Канарейка Великого князя - Ольга Геннадьевна Росса

— Она действительно вылитая я! — горячо выпалила, смотря на своего спутника. Карета тронулась в путь.

— А я о чем вам говорил? — ухмыльнулся мужчина.

— Что вы с ней сделаете, когда похитите? — судьба этой девушки меня волновала, ведь не бывает такого совпадения. Вдруг она мой дальний предок.

— Убивать мы её точно не будем, не волнуйтесь, — невозмутимо отвечал колдун. — Посидит дальней деревушке под присмотром. Потом, когда вы выполните свою миссию, я сотру её память и верну в отчий дом незаметно целую и невредимую.

— Обещайте, что Ольга не пострадает, — строго посмотрела я на мужчину.

— Обещаю, сердобольная вы моя, — усмехнулся он. — Лучше за себя переживайте. Скоро приедем в особняк к нашим друзьям. Там у вас будет отдельная комната, вам выделят горничную. После обеда займёмся вашим обучением.

Я ничего не ответила и отвернулась к окну, наблюдая, как экипаж движется по улицам Питера.

Где-то через час тряски я замёрзла и зябко куталась в меховой плащ, а ноги поджала, чтобы хоть как-то согреть их.

— Озябли? — Пётр заметил моё состояние. — Скоро приедем, но могу обогреть вас.

Он вдруг пересел на сиденье рядом со мной и обхватил меня за плечи одной рукой, второй взялся за мою ладонь в перчатке. Приятная волна тепла прокатилась по телу, моментально согревая. Я удивлённо взглянула на колдуна.

— Так лучше? — он тихонько сжал мои пальцы.

— Определённо, — мне хотелось вырваться, но снова мёрзнуть не было желания, поэтому я уставилась в окно и притихла.

Хорошо, что наш путь быстро подошёл к концу. Карета промчалась через ворота, которые, видимо, специально открыли, ожидая гостей. Пётр отстранился от меня, убрав руку с плеч, и сразу стало холодно без его объятий. Я невольно закусила губу, осознавая, что его близость не вызывала во мне отторжения, а даже наоборот, показалась приятной.

Экипаж остановился, Пётр помог мне выбраться. Перед нами возвышался двухэтажный белый особняк с колоннами и высоким портиком. Двери распахнулись, являя нам хозяина. Мужчина лет пятидесяти в круглых очках склонил голову и улыбнулся.

— Рад видеть дорогих гостей, — и он протянул мне руку, ожидая, когда я подам свою ладонь. — Позвольте представиться, сударыня: барон Штейнгель Владимир Иванович.

— Ольга Владимировна, — я всё же подала руку, и мужчина чуть коснулся губами моей перчатки.

— Милости прошу в мой дом. Скоро обед. Вы голодны, сударыня? — мужчина жестом пригласил нас войти.

— Если честно, очень, — призналась я, так как завтрак был на скорую руку, а дорога утомила меня.

Хозяин лично проводил нас на второй этаж, показал мне и Петру комнаты, которые оказались рядом. Слуга принёс мой скромный дорожный саквояж, оставив его в комнате.

— Располагайтесь, будьте как дома. Позову Глашу, пусть поможет вам переодеться, Ольга Владимировна. Через полчаса обед в столовой. Пётр Григорьевич, проводишь барышню к столу, — барон откланялся и чинно пошёл по коридору.

— Вот и отлично, всё лучше квартиры Рылеева, — огляделся колдун.

— Помыться бы, — с надеждой посмотрела я на мужчину.

— Это можно устроить. Горничная придёт, прикажите ей согреть воду для вас, а пока готовьтесь к трапезе. Мне тоже нужно привести себя в порядок. Я за вами зайду через полчаса, — с этими словами Пётр скрылся за дверями своей спальни.

Я тоже вошла в свои новые покои и была приятно удивлена. Просторная комната, две печки с изразцами основательно нагрели помещение. В алькове стояла широкая кровать, над аркой висели плотные голубые шторы, подхваченные витыми шнурами с кистями. Также тут имелись небольшая уютная гардеробная и уборная, где можно было умыться и принять ванну. Посередине помещения стояла овальная лохань, в которую я с лёгкостью помещусь сидя. Отлично, хоть помоюсь. Мне человеку, который каждый день принимал душ, очень тяжело давалось отсутствие привычных средств гигиены. Придётся привыкать к тому, что есть.

Обед прошёл спокойно, нас было всего трое, не считая слуг. Пётр во время трапезы и непринуждённой беседы мягко мне указывал на мои недочёты, но всё же в конце похвалил: осанку я держу, и у меня отлично получается быть графиней, а не простолюдинкой. За осанку я ещё в детстве от бабушки получала нагоняй, так что у меня это вошло в привычку давно. Помню, однокурсники надо мной иногда потешались и говорили, что я перепутала училище и мне нужно было поступать в балетное.

Когда закончился обед, Пётр увёл меня в библиотеку, где обучал меня нормам поведения в различных ситуациях. Порылся на стеллаже и протянул мне книгу. «Наставление девицам». Открыв её, я прочитала первую страницу и удручённо вздохнула.

— Что такое? — нахмурился колдун, увидев мою реакцию.

— Буквы, — ткнула я в слово, — в моём времени всего тридцать три буквы в алфавите. И очень тяжело читать, когда везде стоит вот эта буква, которая читается как «е», и в конце слов частит твёрдый знак.

— Интересно, — хмыкнул Пётр, — значит, буквы «ять» нет в вашем времени. Какие ещё отличия?

Я указала на палочку с точкой, один в один английская буква «i», и круглую букву «о», внутри которой была какая-то закорючка.

— Понятно, значит, вас ещё и письму придётся обучать, — мужчина закатил глаза. — Хорошо, что читать можете. Смысл слов доходит?

— В основном да, — я неопределенно пожала плечами.

— Уже лучше. Ладно, отдохните немного. Пойдёмте в бальный зал, будем упражняться в полонезе, — Пётр протянул мне руку и повёл из библиотеки.

В просторном зале с большими окнами, смотрящими на запад, было ещё достаточно светло. Солнце клонилось к горизонту, освещая расписные стены яркими лучами. В углу стоял белый рояль.

— Полонез открывает был, — мужчина вытянул руку вперёд и положил мою ладонь на свою. — Помните, что вы должны быть в перчатках. Ни в коем случае нельзя их снимать на протяжение бала.

— Вот как, — удивлённо приподняла я брови. — Мы будем без музыки танцевать?

— Придётся. Ничего особенного, танец простой, похожий на торжественное шествие, чем, в принципе, и является. Все присутствующие гости обязаны его танцевать, — улыбнулся колдун. — Правую руку чуть отведите в сторону на уровне талии.

Я приподняла руку.

— Пальцы вместе. Теперь шаг танца. Смотрим друг на друга. Глаза в глаза.

Мы одновременно повернули головы, встретившись взглядами. Какие всё