Выжить! В ледяном плену - Антон Кротков

Получить однозначные ответы на эти вопрос никто так и не смог, но главные события стали происходить каждый год в юбилей последнего рейса пропавшего над Андами «Стардаста» С момента исчезновения самолёта (и вплоть до обнаружения его обломков) во всех местах, где садился, взлетал или пролетал в свои последние часы «Star Dust» стали твориться загадочные вещи. Чаще всего это случалось в сумерках на закате или рано утром в первые минуты рассвета. И каждый раз многочисленные очевидцы описывали одну и ту же картину. Очень низко почти над самой землёй прямо на них летел самолёт. Причём не было слышно привычного гула авиационных турбин. Напротив! За несколько минут до появления самолёта-призрака даже ветер стихал, не смея нарушить зловещую тишину, сопровождающую каждое такое видение. Сама атмосфера странным образом изменялась, а главное – люди испытывали безотчётный ужас перед какой-то надвигающейся на них опасностью. Домашние животные начинали в панике метаться, словно тоже предчувствуя приближающуюся угрозу для себя. Самолёт-призрак проходил так низко над случайными зрителями, что находившиеся на земле люди могли отчётливо видеть лица некоторых членов его экипажа и пассажиров в иллюминаторах. И каждый раз радары ничего не фиксировали в районе прохода странного самолёта…

Борттехнику шутка командира про, якобы, увиденный им летающий признак показалась не слишком уместной.

– У меня глаза от напряжения слезятся, так я хочу, чтобы именно мы нашли уругвайца и получили обещанные за него призовые деньги. А за это вы хохмите надо мной!

Техник собирался ещё много гневных слов высказать шутникам из пилотской кабины, но тут он снова заметил внизу едва различимый в сумерках силуэт неподвижного самолёта.

– Я снова его вижу! «Птичка» прямо под нами, а рядом с ней фигурки людей.

– Сбрасывай груз, Хуан! – приказал командир. Теперь место нахождения пропавшего самолёта было чётко зафиксировано штурманом на карте.

Борттехник тут же привёл в действие механизм открытия задней створки фюзеляжа и запустил ленту транспортёра грузового отсека, на которой было закреплено несколько контейнеров с одеждой, продовольствием и медикаментами. Через двенадцать секунд все ящики с комплектами выживания для переживших авиакатастрофу людей уже покачивались в открытом небе на грузовых парашютах. На следующем заходе «Геркулес» сбросил в район крушения уругвайского «борта» несколько радиомаяков, которые при улучшении погоды должны были послужить отличными ориентирами для спасательных вертолётов.

– Не могу поверить, ведь теперь мы богачи! – чуть ли не пританцовывал на своём командирском кресле левый пилот. – Эй, штурман, какую премию этот уругваец обещал тому, кто первым найдёт упавший самолёт с его роднёй?

– Полтора миллиона минус налоги, кеп, – чётко отрапортовал подчинённый.

– Это ж сколько выходит на нос? – изумился красоте названной цифры командир.

– Достаточно, чтобы бросить нашу нервную работёнку и до конца своих дней предаваться разным безобразиям – рассмеялся второй пилот.

– А что если нам сложиться и вскладчину и на паях организовать собственную авиакомпанию – азартно предложил командир поискового самолёта. – А что, по-моему классная идея! Купим или возьмём в аренду несколько старых машин, и будем гонять их в Бразилию, Перу, Чили, пока не окупим. А там, глядишь, развёрнёмся по-настоящему. Глупо тратить такие деньги на пристройки к домам, новые телевизоры и стиральные машины.

Смелый полёт фантазии первого пилота «Геркулеса» прервал радист:

– Командир, вас вызывает командир чилийского воздушного разведчика.

– Чёрт, откуда он здесь нарисовался? Что ему надо?

– Он говорит, что премного благодарен нам за сброшенный груз, но не собирается торчать на земле дальше часа.

Вскоре выяснилось, что самолёт внизу, который аргентинцы приняли за разбившийся уругвайский «Фэрчайлд-Хиллер» на самом деле принадлежал чилийской горноспасательной службе. Он тоже участвовал в поисковой операции, но был вынужден совершить экстренную посадку из-за серьёзных проблем с единственным мотором. По счастью старенький биплан, помимо шасси был снабжён лыжами, которые позволили его пилотам без проблем посадить его на снежную поверхность. Чилийцы как раз заканчивали ремонт и собирались взлетать, когда увидели выплывающие из-за облаков гигантские оранжевые парашюты с контейнерами. Они не сразу сообразили, за что им послана такая «манна небесная», а когда разобрались в чём дело, чуть не умерли со смеху. Чилийцы тоже на этот раз исполняли свой спасательный долг с особым рвением. Ведь не каждый день за твою обычную работу тебе обещают премию в миллион долларов. Не без злорадства они теперь представляли, как должно быть счастливы парни в уходящем на восток самолёте. «Не спеши связываться с ними, пускай небесные работяги хотя бы десять минут в своей жизни побудут миллионерами» – велел своему радисту чилийский командир, когда тот торопливо стал искать частоту для связи со сбросившим груз самолётом.

