Рыжая заноза - Елена Милая

— Профессор, не могли бы вы перестать меня ненавидеть, дышать нечем, — сипло попросила я, теряя равновесие и понимая, что сознание тоже уходит.

— Час от часу не легче! Как ты вообще жива до сих пор?

Это был последний вопрос, который я услышала, далее — темнота.

***

— Иша, ты меня слышишь?

Мужчина предельно аккуратно похлопал по щекам бесчувственную девушку, но она не отозвалась. С беспокойством бросив взгляд на дверь, Иладар на всякий случай прошептал запирающее заклинание и только тогда начал закатывать рукава ее одежды, чтобы прощупать пульс. Еще не хватало, если кто-то войдет и застанет его за тем, как он стаскивает мантию со своей ученицы. Скандал будет страшный. Пульс был слабым, кожа холодной и мертвенно-бледной. Наткнувшись на повязку, Иладар наконец-то начал догадываться о причине обморока, но задачу это не облегчало.

— Что же ты натворила, девочка? — спросил он беспамятную студентку и подоткнул ей под рыжую голову свою собственную куртку. Впервые раздражение и злость сошли на нет. Неожиданно пришло осознание, что просто так, шутки ради, никто в здравом уме демонов вызывать не будет, а в адекватности этой рыжеволосой, что бы он так про нее ни говорил ранее, и что бы про нее ни рассказывал декан, Иладар все-таки не сомневался. Девушка всегда казалась серьезной, спокойной и думающей. Значит, действительно отчаяние. Иладар филигранно разрезал бинт на запястье у Иши собственным когтем и поморщился от вида раны. Пришлось потратить пару драгоценных минут на очередное чтение обряда, которое использовала девчонка. Но он лишь убедился в том, что никакой ошибки не было. Завершением был ее неумелый поцелуй. Никакого обмена кровью быть не должно. Странно, но тратить время на догадки нельзя, кожа девушки приобрела уже просто зеленоватый трупный оттенок. Абсолютно хладнокровно проведя когтем по своей ладони, Иладар приложил мгновенно закровоточившую рану к порезу Иши и молча стал ждать. Через какое-то мгновение края кожи начали затягиваться, девушка дернулась и испуганно распахнула янтарные глаза. Красивый и приятный цвет.

***

— Что это было? — мне казалось, что совсем недавно я сидела напротив стола Иладара, и вот уже лежу на полу, а профессор с крайне задумчивым видом, будто увидел редкий экземпляр зверушки, разглядывает меня.

— Тихо, не вставай, — неожиданно мягко попросил он, удерживая за плечи. Честно говоря, эта мягкость пугала еще сильнее. К вечно ироничному и озлобленную профессору я уже как-то привыкла, а от доброго и не знаешь, что ожидать.

— А можно правду, что это было? — повторила попытку я, разглядывая свою абсолютно невредимую руку.

— Тебе лучше не знать! — сказал — как отрезал, и мне вдруг сразу полегчало. Вот это мой строгий куратор, вот это я понимаю. — Ты в общежитие живешь?

— Думаю, вы даже номер комнаты знаете. В личном деле должно быть написано. Еще не дошли?

— Не ерничай, Карен. Одна живешь или с соседкой?

— Одна, — призналась я. — Я поздновато приехала и мне досталась самая маленькая комнатка.

Меня молча подняли с пола и прижали к широкой мужской груди, от которой неожиданно пахло чем-то пряным и мятным, будто куратор целый день провел в кабинете травников. Предельно аккуратно прижали, но, как показалось, с сильной досадой и раздражением. Будто профессор уже и не рад, что сделал доброе дело. Разобраться бы еще, что именно он сделал.

— Закрой глаза и не дергайся.

Я беспрекословно выполнила приказ. Глаза открыла уже в собственной комнате. Иладар быстрым взглядом окинул маленькое помещение, так что стало ужасно неловко за беспорядок, и сгрузил меня на кровать.

— Профессор, а у дежурного не возникнет вопросов, куда вы девушку дели? Он ведь о ваших способностях телепортации не в курсе… Поняла, молчу-молчу.

— Восстанавливайся, Карен. Завтра жди здесь. Я приду. У меня еще много вопросов.

Процедил сквозь зубы, а потом растворился в воздухе. Видимо, у него это уже вошло в привычку.

Глава 7. Правдивый гороскоп

Астрология — точная наука, всё сказанное в гороскопах обязательно сбывается. Только не известно когда, где, с кем и что конкретно.

Стас Янковский.

— Да не знаю я, где они, — в третий раз уже отозвался взлохмаченный сосед Шона и Криса. — Ну не веришь, сама посмотри! — он распахнул дверь комнаты и посторонился, давая мне возможность самой убедиться в том, что близнецы не прячутся под кроватями.

— Так и не появлялись?

— Нет, как утром позавчера ушли, так больше и не возвращались.

— Э-э-э…

— Лаврентий, — терпеливо напомнил парень.

— Точно, Лаврентий, — и как я только могла забыть такое причудливое имя, — как только близнецы появятся…

— Так сразу сообщу им, что некая рыжая надоедливая девица их спрашивала уже тысячу раз.

— Спасибо, Лаврентий.

Сосед братьев молча закрыл перед моим носом дверь.

Близнецы и раньше после таких дел пропадали на пару деньков, чтобы выждать наверняка, но всегда предупреждали заранее. Сейчас я начала паниковать. Случись что, где их искать? Я всего лишь их помощник, посредник, напрямую с заказчиками не знакомилась и понятия не имела, что случалось после того, как авантюры заканчивались. Может, кто-то подумает, что это безответственно, но мне так было проще. Помочь — помогу, денег возьму, а потом забуду.

К своей комнате я подошла в крайне упадническом настроении и настороженно замерла на пороге, прислушиваясь. В помещении явно кто-то находился, невзирая на запертую дверь.

Пару пассов руки и на ладони появился приличных размеров пульсар. Единственное, что всегда выходило у меня без всяких запинок. Я смело шагнула за порог, поднимая руку… и резкий порыв холодного ветра развеял мой пульсар, а меня чуть не снес обратно в коридор общежития.

— Слабовато, — прокомментировал мое эффектное появление демон.

Он лежал на моей кровати в черных брюках и белой рубахе с небрежно закатанными рукавами. Ноги скрестил, не удосужившись снять обувь, одну руку удобно подложил под голову, в другой держал яблоко. Рядом, на единственном кресле, валялся его черный пиджак с вышитым на карманах огненным пульсаром — эмблемой ночного патруля. Скосив на меня свои черные глаза, Иладар с наслаждением впился в яблоко и довольно захрустел, будто не ел с самого утра.

Не знаю, что возмутило меня больше. Тот факт, что профессор вломился без предупреждения, или то, что он ест в моей кровати. Но вслух я обратила внимание на другое:

— В моей комнате разуваются у порога.

— Так я же не через порог вошел, — логично заметил непрошеный гость.

Обменявшись колкостями, мы замолчали, тишину нарушал только хруст яблока. Поняв наконец, что на собственной территории почему-то ощущаю себя гостьей, я смело