Винс и Джой - Лайза Джуэлл

Он поднес кулак к стеклу, чтобы стереть новый слой конденсата, и в этот момент шторы в окне напротив приоткрылись, мясистая рука протерла запотевшее стекло, и появилось большое, жирное лицо, с глазами, прищуренными от утреннего света.

Барбара.

Винс опустил штору и упал лицом в подушку, слегка подрагивая от ужасной картины, запечатлевшейся в голове.

Он встал с кровати и направился в гостиную. Крис ел свежеиспеченный хлеб, покрытый толстым слоем арахисового масла, а Кирсти была еще в ночнушке – значит, за завтраком ходил Крис. На столешнице стоял свежезаваренный чайник, Винс налил себе кружку чая и сел. Шторы в дальней части трейлера еще были наполовину закрыты от слепящего солнца, озаряющего внутреннее пространство оранжевым светом и подчеркивающим облако дыма от сигареты Кирсти. По радио какой-то веселый диджей кричал про прекрасную погоду и представлял новую песню Клиффа Ричарда.

– Хлеба? – предложил Крис, потянувшись за ножом.

– Нет, спасибо, – ответил Винс. Хрустящий ломоть почему-то показался ему непривлекательным.

– Влюбился?

– Что?

– Влюбился, – повторил Крис, обращаясь к Кирсти.

Винс что-то проворчал и положил в кружку ложку сахара.

– И во сколько вы вчера заявились домой?

– Не знаю. В час или в два.

Крис рассмеялся.

– Да ладно, в час или два! В три тридцать – вот во сколько. Да чем, черт побери, вообще можно заниматься в Ханстантоне до гребаных трех тридцати утра? Или не стоит спрашивать?

– Мы просто разговаривали, и все.

– Ааа, – протянул Крис, намазывая очередную порцию арахисового масла из банки на кусок хлеба. – Разговаривали? Пожалуй, лучшая дорога к девчонке в трусики. Раз вы проговорили всю ночь, можешь считать, полпути уже пройдено.

Винс наблюдал, как новая порция смешивается с уже намазанным жирным маслом на бутерброде Криса, и почувствовал, как сжимается желудок.

– Чушь, – пробормотал он.

– Истинная правда.

– Нет. Джой – она не такая. Мы просто друзья.

Крис покачал головой и криво усмехнулся.

Винс поймал взгляд, который бросила через стол на Криса его мама. Крис закрыл рот, воздержавшись от очередного комментария, и опустил взгляд.

– Хорошо, – буркнул он, – друзья так друзья. Ну и отлично.

Несколько мгновений прошло в молчании, не считая истерической болтовни по радио и шелеста страниц журнала Кирсти.

– Итак, – заговорил Крис, – твоя новая «подружка». Как думаешь, она захочет пойти сегодня с нами на пляж?

– Не знаю, – выпалил Винс, теряя терпение. Он мечтал об одном – спокойно посидеть, размышляя о чудесном вчерашнем вечере. Ему не хотелось связывать его с реальными обстоятельствами. Не хотелось обсуждать планы его и ее родителей, заниматься такими банальностями, как договоренности. Ему хотелось просто пребывать в восторженном состоянии, пока каким-нибудь образом он вновь не окажется в ее компании. Разве это так много?

– Если хочешь, я у нее спрошу, – предложил Крис.

– Черт побери, просто забей, ладно?

– Да брось, Винс. Перестань. Не хочешь посмотреть на нее в купальнике? – Крис приподнял бровь, и Винс не смог сдержать улыбки. – Предоставь это мне.

Отлично, думал Винс несколько часов спустя, сидя в маминой машине и глядя в зеркало заднего вида.

Прямой как палка Алан сидел за рулем блестящего «Ягуара», преодолевая вероломные ограничители скорости на грунтовой дороге к пляжу странными, резкими, диагональными движениями. Рядом с ним, едва заметная за приборной панелью, сидела неестественно радостная Барбара с неким подобием шляпы на голове. Она то и дело промокала пот на лбу носовым платком. А сзади, прижатая к двери огромной корзиной для пикника, сидела Джой.

Положив один локоть на корзину, а другой высунув в открытое окно, Джой задумчиво разглядывала пейзаж, а морской бриз трепал ее волосы. Каждый раз, когда Алан совершал один из своих странных, заковыристых маневров на ограничителе скорости, она хваталась за оконную раму и слегка хмурилась.

В некотором смысле план Криса привел к обратным результатам. Приглашая Джой поехать с ними на пляж, он, сам того не желая, пригласил и ее родителей.

Тупица.

Пляж Холмс-Бич был частью природного заповедника, где раскинулись ароматные, тенистые хвойные леса, бескрайние пляжи и волнистые песчаные дюны. Румяный кассир в деревянной будке взял по 50 центов за машину, чтобы они могли проехать на пляж. Каждые полмили, или около того, Крис выходил из машины, открывал ворота и, делая поклон, манерным жестом предлагал Алану проехать за ними.

Над головой раскинулось бескрайнее небо, сапфирово‑синее, покрытое маленькими облачками. Липкий соленый пот собирался вокруг ног Винса на зеленых виниловых сиденьях автомобиля. Он глотнул из банки теплой колы и посмотрел, как Крис массирует сзади большим пальцем стройную, загорелую шею его матери.

И тогда в голове у него возникла совершенно другая картина – они с Джой на берегу прошлым вечером. Джой запустила свои тонкие пальцы в его волосы, прижалась грудью к его груди, обвила ногой его бедра. Он вспомнил незнакомое, странное ощущение, когда его язык встретился с ее языком и как быстро он к этому привык. Но лучше всего он помнил страсть, охватившую Джой, помнил стоны, слетавшие с ее губ, ее рот, жадно впивающийся в его, стук зубов, на который они не обращали внимания. Она задала тон, положила его руку на свою голую грудь под футболкой, сжала рукой через ткань штанов его пах, прижимаясь к нему ближе и ближе.

Они целовались так почти три часа.

Люди проходили мимо, отпуская комментарии вроде – «ой-ой-ой», «продолжай, сынок». Но они ничего не замечали, сцепившись в узле бешеной страсти.

Когда они наконец разъединились и решили вернуться в трейлерный парк, у Винса во всем теле кипела кровь – каждый миллиметр был напряжен, разгорячен и готов взорваться. Пока они шли обратно, держась за руки и медленно остывая, он обдумал свой первый сексуальный опыт и решил, что три часа на пляже с Джой Даунер почти в девятнадцать лет с лихвой компенсируют все, что он упустил до этого. А когда они попрощались у дверей ее трейлера и ее руки пробежали вверх-вниз по его голой коже под футболкой, Винс принял решение. С этой девушкой он лишится девственности.

Парковка на пляже была забита, и им удалось припарковаться лишь в сотне метров от дороги. Алан остановился рядом, опустил стекло и махнул рукой.

– Сначала высажу девочек, с едой. Сейчас вернусь.

– Отличная идея.

Крис и Кирсти тоже помахали ему руками, широко улыбаясь, пока его машина не скрылась из виду.

– Как же он мне не нравится, – сказала Кирсти, отстегнув ремень и слегка содрогнувшись. – У меня от него мурашки по коже. Могу поспорить, он бьет эту Барбару. И возможно, ходит по проституткам, – добавила она, поразмыслив.