фуэл».

Так что, как раз подноготную Сибанта Анджей Долански знал гораздо лучше, чем смешная девочка Шаннуир, которой вовсе не нужно так хмурить брови, когда общается с представителем другой планеты. Ни одной девочке не идут нахмуренные брови и наморщенный лоб. Это лучше оставить донье Азалии, которой уже трудно повредить в величии ее лет.

Спецы из «Фуэла» не вдавались в подробности национальной кухни пестрых государств Сибанта, и про