Глава 2. День второй

Утром, когда Антонио Переза выбрался из самолётного фюзеляжа, его поразило, как сильно переменилось место, куда они попали. Если вчера он чувствовал себя жалкой песчинкой, затерянной в мрачных горах, то сегодня при ярком свете солнца на фоне лазурного неба и ослепительного блеска белоснежного снега мир вокруг казался неестественно прекрасным, громадным и величественным. От открывающегося взгляду бескрайнего пространства аж захватывало дух.

– Не правда ли здесь присутствие бога ощущаешь как-то яснее?

При этих словах Антонио вздрогнул. Он и не заметил, что помимо него окружающими красотами любуется ещё кто-то. Карлитос Паэс удобно возлежал в установленном в снег самолётном кресле, пристроив свои вытянутые ноги на несколько положенных друг на друга чемоданов. Предводитель «крысиной стаи» время от времени прикладывался к бутылке рома и закусывал шоколадом. Рядом с его креслом уже лежала одна пустая винная бутылка. С таким комфортом расположиться мог только Паэс. Когда Антонио подошёл, Карлитос протянул капитану команды опорожнённую им на две трети бутылку.

– Глотни, кэп, и тебе легче будет смотреть на вещи философским взглядом. Ты только посмотри, посреди какого рая нам повезло гробануться!

Антонио взял предложенную бутылку, немного отпил из неё, но не вернул обратно Карлитосу.

– Где ты это взял?

– В пилотской кабине. Там был целый ящик. Но во время «мягкой посадки» большинство бутылок разбилось. Хотя подозреваю, что несколько бутылочек пилоты уговорили ещё в полёте. Кстати, лично я теперь не удивляюсь, почему эти асы вместо аэродрома приземлились здесь. Я когда хорошо выпью тоже порой вместо собственного гаража просыпаюсь где-нибудь за городом. Один раз даже спьяну запарковал машину на портовом пирсе. Так что возможно техника не виновата в наших бедах, а всему виной, как говорят учёные мужи, пресловутый «человеческий фактор». А теперь, кэп, верни «пузырь» обратно, а то моё горло и разум требуют очередной порции.

– Обойдёшься! Всё имеющееся в наличие продовольствие мы соберём в один ящик, и я лично буду каждому выдавать его дневной паёк. Ведь неизвестно, когда прибудут спасатели. А до их появления нам надо как-то ещё продержаться.

– Нет проблем! Собирай в свой ящик, что найдёшь, но эту выпивку верни мне. Я хочу её добить. В конце концов, я жертвую на общие нужды две целые винные бутылки из своих личных запасов. Кроме того, это я вчера вечером придумал на ночь завалить вход в самолёт чемоданами и креслами. Если бы не это, сейчас мы бы с тобою тут вообще не разговаривали, а задубелыми трупами лежали вон там – вместе с остальными окоченевшими «жмуриками»!

– Никто и не оспаривает твоей гениальности и благородства, Карлитос. Правда, ночью я лично слышал, как ты проклинал ту женщину, что постоянно стонала от боли, и даже называл её глупой коровой и приказывал заткнуться.

– А зачем она своими глупыми бабскими воплями мешала всем заснуть?!

– Твоё счастье, Карлитос, что свои проклятия ты произносил не в полный голос и тебя не слышал Нандо. Это ведь была его мать. Кроме того, несколько минут назад я проходил мимо и видел, что эта женщина умерла.

– Как умерла?! – ужаснулся Паэс. Маска наглой самоуверенности мгновенно слетала с его лица, уступив место выражению полнейшей растерянности. Не смотря на то, что Карлитос уже видел за последние сутки не одну человеческую смерть, он был поражён известием о том, что в гибели этой женщины была его личная вина. Он был потрясён.

Капитан регбийной команды Антонио Переза выглядел настоящим диктатором, когда рассказывал уцелевшим пассажирам о том, как теперь будет строиться их общая жизнь: